Статья 19 :: vuzlib.su

Статья 19 :: vuzlib.su

19
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


Статья 19

.

Статья 19

1. Все равны перед законом и
судом.

2. Государство гарантирует
равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы,
национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения,
места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным
объединениям, а также других обстоятельств. Запрещаются любые формы ограничения
прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или
религиозной принадлежности.

3. Мужчина и женщина имеют равные
права и свободы и равные возможности для их реализации.

Комментарий к статье 19

1. Закрепленный в ч. 1
комментируемой статьи принцип равноправия касается всех сфер жизни. Он означает
одинаковый подход, равную мерку при решении вопроса о правах и свободах,
обязанностях и ответственности всех людей, относящихся к той или иной
категории, указанной в законе.

Например, содержащееся в ч. 2 ст.
21 Конституции правило о том, что никто не должен подвергаться пыткам, насилию,
другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или
наказанию, относится к каждому человеку — гражданину России, иностранцу, лицу
без гражданства — и дает всем равную правовую защиту, включая и тех, кто
совершил преступление и находится в местах лишения свободы. Точно так же никто
без судебного решения не может нарушить право каждого на тайну переписки,
телефонных переговоров и иных сообщений (см. комментарий к ст. 21 и 23). В ч. 5
ст. 37 Конституции содержится правило, согласно которому работающему по трудовому
договору гарантируются установленные федеральным законом продолжительность
рабочего времени, выходные и праздничные дни, оплачиваемый ежегодный отпуск.
Это значит, что каждый, заключивший договор, имеет право на указанные гарантии.
Равным образом решаются и иные вопросы, касающиеся свобод, обязанностей и
ответственности человека и гражданина.

Более подробно права и свободы
регламентируются в многочисленных законодательных актах, конкретизирующих и
развивающих соответствующие положения Конституции.

Содержание ч. 1 комментируемой
статьи полностью соответствует ст. 7 Всеобщей декларации прав человека,
провозгласившей, что все люди равны перед законом и имеют право, без всякого
различия, на равную защиту закона.

Под законом, о котором говорится
в ч. 1 комментируемой статьи, понимаются Основной закон государства —
Конституция Российской Федерации и основанные на ней федеральные и федеральные
конституционные законы Российской Федерации, а также законы субъектов
Российской Федерации.

Часть таких законов являются
отраслевыми — это гражданское, жилищное, административное законодательство,
законы о труде, о браке и семье, пенсионные, уголовные и др. Законы об
образовании, о здравоохранении, о реабилитации жертв политических репрессий и
другие относятся к межотраслевым.

Наиболее высокий уровень
законодательного урегулирования представлен кодифицированными актами —
кодексами, уставами, положениями. Это акты, обеспечивающие наиболее полное,
обобщенное и системное регулирование определенной группы общественных отношений.

Законы о конституционных правах,
свободах и обязанностях человека и гражданина не должны отклоняться от
содержания и смысла комментируемой нормы.

В ст. 125 Конституции
установлено, что любой закон может быть проверен с точки зрения его
соответствия Конституции, в том числе и комментируемой норме, Конституционным
Судом Российской Федерации (см. комментарий к этой статье).

Примечание

Осуществляя такую проверку,
Конституционный Суд признал не соответствующим Конституции ряд законодательных
норм по причине их отклонения от смысла положения комментируемой статьи о
равенстве всех перед законом. Это, например, обнаружилось при рассмотрении дела
о проверке конституционности ч. 1 и 2 ст. 54 Жилищного кодекса РСФСР в связи с
индивидуальной жалобой. Суд пришел к выводу, что содержащееся в ч. 1 ст. 54 ЖК
положение об «установленном порядке» как процедуре вселения в жилое
помещение при условии прописки противоречит, в частности, конституционному
принципу равенства всех перед законом, и потому норма закона признана не
соответствующей Конституции.

По другому делу, рассмотренному
Конституционным Судом, также было установлено нарушение принципа равенства всех
перед законом применительно к праву граждан на жилище.

В п. 8 ч. 2 ст. 60 Жилищного кодекса
установлено, что в случае осуждения лица к лишению свободы на срок свыше 6
месяцев жилое помещение за ним сохраняется до приведения приговора в
исполнение. Рассмотрев это дело по жалобам группы заявителей, Конституционный
Суд в постановлении от 23 июня 1995 г. указал, что временное непроживание лица
в жилом помещении, в том числе в связи с осуждением его к лишению свободы, само
по себе не может свидетельствовать о ненадлежащем осуществлении нанимателем
своих жилищных прав и обязанностей, а следовательно, служить самостоятельным
основанием для лишения права пользования жилым помещением.

