29.2. Методика судебно-медицинской экспертизы потерпевшего :: vuzlib.su

29.2. Методика судебно-медицинской экспертизы потерпевшего :: vuzlib.su

22
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


29.2. Методика судебно-медицинской экспертизы потерпевшего

.

29.2. Методика судебно-медицинской экспертизы потерпевшего

Судебно-медицинскую экспертизу причинения вреда здоровью
производит судебно-медицинский эксперт путем медицин­ского обследования
потерпевших. Судебно-медицинская экспертиза потерпевших (как уже было сказано)
проводится в специальных судебно-медицинских амбулаториях (в крупных городах),
поликлиниках и больницах, помещениях органов следствия и суда, а также иногда
на дому у подэкспертного, если он по состоянию здоровья не может явиться на
экспертизу в другое место. При этом обязательно устанавливают личность
подэкспертного по паспорту или иному заменяющему его документу (военному
билету, удостоверению военнослужащего); предъявленный подэкспертным паспорт или
заменяющий его документ указывают в «Заключении эксперта» («Акте»). Затем
изучаются обстоятельства дела (предварительные сведения).

Предварительные сведения. Источником предварительных
сведений об обстоятельствах происшествия может послужить постановление о
назначении экспертизы, направление на экспертизу или другой документ
органов дознания, следствия или суда. В нем содержатся данные о личности
подэкспертного, краткие сведения о происшествии, а также цель экспертизы —
вопросы, которые следует разрешить судебно-медицинскому эксперту. Чаще
обстоятельства дела узнаются со слов подэкспертного, который отвечает на
вопросы, поставленные экспертом.

В первую очередь необходимо выяснить: а) когда (день, час) и
где (дома, на улице, на работе и т.д.) были нанесены повреж­дения; б) кто нанес
повреждения (фамилия, имя, отчество, пол, возраст и внешнее физическое развитие
лица, нанесшего трав­му); в) каким орудием и способом были причинены поврежде­ния
(удары кулаками, ранения ножом, ожоги и пр.); г) какая часть тела подверглась
повреждению (голова, грудь, руки и т.д.).

Кроме того, целесообразно выяснить, каково было самочув­ствие
потерпевшего в первый период после нанесения повреж­дения, в частности, не
терял ли он сознания, не было ли тош­ноты, рвоты, головокружения, кровотечения,
обращался ли он за лечебной помощью и если обращался, то в какое лечебное
учреждение и пр.

При расспросе подэкспертного не следует задавать прямых
наводящих вопросов, поскольку при определении степени тя­жести повреждений
могут иметь место элементы намеренного преувеличения (аггравации) и даже
притворства (симуляции). Кроме того, нередко повреждения, являясь
кульминационным моментом какой-нибудь ссоры, семейной драмы и т.д., сопро­вождаются
значительной психической травмой, которая ухуд­шает общее состояние организма и
приводит к тому, что по­терпевший может и без умысла преувеличивать симптомы по­вреждения.

Наряду с этим нельзя исключить случаи патологической си­муляции
(например, при истерии), когда симуляция является одним из симптомов основного
заболевания.

Поэтому постановка наводящих вопросов врачом может привести
к значительному преувеличению субъективных сим­птомов повреждения со стороны
потерпевшего.

Из сказанного, конечно, не следует, что судебно-медицинский
эксперт не должен учитывать анамнестические сведения. Он обязан подвергать их
тщательному анализу, сопоставляя с данными объективного исследования и
основывая свое мнение на результатах последнего.

Объективное исследование. Производя объективное исследо­вание
потерпевшего, следует помнить, что судебно-медицинская экспертиза есть
врачебное, научно-практическое исследование, и оно должно проводиться по всем
правилам современной ме­дицинской науки. Вместе с тем судебно-медицинская
эксперти­за не представляет собой сугубо клинического исследования и поэтому не
нужно стремиться к полному описанию общего со­стояния, а только к тщательному
описанию состояния тех орга­нов и систем, которые имеют или могут иметь
значение для судебно-медицинской оценки повреждения.

Общее состояние организма потерпевшего исследуется в
судебно-медицинской практике примерно в том же объеме и по­рядке, какие
существуют при обычном амбулаторном приеме больных. Большее внимание следует
уделять состоянию нервной системы и психики потерпевшего, так как в
судебно-медицинской практике повреждения нередко усугубляются еще и психической
травмой.

Повреждения целесообразно выделять особо, примерно так же,
как это делается в амбулаторной хирургической практике.

Судебно-медицинская экспертиза повреждений подчинена, в
первую очередь, разрешению тех вопросов, которые необходимо отразить в
заключении. К ним относятся:

1) вид и характер повреждения (кровоподтек, рана, ожог и
т.д.);

2) время нанесения повреждения, т.е. его давность;

3) тип орудия или средство, которым могло быть причинено
данное повреждение;

4) квалификация степени тяжести вреда здоровью, принятая в
Уголовном кодексе РФ.

