15.4. Способность к самостоятельным действиям при повреждениях груди, живота, таза, конечностей :: vuzlib.su

15.4. Способность к самостоятельным действиям при повреждениях груди, живота, таза, конечностей :: vuzlib.su

18
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


15.4. Способность к самостоятельным действиям при повреждениях груди,
живота, таза, конечностей

.

15.4. Способность к самостоятельным действиям при
повреждениях груди, живота, таза, конечностей

В указанной группе травм ведущее значение в экспертной
практике имеют ранения сердца. Лица с такими повреждения­ми без оказания
медицинской помощи умирают достаточно быстро, сохраняя, однако, в отдельных
случаях в течение де­сятков минут способность к активным целенаправленным дей­ствиям.
При этом заподозрить повреждение сердца на месте происшествия помогает локализация
раны груди при открытой травме, ссадин, кровоподтеков, переломов — при закрытой
травме. Непосредственной причиной смерти при травме сердца могут быть тампонада
перикарда, острая кровопотеря, грубое разрушение сердца, кардиогенный шок,
рефлекторная оста­новка сердца.

Еще Н.И. Поркшеян (1958 г.) указывал, что при одиноч­ных ранениях
одного предсердия, желудочка (без массивного разрушения стенки сердца или
клапанного аппарата) потер­певшие способны к значительным физическим нагрузкам:
со­противлению нападающему, ходьбе на расстояние до 12 км, подъему по лестнице на
5-й этаж, бегу и т.п. При сочетании ранений желудочков и предсердий возможны:
ходьба до 2 км,
бег на короткое расстояние, речь, крик. При наличии ино­родных тел (например,
ножа) в любом отделе сердца могут совершаться разнообразные действия, кроме
тяжелой физиче­ской работы.

Повреждения аорты при тупой, огнестрельной, колото-ре­заной
травме обычно ведут к быстрой смерти от острой кровопотери, резкого падения
артериального давления, сдавления органов груди излившейся кровью (при ранениях
грудного отдела аорты). Особенно опасны повреждения дуги аорты с кровотечением
в трахею и пищевод (угроза аспирации крови). В клинической и
судебно-медицинской литературе имеются, однако, ссылки на совершение потерпевшими
активных дей­ствий и переживания такой травмы в течение нескольких дней.

Пример (Е.Х. Баринов, Ю.И. Бураго, С.В. Мальцев, 1993 г.).

26 октября 1992
г
. была проведена экспертиза трупа мужчины М., 38 лет,
обнаруженного в своей квартире с множественными ранами шеи, гру­ди, живота.

Со слов родственников, последнюю неделю М. вел себя
беспокойно, отмечались раздражительность, плохой сон. В день смерти на работу
не пошел, был возбужден, трезв. Найден мертвым женой, пришедшей домой на обеденный
перерыв.

При осмотре места происшествия на полу комнаты, кухни, на
лестнич­ной клетке, на лестничном марше обильные помарки и лужи крови, места­ми
в виде крупных капель, имеющих характер цепочек. Во дворе дома, по­мимо
аналогичных пятен крови, найдены фрагменты тонкой кишки длиной до 15 см с ровными краями
отделения, покрытыми наложениями земли.

При судебно-медицинском исследовании трупа, помимо 14
непрони­кающих ранений шеи, грудной клетки и живота, были установлены прони­кающие
колото-резаные ранения передней поверхности грудной клетки с повреждением ткани
левого легкого. Левосторонний гемопневмоторакс со смещением органов средостения
вправо; проникающие колото-резаные ра­нения брюшной стенки спереди,
сопровождавшиеся отделением брыжейки от тонкой кишки с повреждением сосудов,
резаными ранениями тонкой и толстой кишки, стенки желудка, сальника и
выведением фрагмента тонкой кишки в рану; проникающие ранения брюшной стенки
без повреждения внутренних органов, гемоперитонеум до 500 мл. Резаная рана шеи
с по­вреждением трахеи. Выраженное малокровие внутренних органов.