Указанная норма ЖК признана не
соответствующей Конституции, в частности ее ст. 19.

В связи с нарушением требования,
закрепленного в ч. 1 комментируемой статьи, Конституционный Суд признал не
соответствующими Конституции и ст. 220-1 и 220-2 Уголовно-процессуального
кодекса РСФСР. В постановлении Конституционного Суда от 3 мая 1995 г. по делу о проверке конституционности статей 220-1 и 220-2 УПК РСФСР в связи с индивидуальной
жалобой А. записано: «Ограничение круга лиц, имеющих право на судебное
обжалование в порядке ст. 220-1 и 220-2 УПК РСФСР, лишь теми, кто содержится
под стражей, противоречит статье 19 Конституции Российской Федерации,
закрепляющей равенство всех перед законом». В качестве одного из
аргументов в постановлении указывается на то, что различия в фактическом
положении лиц, которые только должны быть арестованы или уже подвергнуты
предварительному заключению, не должны влиять на решение вопроса об их праве
требовать и обязанности суда проверить законность постановления об аресте.

Конституционная норма о равенстве
всех перед законом и судом свидетельствует о той роли, которую Конституция
придает судебной власти как наиболее эффективному средству защиты и восстановления
прав и свобод в случае их нарушения.

Конституция гарантирует каждому
судебную защиту его прав и свобод и право обжалования в суд решений и действий
(или бездействия) органов государственной власти, органов местного
самоуправления, общественных объединений и должностных лиц (см. комментарий к
ст. 46). Инструментом реализации этого конституционного положения является
Закон Российской Федерации от 27 апреля 1993 г. «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан», с изменениями и
дополнениями от 14 декабря 1995 г. (ВВС РФ, 1993, N 19, ст. 685, СЗ РФ, 1995, N
51, ст. 4970).

Под судом, о котором говорится в
ч. 1 комментируемой статьи, понимаются суды, выступающие в качестве органов
судебной власти и осуществляющие правосудие посредством гражданского,
административного, уголовного и конституционного судопроизводства. Речь идет о
судах общей юрисдикции — от районного до Верховного Суда Российской Федерации,
арбитражных судах и Конституционном Суде Российской Федерации (см. комментарий
к ст. 128).

Конституционный принцип равенства
всех перед законом и судом закреплен и конкретизирован в процессуальном
законодательстве (ст. 5 ГПК РСФСР и ст. 14 УПК РСФСР).

Равенство всех перед законом и
судом обеспечивается, в частности, тем, что каждое дело рассматривается единым
для всех судом, в одном и том же порядке, на основе одинаковых процессуальных
правил с предоставлением равного объема гарантий для лиц, участвующих в деле.

С принципом равенства всех перед
законом и судом тесно связан и конституционный принцип равноправия сторон,
предусмотренный ст. 123 Конституции (см. комментарий к этой статье). Истец и
ответчик в исковом производстве, жалобщик и орган, организация либо должностное
лицо, решения или действия которых обжалуются в производстве по делам,
возникающим из административно-правовых отношений, в гражданском
судопроизводстве; подсудимый и обвинитель в уголовном судопроизводстве являются
сторонами, которым закон предоставляет равные возможности использовать
процессуальные средства для защиты своих прав и интересов.

Сторонам предоставляются равные
возможности знакомиться с материалами дела, заявлять ходатайства, задавать
вопросы участникам процесса, свидетелям, экспертам, заявлять отводы, давать
объяснения суду, участвовать в прениях и т.д.

Имея равные процессуальные права,
стороны несут и равные процессуальные обязанности. Принцип равноправия сторон
проводится в жизнь и в судопроизводстве по арбитражным делам, и в
конституционном судопроизводстве.

Исключение из правила о равенстве
всех перед законом и судом предусмотрено, естественно, в самой Конституции
Российской Федерации, в ее ст. 91, 98 и ч. 2 ст. 122. Оно относится к
неприкосновенности Президента Российской Федерации, членов Совета Федерации,
депутатов Государственной Думы и судей.

На практике возникали вопросы
соответствия Конституции законодательных актов, в том числе с точки зрения
требованиям комментируемой статьи, ограничивающих возможность привлечения к
уголовной ответственности членов Совета Федерации, депутатов Государственной
Думы и судей.

Примечание

Эти вопросы рассмотрены в
постановлениях Конституционного Суда от 20 февраля 1996 г. по делу о проверке конституционности положений ч. 1 и 2 ст. 18, 19 и ч. 2 ст. 20 Федерального
закона от 8 мая 1994 г. «О статусе депутата Государственной Думы
Федерального Собрания Российской Федерации» и от 7 марта 1996 г. по делу о проверке конституционности п. 3 ст. 16 Закона Российской Федерации «О статусе
судей в Российской Федерации» в связи с жалобами граждан М. и Б. (ВКС,
1996, N 2 с. 21).