Вид и характер повреждения устанавливают на основании
судебно-медицинского исследования и представленных медицин­ских документов. При
этом необходимо указать локализацию повреждения по отношению к определенным
анатомическим точкам тела, форму, размеры, цвет, характеристику краев, при­знаки
заживления, состояние тканей, окружающих повреждение (краснота, припухлость,
болезненность и пр.), наличие инород­ных тел и другие особенности. Ощущение
болезненности при повреждении следует определять на основании болевой реакции
потерпевшего во время исследования (ощупывания, постукива­ния, объема активных
и пассивных движений и пр.), стараясь отвлечь внимание подэкспертного.

Конечно, судебно-медицинское исследование не должно
причинять дополнительного вреда здоровью потерпевшего. Если эксперт не имеет возможности
соблюсти правила асептики и антисептики из-за отсутствия стерильного
перевязочного мате­риала или специальной перевязочной, он не должен снимать
наложенную в лечебном учреждении стерильную повязку. В та­ких случаях он
предлагает потерпевшему явиться после оконча­ния лечения с амбулаторной картой,
в которой должно быть от­ражено полное описание повреждения. Естественно, что
подоб­ные случаи не могут быть правилом, поскольку судебно-медицинское
исследование, являясь исследованием медицин­ским, должно проводиться в
условиях, отвечающих современ­ному состоянию медицинской науки.

Форму повреждения принято сравнивать с геометрическими
фигурами и общеизвестными предметами (например, круглая, овальная, квадратная,
прямоугольная, треугольная, трапецие­видная, ромбовидная, дугообразная,
линейная, крестообразная, звездчатая, веретенообразная и т.д.). Если
повреждение по форме не соответствует названным фигурам или предметам, то го­ворят
о повреждении «неправильной формы».

При описании окраски повреждения применяют общепри­нятые
названия цветов: синий, красный, багровый, зеленый, желтый и т.д. Если
повреждение (например, кровоподтек) имеет неоднородную окраску, то отмечают
цвет его центра, краев, ок­ружающих неповрежденных тканей и пр.

Размеры повреждения должны измеряться в сантиметрах (три
размера: длина, ширина, высота). В судебно-медицинской прак­тике не
рекомендуется сравнивать размеры повреждения с вели­чиной каких-нибудь
предметов (монета, горошина, орех и т.д.).

Если до экспертизы повреждение подвергалось хирургиче­ской
обработке, необходимо запросить у лечащего врача под­робное описание размеров и
характера повреждения, имевшихся до этого. Такие сведения должны быть
зафиксированы врачом в истории болезни или амбулаторной карте.

Время нанесения повреждения определяется по тем изменени­ям,
которые наблюдаются в тканях в процессе его заживления. Точность определения
давности повреждения в первую очередь зависит от времени обследования. Чем
раньше произведено ис­следование, тем более точно может быть определена
давность причинения повреждения.

Давность кровоподтеков определяется по изменению окра­ски,
причем следует иметь в виду, что изменение окраски кро­воподтеков при прочих
равных условиях зависит от локализации повреждения, обширности и глубины
кровоизлияния. Напри­мер, кровоподтеки на лице из-за лучшего кровоснабжения бы­стрее
изменяют свою окраску, чем на ногах. При глубоких кро­воподтеках окрашивание
кожи нередко появляется через 2—3 дня, а иногда и вообще может отсутствовать.
Первоначальный сине-багровый или синий цвет кровоподтека в среднем на 3-й — 6-й
день сменяется зеленоватым и в начале 2-й недели превра­щается в желтый, после
чего постепенно исчезает.

Необходимо отметить, что изменение цвета кровоподтеков на
слизистых губ, конъюнктивах и склерах глаз в большинстве слу­чаев вообще не
наблюдается, а происходит лишь постепенное побледнение окраски до полного
исчезновения кровоподтека.

Кровоподтеки могут появляться не только соответственно месту
нанесения удара, но и в другом месте, что связано с пере­мещением излившейся
крови по фасциальным пространствам.

Например, при травме области брови и надбровья кровоподтеки
обычно появляются на верхнем веке и под глазом.

Время нанесения ссадин определяется на основании подсыхания,
появления и образования буроватой корочки (от не­скольких часов до 2—4 суток),
степени эпителизации под ко­рочкой и отпадения корочки (7-й—9-й день). Давность
ран устанавливается по степени их заживления, в частности, по вы­раженности
воспалительного процесса, наличию грануляцион­ной ткани и по характеру
формирования рубцов. Давность пере­ломов определяется с учетом развития костной
мозоли.

При установлении давности повреждений следует учитывать
возраст освидетельствуемого, его состояние здоровья, способы лечения
повреждения и другие особенности.

Определение типа орудия производится на основании тех
признаков повреждения, которые характерны именно для этих орудий. Так, резаные
раны характеризуются ровными краями, острыми углами, отсутствием перемычек,
значительным зияни­ем. Напротив, ушибленные раны имеют неровные осадненные
края, тупые углы, относительно мало зияют, на дне их отмеча­ются перемычки.