Все описанные повреждения были прижизненными. Они
образовались не­задолго до смерти от воздействия предмета, обладающего
колюще-режущими свойствами. Располагались повреждения в основном параллельно
друг другу. Протяженность раневых каналов у непроникающих ранений от 0,2 до 1,7 см, у проникающих ран —
до 6,5 см.
Характер кровоизлияний по ходу раневых ка­налов дал основание полагать, что все
повреждения причинены в короткий промежуток времени, исчисляемый минутами. При
судебно-химическом иссле­довании в крови потерпевшего этанола не обнаружено.

Учитывая характер повреждений, их локализацию, направление
ране­вых каналов, эксперт не исключил возможности причинения их собственной
рукой потерпевшего, что в дальнейшем не вызвало противоречий с мате­риалами
следствия.

Обращает на себя внимание тот факт, что М., будучи трезвым и
при­чинив себе перечисленные повреждения, ходил по двору, отсекая фрагмен­ты
тонкой кишки, затем поднялся по лестнице в свою квартиру, где и был найден
мертвым.

Данный случай подтверждает возможность массивных
самоповрежде­ний трезвым человеком, способным определенный промежуток временя
со­вершать активные действия.

Имеются и многочисленные наблюдения активных действий потерпевших
при повреждении крупных артерий (легочных, под­ключичных, бедренных и т.п.).
Способность к сложным действи­ям существенно увеличивается при возникновении
пульсирую­щих гематом в области первоначально частичных разрывов сосу­дистой
стенки, прижатии сосуда (например, приведением бедра к туловищу), быстром
формировании свертка (тромба) и при дру­гих условиях.

При изолированных повреждениях других (кроме сердца)
внутренних органов возможность совершения целенаправлен­ных действий
сохраняется практически всегда.

Наблюдение множественных массивных повреждений жиз­ненно
важных органов с длительным сохранением у пострадав­ших способности к действию.

Пример.

19 ноября 1997
г
. гражданка Б., 49 лет, при переходе улицы попала под
двигавшийся со скоростью более 90
км
в час автомобиль «Мерседес-500» и в 17 часов машиной
скорой медицинской помощи была доставлена в 33-ю городскую больницу.

При поступлении пострадавшая была в резко возбужденном
состоянии, отказывалась лежать на кушетке, сопротивлялась персоналу, садилась,
бы­ла агрессивной. Изо рта ощущался сильный запах алкоголя. Больную удерживали
на кушетке. Через 40 минут она начала засыпать. В это время ее удалось
осмотреть.

Объективно отмечено: бледность кожи лица, рана в затылочной
области справа, с неровными краями, правое бедро согнуто под прямым углом в та­зобедренном
суставе. При попытке разогнуть его — пружинит. При пальпа­ции грудной клетки
справа появляется слабая реакция на боль. Живот мяг­кий, безболезненный. Зрачки
несколько расширены. Пульс на лучевой арте­рии учащен, мягкий и едва
улавливается. На рану височной области наложены скобки. Ощупыванием черепа
костных повреждений не обнаруже­но. При попытке ощупать грудную клетку справа и
произвести движения в правом тазобедренном суставе пострадавшая стала реагировать
на боль.

Обследуемая дала ответы на некоторые вопросы, назвала очень
невнятно свою фамилию и адрес постоянного места жительства. Артериальное давле­ние
60/20 мм рт. ст. Падение сердечной деятельности прогрессировало. В 19 часов
потеряла сознание. В 19 часов 40 минут началась агония, и в 20 часов 20 минут
больная скончалась. Клинический диагноз: «Ушиб мозга, шок, пе­релом 6-го—7-го
ребер справа. Разрыв внутренних органов».