В обоих постановлениях
подчеркнуто, что как неприкосновенность парламентария, закрепленная в ст. 98
Конституции, так и судейская неприкосновенность, о которой говорится в ч. 1 ст.
122 Конституции, — необходимые исключения из равенства всех перед законом и
судом. Они выходят за пределы личной неприкосновенности, закрепленной в ст. 122
Конституции Российской Федерации, и не являются личной привилегией, а имеют
публично-правовой характер и призваны служить публичным интересам.

Применительно к парламентариям они
призваны обеспечивать повышенную охрану законом их личности в силу
осуществления ими государственных функций, ограждая от необоснованных
преследований, способствуя их беспрепятственной деятельности, их
самостоятельности и независимости. Конституционное положение о
неприкосновенности судьи — один из существенных элементов статуса судьи,
важнейшая гарантия его профессиональной деятельности. Она направлена на
обеспечение основ конституционного строя, связанных с разделением властей,
самостоятельностью и независимостью судебной власти. В данном случае имеет
значение особый режим судейской работы, повышенный профессиональный риск,
наличие различных процессуальных и организационных средств контроля за
законностью действий и решений судьи.

Считая в принципе соответствующими
Конституции оспариваемые законодательные акты о неприкосновенности членов
парламента и судей, Конституционный Суд в своих постановлениях в то же время
указал на пределы этой неприкосновенности с тем, чтобы не было необоснованного,
расширительного истолкования неприкосновенности.

Так, в постановлении от 20
февраля 1996 г. сказано, что, принимая решение о включении в закон тех или иных
положений, касающихся депутатской неприкосновенности, законодатель не может
игнорировать общий смысл и цели этого правового института, а также не учитывать
его место в системе норм Конституции Российской Федерации. Неприкосновенность
парламентария, указывается в постановлении, не означает его освобождения от
ответственности за совершенное правонарушение, в том числе уголовное или
административное, если такое правонарушение совершено не в связи с
осуществлением собственно депутатской деятельности.

Относительно неприкосновенности
судей в постановлении от 7 марта 1996 г. отмечается, что постановка вопроса о
возбуждении уголовного дела в отношении судьи возможна при наличии на это
согласия соответствующей коллегии судей. Отказ коллегии дать согласие может
быть обжалован в высшую квалификационную коллегию судей Российской Федерации.

Решение квалификационной коллегии
судей об отказе в даче согласия на возбуждение уголовного дела в отношении
судьи может быть обжаловано и в суд постольку, поскольку этим решением
затрагиваются права как самого судьи, так и гражданина, пострадавшего от его
действий.

2. В части 2 комментируемой
статьи конкретизируется, раскрывается и дополняется общее положение о равенстве
всех перед законом. Содержание ч. 2 адресовано законодательным и другим
нормоустанавливающим органам, а также правоприменителям, общественным
объединениям, организациям, предприятиям, учреждениям, органам местного
самоуправления, должностным лицам, словом, всем, кто имеет отношение к решению
вопроса о правах и свободах человека и гражданина. В комментируемой части
статьи запрет дискриминации связан с наиболее часто встречающимися признаками,
по которым равенство прав и свобод человека могло бы быть нарушено.

Примечание

Приведенный перечень признаков,
по которым не допускается ограничение прав и свобод человека и гражданина, не
является исчерпывающим. Это выражено словами «а также других
обстоятельств». Примеры ограничения по признакам, не указанным в
приведенном перечне, встречаются на практике. Это, в частности, выявилось при
рассмотрении в Конституционном Суде Российской Федерации дела о проверке
конституционности ст. 2-1 и 16 Закона РСФСР от 18 октября 1991 г. «О реабилитации жертв политических репрессий» (в редакции от 3 сентября 1993 г.) в связи с индивидуальной жалобой А.

Заявительница вместе с родителями
в 1942 г. была насильственно выселена с места своего проживания в г. Сталинграде.
В 1993 г. родители были реабилитированы на основании п. «в» ст. 3
Закона РСФСР от 18 октября 1991 г. «О реабилитации жертв политических
репрессий», а сама заявительница на основании ч. 1 ст. 2-1 того же Закона
была признана пострадавшей от политических репрессий.

Считая, что к ней репрессии
применялись непосредственно, как и к родителям, заявительница обращалась в
различные организации с просьбой признать ее необоснованно репрессированной и
распространить на нее компенсации и льготы, предусмотренные для этой категории
лиц. В просьбе ей было отказано на том основании, что к моменту окончания
репрессий она не достигла 16-летнего возраста, с которого по действовавшему в
то время законодательству к лицу мог применяться соответствующий вид политических
репрессий.