Ушибленные раны кожи и мягких тканей, близко прилежа­щих к
костям (на голове, передней поверхности голени и т.д.), могут иметь линейную
форму, довольно ровные края и по внешнему виду быть похожими на раны резаные.
Однако нали­чие перемычек на дне таких рассеченных ран свидетельствует о
действии твердого тупого предмета, т.е. об ушибленной ране.

О свойствах повреждающего орудия можно в ряде случаев судить
по форме ссадин и кровоподтеков. Например, ссадины, причиненные ногтями
человека, как правило, имеют полулун­ную форму. Иногда форма кровоподтека
указывает на то, каким орудием он был причинен (кровоподтек вследствие
отпечатка пряжки ремня, кровоподтек линейной формы в результате нане­сения его
веревкой, палкой и т.д.).

Характер переломов костей зачастую дает возможность вы­сказать
предположение о виде примененного орудия или о ме­ханизме его возникновения.
Так, косой перелом костей пред­плечья чаще возникает не от прямого насилия в
месте перелома, а от падения на вытянутые руки и удара о твердую поверхность.
Поперечные переломы, особенно нижних конечностей, свиде­тельствуют о действии
предметов с большой силой соответст­венно месту перелома.

Что касается идентификации конкретного экземпляра ору­дия по
характеру повреждений, то на этот вопрос судебно-медицинский эксперт обычно не
может дать ответа, поскольку различные виды тупых и острых орудий могут
причинять сход­ные повреждения.

Для установления характера насилия в ряде случаев большое
значение имеет не только форма, особенности, но и локализа­ция повреждений.
Так, ссадины полулунной формы около рта и носа или на шее свидетельствуют о
попытках удушения, ссади­ны на внутренней поверхности бедер и в окружности
половых органов женщины наблюдаются при изнасиловании, при борьбе и самообороне
ссадины могут располагаться на лице, кистях рук, грудной клетке и т.д.

Естественно, что судебно-медицинский эксперт не может
владеть всеми методиками клинического исследования по раз­личным
специальностям. В частности, при повреждении глаз требуется консультация
офтальмолога, при жалобах на сниже­ние слуха — отоларинголога и т.д. Поэтому
эксперт при необхо­димости направляет подэкспертного на консультацию к
врачу-специалисту в поликлинику по месту жительства или работы.

Для установления делового контакта и взаимопонимания между
врачом-консультантом и судебно-медицинским экспер­том последний должен
указывать в направлении характер и цели экспертизы, ставить на разрешение
определенный круг вопро­сов, входящих в его компетенцию. В первую очередь нужно
вы­яснить, связано ли данное повреждение или заболевание с имевшей место
травмой, каков срок излечения этого поврежде­ния или заболевания при обычном
исходе, в какой степени по­влияет или уже повлияло данное повреждение на
состояние здоровья подэкспертного или на ухудшение его основного забо­левания и
каковы объективные признаки ухудшения.

Постановка перед врачом-консультантом широкого круга
вопросов окажет существенную помощь в производстве экспер­тизы. И напротив,
отсутствие вопросов в направлении эксперта дает возможность врачу-консультанту
отвечать в очень краткой форме, ограничится лишь диагнозом. Последнее
обстоятельство не только затрудняет работу судебно-медицинского эксперта, но и
затягивает сроки экспертизы, поскольку переписка между экспертом и
консультантом (с соответствующим направлением потерпевшего) иногда может
продолжаться довольного долго.

Если до экспертизы потерпевший находился на излечении в
больнице или поликлинике, то эксперту следует через следовате­ля обязательно
запросить подлинник истории болезни или амбу­латорной карты, заверенный печатью
лечебного учреждения.

Особенно тщательный анализ медицинских документов необходим
тогда, когда с помощью экспертизы требуется установить, имеется ли ухудшение
хронического заболевания после травмы, о чем заявляет потерпевший. В
подобных случаях целесообразно узнать, в каком лечебном учреждении лечится
или наблюдается потерпевший в связи со своим хроническим забо­леванием.
Туда же следует направлять подэкспертного для вы­яснения вопроса, имеет ли
место ухудшение состояния здоровья в связи с травмой и в чем это
проявляется.

Содержание медицинских документов частично или полно­стью
вносится экспертом в «Заключение эксперта» и использу­ется при составлении
выводов заключения.

Следует подчеркнуть, что врач-эксперт обязан
подвергать медицинские документы тщательному анализу и учитывать в
них, в первую очередь, те данные, которые не вызывают сомне­ния. Нужно иметь в
виду, что подэкспертный мог длительное время находиться в больнице для
наблюдения и обследования в связи с его обоснованными или необоснованными
жалобами (например, подозрение на сотрясение мозга).

Что касается листка нетрудоспособности, то последний мо­жет
выдаваться не только при повреждениях и заболеваниях, отражающихся на
общей трудоспособности, но и с учетом про­фессии пострадавшего. Так, ушиб
пальца у машинистки или кровоподтек на лице у продавца дают им право на
получение больничного листка в течение 7—10 дней. В то же время, на­блюдаются
случаи отказа потерпевшего от получения листка нетрудоспособности или
преждевременная выписка пострадавшего из больницы по его просьбе.