Данные судебно-медицннской экспертизы трупа: имеется анкилоз
пра­вого копейного сустава. В затылочной области справа поверхностная линей­ная
рана длиной 8 см
с неровными краями. На шее справа такого же ха­рактера рана длиной 4,5 см. В области правой
ключицы ссадина 3,5 х 4,3 см.
На тыле правой кисти мелкие ссадины, на правом колене кровоподтек 3,0 х 3,5 см. На спине несколько
ссадин длиной до 3,0 см.
Повреждений костей черепа и головного мозга не обнаружено. Межреберные мышцы
справа и слева пропитаны кровью. Имеется полный перелом грудины в об­ласти ее
рукоятки и переломы ребер со 2-го по 10-е по среднеключичной и передней
подмышечной линиям справа и со 2-го по 9-е по передней под­мышечной линии
слева. В брюшной полости более 1,5
л
жидкой крови. Часть левой доли печени размером 9,5 х 12.0 см оторвана от печени
и свободно лежит в брюшной полости. В оболочке кишечника множество крупных
кровоизлияний. Поджелудочная железа окружена крупными свертками крови. На
разрезе поджелудочной железы обнаружено массив­ное, темно-красное
кровоизлияние, занимающее почти все тело железы. Имеется поперечный разрыв
правой почки длиной 4,5 см.
Мочевой пузырь содержит около 300 мл мочи, окрашенной кровью. В полости
сердечной сорочки около 200 мл жидкой крови. Сердце не увеличено, значительно
обложено жиром, дряблое, аорта умеренно склеротизирована. В области восходящей
части дуги аорты имеется поперечный разрыв ее стенки длиной 1,3 см, окруженный
кровоизлиянием. Отмечено малокровие всех внутрен­них органов грудной и брюшной
полостей. От всех органов трупа ощущал­ся сильный запах алкоголя.

Приведенный пример представляет интерес в связи с дли­тельным
активным состоянием пострадавшей при наличии множественных повреждений жизненно
важных органов. Отсут­ствие клинических симптомов повреждений внутренних
органов можно объяснить сильным алкогольным опьянением, сыграв­шим роль
наркоза.

Общепринятым среди судебных медиков считается исключе­ние
способности к активным действиям при отделении головы, размятии головы или шеи,
расчленении туловища на части. При таких травмах суждение о неспособности к
каким-либо действи­ям в результате мгновенной смерти может быть высказано экс­пертом
уже на месте происшествия.

В судебно-медицинской литературе имеется ряд наблюдений
сохранения сознания и совершения некоторых активных действий при несовместимых
с жизнью повреждениях туловища в результате железнодорожной травмы. В указанных
случаях потерпевшие об­наруживались на железнодорожных путях в лужах крови,
были жи­вы, пытались подняться на руках, давали пояснения об обстоя­тельствах
несчастного случая, мотивах суицидной попытки. Тела во всех случаях были
практически полностью расчленены на верх­нюю и нижнюю половины на уровне нижней
части живота или та­за. Поверхность расчленения была представлена
раздробленными тазовыми костями, конгломератом поврежденных внутренних ор­ганов,
обильно покрытых грязью, мазутом. Кожа на уровне разде­ления — с полосами
давления. Отмечалось своеобразное состояние сосудов в области расчленения — они
были размозженными, со слипшимися, затромбированными просветами, что позволяло
ор­ганизму сохранять определенное артериальное давление, обеспечи­вающее
деятельность головного мозга. Продолжительность жизни после травмы в указанных
случаях составила от 40 до 200 минут, сознание сохранялось от 25 до 60 минут.
Смерть наступала от травматического шока на фоне острой кровопотери.

Обнаружение при осмотре трупа переломов грудного и по­ясничного
отделов позвоночника, множественных переломов таза, двусторонних
переломов костей бедра или голени позво­ляет эксперту исключить возможность
передвижения потер­певшего на ногах (при сохранении способности к передвиже­нию
ползком с помощью рук).

Таким образом, суждение о способности пострадавшего к
совершению самостоятельных целенаправленных действий на месте происшествия
может быть высказано предварительно с учетом комплексной оценки и сопоставления
следующих при­знаков; локализации, характера и объема повреждения (в пер­вую
очередь с точки зрения возможности быстрой смерти от рефлекторной остановки
сердца, воздушной эмболии, а также быстроты потери сознания); наличия
повреждений, заведомо несовместимых с жизнью; общего физического и психического
состояния потерпевшего (в том числе наличия алкогольного опьянения); следов
крови (потеков от ран на одежде и теле, брызг, отпечатков окровавленных кистей,
стоп, обуви, объема и характера расположения крови на месте происшествия в
сопос­тавлении с калибром и видом поврежденного сосуда, характера остановки
кровотечения); признаков резкого общего малокро­вия; симптомов, характеризующих
темп смерти; следов борьбы и самообороны и т.п.

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