Поэтому при оценке степени тяжести причинения вреда здо­ровью
судебно-медицинский эксперт обязан критически подхо­дить к медицинским
документам и листку нетрудоспособности. Основывая свое заключение на данных
объективного исследо­вания повреждения и вызванного им расстройства здоровья,
длительности течения заболевания, он должен дать ответы на все вопросы,
содержащиеся в постановлении следователя (опре­делении суда), за исключением
тех, для решения которых экс­перт не располагает необходимыми данными.

При производстве судебно-медицинского освидетельствова­ния
врач (ст. 181 УПК РСФСР) должен помочь следователю вы­явить и описать имеющиеся
повреждения, их характер с меди­цинской точки зрения (ссадины, кровоподтеки,
раны и др.), ло­кализацию и свойства. Другие вопросы решают только при про­ведении
судебно-медицинской экспертизы.

Уголовный кодекс РФ различает: тяжкий вред здоровью, среднюю
тяжесть вреда здоровью и легкий вред здоровью. Кро­ме того, УК РФ
предусматривает особые способы причинения повреждений: побои, мучения,
истязания, установление которых не входит в компетенцию судебно-медицинского
эксперта. Ре­шение этого вопроса относится к компетенции органов дозна­ния,
предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Квалифицирующими признаками тяжести причинения вреда
здоровью являются:

опасность вреда здоровью для жизни человека;

длительность расстройства здоровья;

стойкая утрата общей трудоспособности;

утрата какого-либо органа или утрата органом его функ­ций;

утрата зрения, речи, слуха;

полная утрата профессиональной трудоспособности;

прерывание беременности;

неизгладимое обезображивание лица;

психическое расстройство;

заболевание наркоманией или токсикоманией.

Для установления тяжести вреда здоровью достаточно нали­чие
одного из квалифицирующих признаков. При наличии не­скольких квалифицирующих
признаков тяжесть вреда здоровью устанавливается по тому, который соответствует
большей тяже­сти вреда здоровью.

Установление неизгладимого обезображивания лица не вхо­дит в
компетенцию судебно-медицинского эксперта, так как это понятие не является
медицинским.

Опасным для жизни является вред здоровью, вызывающий
состояние, угрожающее жизни, которое может закончиться смертью. Предотвращение
смертельного исхода в результате оказания медицинской помощи не изменяет оценку
вреда здо­ровью как опасного для жизни.

Длительность расстройства здоровья определяют по продолжи­тельности
временной утраты трудоспособности (временной нетру­доспособности). При
экспертизе тяжести вреда здоровью учитыва­ют как временную, так и стойкую
утрату трудоспособности.

С судебно-медицинской точки зрения, стойкой следует считать
утрату общей трудоспособности либо при определившемся исходе, либо при
длительности расстройства здоровья свыше 120 дней.

При определении величины стойкой утраты общей трудо­способности
(в процентах) эксперт руководствуется «Правилами судебно-медицинской экспертизы
тяжести вреда здоровью» (1996
г
.). Выдержки из них приведены в таблице.

Таблица

Определение степени утраты трудоспособности в результате
различных травм (проц.)

При определении степени утраты профессиональной трудоспо­собности
эксперт руководствуется специальным «Положением о порядке установления
врачебно-трудовыми экспертными комис­сиями степени утраты профессиональной
трудоспособности в про­центах работникам, получившим увечье, профессиональное
забо­левание либо иное повреждение здоровья, связанное с исполнени­ем ими
трудовых обязанностей» (Утверждено постановлением Правительства РФ от 23 апреля
1994 г.
№ 392 Собрание законода­тельства Российской Федерации. 1994. — № 2. С.
127—133).

Длительность временной нетрудоспособности определяют с
учетом данных, содержащихся в представленных медицинских документах.
Судебно-медицинский эксперт, оценивая характер и продолжительность заболевания
или нарушения функций, связанных с причиненным вредом здоровью, должен исходить
из объективных медицинских данных, в том числе установленных в процессе
проведения экспертизы.

Судебно-медицинский эксперт должен критически оценивать
данные, содержащиеся в медицинских документах, так как длительность лечения
потерпевшего может быть необоснована харак­тером травмы. В то же время может
иметь место отказ потерпев­шего от листка нетрудоспособности и преждевременный
выход на работу по личному желанию. Во всех случаях Судебно-медицин­ский
эксперт должен оценивать продолжительность заболевания и его тяжесть исходя из
объективных данных.

Ухудшение состояния здоровья потерпевшего в результате
неквалифицированного оказания медицинской помощи по поводу причиненных ему
повреждений устанавливают комиссионно с участием соответствующих врачей. Это не
является основанием для увеличения степени тяжести вреда здоровью, вызванного
травмой. В подобных случаях судебно-медицинские эксперты обязаны указать в
заключении характер наступившего ухудшения или осложнения и в какой причинной
связи оно находится с причиненным повреждением, а также с дефектами оказания
медицинской помощи.

Осложнения, возникшие при производстве операций или
применении сложных современных методов диагностики, квали­фицируются как вред
здоровью, если они явились следствием дефектов при указанных врачебных
вмешательствах. В этих случаях тяжесть вреда здоровью, обусловленную такими
осложнениями, определяют в соответствии с общими положениями. Установление
дефектов медицинских вмешательств при этом осуществляют комиссионной врачебной
экспертизой.

Осложнения при производстве операций или применении сложных
методов диагностики при отсутствии дефектов их вы­полнения, являющиеся
следствием других причин (тяжесть со­стояния больного, непредвиденные
особенности организма боль­ного, нетипичные реакции и др.), не подлежат
судебно-медицинской оценке тяжести вреда здоровью.

При оценке тяжести причинения вреда здоровью, причинен­ного
лицу, страдающему каким-либо заболеванием, следует учиты­вать только
последствия причиненной травмы. При этом эксперт должен определить влияние
травмы на заболевание (обострение заболевания, переход его в более тяжелую
форму и т.п.). Данный вопрос целесообразно решать комиссией экспертов с
участием со­ответствующих врачей — специалистов клинического профиля.

При причинении повреждений человеку, страдающему ка­ким-либо
заболеванием или имеющему индивидуальные осо­бенности организма, необходимо учитывать,
что последние мо­гут повысить степень тяжести телесного повреждения.

Пример.

Гражданин Е., 43 лет, вечером 16 ноября 1999 г. получил удар ногой в
область правой голени, у потерпевшего был остеомиелит большеберцовой кости.
Рентгеновские снимки этой кости, сделанные много ранее, до полу­чения
повреждения, показали уже значительное разрушение кости с секве­страми. От
удара произошел перелом кости в этом месте. Возникло обост­рение хронического
процесса, в связи с чем потерпевшему Е. 3 декабря 1999 г. пришлось
ампутировать правую голень.

Полученное в результате удара повреждение — перелом кости —
повлекло за собой необходимость ампутации голени и должно быть оце­нено по
этому признаку как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью.

В заключении эксперт должен был дать развернутое объяс­нение
условий, которые определили такое повреждение и его исход. Он должен был
указать, что перелом такой измененной кости мог быть вызван весьма
незначительным насилием, кото­рое могло бы не вызвать перелома здоровой
большеберцовой кости, в частности, и от удара ногой. Заболеванием же кости
объясняются и тяжелые последствия, вызвавшие необходимость ампутации ноги. Как
сам перелом, так и возникшее осложнение явились следствием того, что кость была
значительно изменена и разрушена глубоким хроническим воспалительным процессом,
обладала повышенной хрупкостью. Поэтому и исход поврежде­ния был тяжким.
Следовательно, исход данного повреждения должен рассматриваться как случайный,
обусловленный индивидуальными особенностями организма пострадавшего. В таких
случаях эксперту необходимо определить не только степень тяжести самого
повреждения, но и объяснить причины и условия возникновения тяжелых
последствий.

С юридической точки зрения, в таких конкретных случаях суд
обязан поставить эксперту вопрос: мог ли нападавший предвидеть последствия
своих действий. На этот вопрос эксперт, конечно, может ответить только
отрицательно. Для того чтобы предвидеть, нужно знать, что такое остеомиелит,
что он был у потер­певшего и в какой степени развит патологический процесс. На­падавший,
нанося удар по больной ноге, не мог предвидеть последствий своих действий (в
приведенном примере перелома кости, пораженной остеомиелитом).

В этом случае и повреждение и исход, хотя он и был связан с
самим повреждением и находился с ним в причинной связи, должны рассматриваться
как случайные, в силу привходящих обстоятельств предсуществовавшего
остеомиелита.

В остальных случаях исход является непосредственным
следствием причиненного повреждения, и тогда он, конечно, должен
рассматриваться иначе, а повреждение по-другому оцениваться.

Пример.

У гражданки Е., 23 лет, в связи с полученным 12 ноября 1999 г. ударом по голове
диагностировано кровоизлияние под твердой оболоч­кой мозга, ушиб мозга и
развилась травматическая эпилепсия. Повреж­дение вызвало тяжелые последствия,
которые стоят в непосредственной причинной связи с полученным повреждением и
являются его прямым следствием.

Такое повреждение, повлекшее за собой психическое
расстройство, значительную стойкую утраты трудоспособности — травматическую эпи­лепсию,
должно быть оценено как тяжкий вред здоровью.

Рассмотрим еще один пример.

Гражданин Н., 42 лет, 18 ноября 1999 г. был сбит автомашиной
«Мерседес-300» при переходе улицы Забелина и получил закрытый пере­лом обеих
костей правой голени. Малая берцовая кость срослась в обычное время, большая
берцовая кость и после 6 месяцев наблюдения оказалась несросшейся. Образовался
ложный сустав. Потерпевшему Н. была опреде­лена инвалидность 2-й группы.
Хирург, лечивший потерпевшего, заявил, что и операция не может гарантировать
исправления этого последствия пе­релома. Таким образом, по исходу это
повреждение должно быть оценено как тяжкий вред здоровью, так как оно повлекло
за собой стойкую утрату общей трудоспособности свыше одной трети.

Такое повреждение у мужчин среднего возраста обычно
заканчивается полным выздоровлением и, как правило, не сопровождается стойкой
утратой трудоспособности. Особенности исхода такого повреждения в данном случае
должны быть объяснены либо тем, что сращению перелома препят­ствовали ткани,
попавшие между отломками кости, либо какими-то инди­видуальными особенностями
организма потерпевшего.

Все такие условия должны быть детально объяснены в
заключении эксперта, однако само повреждение по непосредственному исходу для
дан­ного потерпевшего должно быть оценено как тяжкий вред здоровью. В данном
случае тяжелый исход явился непосредственным, прямым последствием полученного
повреждения.

Следовательно, эксперт должен в каждом отдельном случае
разобраться, чем обусловлен исход повреждения и является ли он
непосредственным, т.е. прямым результатом самого повреж­дения, или возник в
результате случайных, привходящих усло­вий или индивидуальных особенностей
организма.

При наличии повреждений, возникших от неоднократных
травматических воздействий, тяжесть вреда здоровью, обуслов­ленную каждым
травмирующим воздействием, эксперт оценива­ет раздельно.

Пример.

Гражданин Е., 20 лет, вечером 13 декабря 1999 г. на улице Полянка
подвергся нападению трех лиц. Один из них нанес ему чем-то удар по ли­цу,
другой ударил ножом в грудь; потерпевший бросился бежать, тогда третий из
нападавших поднял камень и бросил в потерпевшего, попав ему в затылок. От этого
удара потерпевший упал, потерял сознание и в бессоз­нательном состоянии был
доставлен машиной скорой помощи в больницу № 23, где вскоре пришел в сознание.

Все случившееся произошло на глазах у нескольких свидетелей,
и нападавшие были задержаны нарядом милиции.

Следователю важно было выяснить, какова степень тяжести
каждого из полученных повреждений. При экспертизе потерпевшего было обнару­жено
следующее: спинка носа припухла, сине-багрового цвета. При рентгенографии
определен перелом костей носа с небольшим смещением. Ножевая рана оказалась
проникающей в грудную полость. В области затылка имелась ушибленная рана кожи с
обширной гематомой вокруг. При рентгенографии была обнаружена трещина
затылочной кости.

Потерпевший через 3 недели был выписан для амбулаторного
лечения и через месяц после поступления в больницу приступил к работе.

Заключение эксперта: 1) переломы костей носа возникли от
удара тупым твердым предметом; это повреждение относится к разряду легкого
вреда здоровью, влекущего обычно за собой кратковременное расстройство здоровья
— не свыше 21 дня; 2) проникающее ранение груди нанесено острым колюще-режущим
орудием; оно опасно для жизни и поэтому отно­сится к разряду тяжкого вреда
здоровью; 3) ушибленная рана головы, трещина затылочной кости получены от
одного удара тупым твердым предметом, каким мог быть в данном случае камень.
Это повреждение опасно для жизни и относится к разряду тяжкого вреда здоровью.

На основании данных экспертизы следователь мог предъявить
раздельно обвинение каждому из задержанных за причиненное им повреждение.

В случаях, когда множественные повреждения взаимно отягощают
друг друга, эксперт производит совокупную оценку тя­жести вреда здоровью.

При нескольких повреждениях у одного лица в заключении
эксперт нередко оценивает их «по совокупности». При этом не всегда можно
установить, что эксперт понимает под «совокуп­ностью». Например, при наличии
нескольких кровоподтеков определяют их как повреждения легкие, причинившие рас­стройство
здоровья; переломы нескольких костей — как тяжкое телесное повреждение,
обосновывая свое заключение ссылкой на «совокупность» и не объясняя, почему
определена такая степень тяжести повреждения. Термин «совокупность» сам по себе
ничего не объясняет и не может служить основанием для оцен­ки степени тяжести
повреждения. Если у потерпевшего обнару­живается несколько мелких кровоподтеков
на конечностях и проникающая ножевая рана брюшной полости, то здесь нельзя
говорить о степени тяжести повреждений «по совокупности». Оценивать степень
тяжести повреждений по совокупности сле­дует лишь тогда, когда их общим
последствием будет один из признаков повреждений, указанных в Законе:

а) опасность для жизни (например, четыре резаные раны обеих
предплечий вызвали шок и тяжелую кровопотерю);

б) стойкая утрата трудоспособности (в частности, повреждение
уха с потерей слуха и травматическая ампутация левой кисти);

в) длительное расстройство здоровья (например, перелом ле­вой
лучевой кости и переломы нижней челюсти);

г) кратковременное расстройство здоровья (в частности, ушиб­ленная
рана головы, трещина носовых костей).

Если одно из повреждений тяжкое — например, по призна­ку,
опасности для жизни, остальные же имеют признаки легкого вреда здоровью, то о
совокупности говорить не следует, так как для этого нет оснований, а нужно
оценивать каждое повреждение в отдельности. Другие опасные для жизни
повреждения не утяжеляют кровоподтеков, а кровоподтеки не утяжеляют опас­ного
для жизни повреждения.

Необходимо учесть, что в отдельных случаях общее состояние
потерпевшего может быть обусловлено всеми полученными по­вреждениями, как,
например, малокровие от нескольких резаных ран, сотрясение мозга от нескольких
ударов по голове и др.

Осложнение повреждений и их судебно-медицинская оценка.
Прежде всего необходимо определить, что называется осложне­нием, чтобы в дальнейшем
этим и руководствоваться. Примем определение этого понятия, приведенное в
«Энциклопеди­ческом словаре медицинских терминов»: «Осложнение — общее название
присоединившихся к основному заболеванию патологиче­ских процессов, не
обязательных при данном заболевании, но воз­никших в связи с ним». Так,
осложнением перелома бедра будет остеомиелит, ложный сустав. Осложнением
подкожного крово­подтека будет абсцесс или флегмона подкожной клетчатки и др.

При опасных для жизни повреждениях их исход, а следова­тельно,
и возникающие иногда осложнения не влияют на оцен­ку степени их тяжести. Не
опасные для жизни повреждения оцениваются по исходу. Исход отдельных
повреждений может быть различным. Практике известны обычное течение и исход
отдельных повреждений: ран, переломов костей. От обычного исхода повреждения
наблюдаются отклонения как в сторону более легкого, благоприятного течения и
заживления поврежде­ния, так и в сторону утяжеления обычного его исхода. Очень
важно поэтому установить правильный подход к оценке исходов повреждений в связи
с осложнениями их течения.

Осложнения повреждений могут быть обусловлены:

а) индивидуальными особенностями пострадавшего (напри­мер,
поверхностная резаная рана мягких тканей предплечья у больного гемофилией
привела к опасному для жизни состоянию вследствие острой кровопотери);

б) присоединившейся инфекцией (в частности, при повреж­дении
мягких тканей — флегмоны, абсцессы, сепсис, при пере­ломах костей —
остеомиелиты);

в) неправильной или неквалифицированной медицинской помощью
(например, неправильное сращение костей или обра­зование ложных суставов).

В каждом конкретном случае эксперт должен тщательно про­анализировать
течение повреждения и его исход с медицинской точки зрения: дать оценку степени
тяжести самого повреждения, установить, имеется ли осложнение, объяснить
причины, обусло­вившие осложнение, и оценить повреждение по его исходу.

При разной давности возникновения повреждений оценку тяжести
каждого из них эксперт производит раздельно. При повреждении части тела с полностью
или частично ранее утраченной функцией учитывают только последствия травмы. При
повреждении здоровой парной части тела или парного органа оценке подлежат
только последствия причиненной трав­мы, без учета нарушенной функции
одноименной парной части тела или одноименного другого парного органа. Тяжесть
вреда здоровью не определяют, если:

диагноз повреждения или заболевания (патологического
состояния) потерпевшего достоверно не установлен (кли­ническая картина носит
неясный характер, клиническое, инструментальное и лабораторное обследования
проведе­ны недостаточно полно);

исход неопасного для жизни вреда здоровью не ясен;

подэкспертный отказывается от дополнительного обследо­вания
или не является на повторный осмотр, если это ли­шает эксперта возможности правильно
оценить характер вреда здоровью, его клиническое течение и исход;

отсутствуют документы, в том числе результаты дополни­тельных
исследований, без которых не представляется возможным судить о характере и
тяжести вреда здоровью.

В подобных случаях судебно-медицинский эксперт в своих
выводах излагает причины, не позволяющие определить тяжесть вреда здоровью,
указывает, какие сведения необходимы ему для решения этого вопроса (медицинские
документы, результаты дополнительных лабораторных и инструментальных
исследований и т.д.), а также определяет срок проведения дополнитель­ной
экспертизы потерпевшего.

Мотивированное объяснение невозможности определения тяжести
вреда здоровью не освобождает судебно-медицинского эксперта от необходимости
решения других вопросов, содержа­щихся в постановлении о производстве
экспертизы.

Следует указать, что одно и то же повреждение в зависимости
от исхода может оцениваться по-разному. Например, перелом костей таза,
сопровождающийся тяжелым шоком, должен квали­фицироваться экспертом как
повреждение тяжкое, опасное для жизни в момент нанесения. Перелом костей таза,
сопровождающийся нарушением функции ног в сильной степени, повлечет за собой
стойкую утрату трудоспособности более одной трети и по этому признаку будет
оцениваться как тяжкий вред здоровью. Перелом костей таза без нарушения целости
тазового кольца и функции нижних конечностей, не сопровождающийся стойкой
утратой трудоспособности, будет рассматриваться как средней тяжести вред
здоровью, поскольку данный перелом вызывает длительное расстройство здоровья,
т.е. на срок более 21 дня.

Составление судебно-медицинским экспертом каких-либо
предварительных выводов, содержащих предположительное суж­дение о тяжести вреда
здоровью, не разрешается.

«Заключение эксперта» выдают на руки лицу, назначившему
экспертизу, или пересылают по почте в срок не позднее трех дней после
проведения экспертизы. Указанный срок может быть удлинен при наличии
уважительных причин (направление на дополнительную консультацию, проведение
рентгенологиче­ского, лабораторных или иных исследований), причем эти при­чины
должны указываться в конце «Заключения эксперта». Дуб­ликат документа
сохраняется у эксперта.

Заключение эксперта состоит из трех частей: введения, опи­сательной
части и заключения (выводов).

Во введении должно быть отражено: а) время и место проведе­ния
экспертизы; б) кто назначил проведение экспертизы; в) фа­милия и инициалы
судебно-медицинского эксперта (экспертов), г) фамилия, имя, отчество, возраст,
местожительство подэкспертного; д) его профессия; е) цель экспертизы или
вопросы, поставленные перед экспертизой; ж) предварительные сведения об об­стоятельствах,
при которых были причинены повреждения (трав­мы); эти сведения могут быть
получены от органов предваритель­ного расследования, следствия, суда, со слов
подэкспертного ли­ца; з) жалобы потерпевшего в период исследования.

Описательная часть включает фабулу уголовного дела, исто­рию
заболевания (травмы), данные медицинских документов и результаты объективного
исследования.

Если при первичном исследовании потерпевший уже имеет
медицинские документы о бывшей травме, то вначале эксперту лучше ознакомиться с
ними и вписать в протокольную часть основные данные из этих документов.

Сделанные экспертом выписки из документов, включаемых в
описательную часть, должны быть достаточно полными, подтверждающими диагноз,
поставленный в лечебном учреждении. Кроме того, обязательно нужно указать
наименование лечебного учреждения, номер медицинского документа (истории
болезни, амбулаторной карты и пр.), дату их выдачи.

При описании результатов объективного исследования экс­перт
должен подробно изложить его ход и все найденные при этом фактические данные.
Вместе с тем в описательной части следует избегать экспертных выводов, т.е.
формулировок о диагнозе заболевания, давности повреждения, орудии, способе на­несения
и т.д.

Если подэкспертный направлялся к врачу-специалисту на
консультацию или лечение, то судебно-медицинский эксперт обязан не только
вписать в протокол результаты консультации или лечения, но и дополнительно
обследовать потерпевшего и изложить в протоколе его состояние после
консультации или лечения.

В заключении должны содержаться обоснованные выводы, по
экспертизе, а также ответы на вопросы, поставленные органами следствия и суда.
Кроме того, в этом разделе должны освещаться очевидные для эксперта вопросы,
вытекающие из хода самого исследования. Одновременно заключение должно являться
логическим следствием введения и описательной части и быть на ней основано.

Обычно при оценке степени тяжести причинения вреда здоровью
в заключении указывают вид и характер повреждения (кровоподтек, ссадина,
перелом, рана, вывих и пр.), его локализацию, время нанесения, мнение о виде
оружия (орудия), кото­рым повреждение могло быть причинено, а также тяжесть
причинения вреда здоровью согласно принятой в Уголовном кодек­се РФ
квалификации.

Пример.

На основании объективных данных осмотра, исследования
поврежде­ний одежды, анализа медицинских документов с учетом сведений об об­стоятельствах
дела и в соответствии с вопросами следователя прихожу к выводам:

1. У гражданина И., 1965 года рождения, имелось
колото-резаное проникающее ранение левой половины грудной клетки,
сопровождавшееся образованием левостороннего гемопневмоторакса.

2. Свойства описанной в истории болезни раны (небольшая
ширина, ровные края и значительная глубина раневого канала), а также
особенности повреждения на одежде (ровность краев, разволокнение у верхнего
угла повреждения и надрез поперечной нити в нижнем углу) свидетельствуют о том,
что ранение гражданину И. причинено колюще-режущим оружием имеющим острое
лезвие и тупую спинку, т.е. ножом типа финского.

3. Так как полученное гражданином И. ранение сопровождалось
вскрытием грудной полости, его следует отнести к категории тяжкого вреда здоровью
— по признаку опасности для жизни.

Ответственность по ст. ст. 307 и 310 УК РФ известна.

Судебно-медицинский эксперт

«Заключение эксперта» должно быть написано без употребления
специальных медицинских и латинских терминов, без помарок и исправлений,
сокращения слов и без пропусков между фразами, с полями для подшивки и
подписано экспертом (экспертами).

В сложных, спорных случаях судебно-медицинский эксперт может
не давать заключения о степени тяжести вреда здоровью, направив материалы
экспертизы начальнику бюро для проведения комиссионной экспертизы.

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