То обстоятельство, что к моменту
необоснованного применения репрессий к родителям она не достигла возраста,
позволявшего юридически привлечь ее к ответственности, как указывается в
постановлении Конституционного Суда от 23 мая 1995 г. по данному делу, не имеет значения для оценки ее правового положения и не может служить
основанием для ограничения прав и свобод в процессе реабилитации. В
постановлении подчеркнуто, что указанное положение ч. 1 ст. 2-1 названного
Закона по существу и смыслу, придаваемому ему на практике, устанавливает
необоснованные и несправедливые различия (в том числе связанные с возрастом)
для определенной категории граждан, признаваемых пострадавшими от политических
репрессий, по сравнению с необоснованно репрессированными, хотя и к ним
применялись репрессии по политическим мотивам.

Указанное положение Закона
признано Конституционным Судом не соответствующим Конституции, ее ст. 19 (ч. 1)
и ст. 52.

Постановлением Конституционного
Суда от 16 октября 1995 г. по делу о проверке конституционности ст. 124 Закона
РСФСР от 20 ноября 1990 г. «О государственных пенсиях в РСФСР» в
связи с жалобами группы граждан признано не соответствующим, в частности ст. 19
(ч. 1 и 2), Конституции положение ст. 124 названного Закона в той части, в
какой оно приостанавливает выплату трудовых пенсий на время лишения пенсионера
свободы по приговору суда.

Отраслевое законодательство
предусматривает ответственность за дискриминацию. Одной из таких норм является
ст. 74 УК РСФСР, предусматривающая наказание в виде лишения свободы до трех лет
или штраф до 16 минимальных размеров оплаты труда за умышленные действия,
нарушающие равноправие граждан по признаку расы, национальности, отношения к
религии.

3. В ч. 3 комментируемой статьи в
самостоятельную норму выделено положение о равенстве мужчины и женщины. Это
полностью соответствует требованиям Конвенции о ликвидации всех форм
дискриминации в отношении женщин. Ее ст. 2 обязывает государства-участников
«включить принцип равноправия мужчин и женщин в свои национальные
Конституции». На равные права и свободы мужчин и женщин указывается и в
ст. 3 Международного пакта о гражданских и политических правах. В ст. 1
упомянутой Конвенции раскрывается понятие «дискриминация» в отношении
женщин, означающее любое различие, исключение или ограничение по признаку пола,
которое направлено на ослабление или сводит на нет признание, пользование или
осуществление женщинами, независимо от их семейного положения, прав и основных
свобод в политической, экономической, социальной, культурной, гражданской или
любой другой области. Реализация конституционного положения, закрепленного в ч.
3 комментируемой статьи, является обязанностью законодательных, исполнительных
органов, судов, всех правоприменительных органов.

В ч. 3 ст. 19 говорится не только
о равных правах и свободах у мужчин и женщин, но и о равных возможностях для их
реализации. Это связано с физиологическими особенностями женского организма,
функциями, которые женщины выполняют в семье. Особое внимание должно уделяться
получению женщинами образования и профессиональной подготовки, их участию в
труде, в общественно-политической и культурной деятельности. С учетом этого в
отраслевом законодательстве содержатся нормы о материальной и моральной
поддержке материнства и детства, специальных мерах по охране труда и здоровья
женщин, их пенсионного обеспечения и т.д.

В законодательстве имеются нормы
и об ответственности за нарушение равноправия мужчины и женщины. Так, ст. 139
УК РСФСР предусматривает уголовную ответственность за отказ в приеме на работу
или увольнение беременной женщины или кормящей матери.

Несмотря на наличие этих правовых
гарантий, реальное положение дел нельзя считать удовлетворительным. Большие
надежды в этом отношении возлагаются на Концепцию улучшения положения женщин в
Российской Федерации, утвержденную постановлением Правительства Российской
Федерации от 8 января 1996 г. N 6. Основная идея Концепции заключается в том,
что полное и равноправное участие женщин в политической, экономической,
социальной и культурной жизни на федеральном, региональном и международном
уровнях должно стать главной целью государственной политики в области улучшения
положения женщин в Российской Федерации.

Пока же, отмечается в документе,
невостребованность в политике, дискриминация в труде, ухудшение здоровья и рост
насилия в отношении женщин вызывают наибольшее беспокойство общественности в
условиях кардинальных реформ, происходящих в России в настоящее время.

В этой связи Концепция признает
необходимым в первую очередь содействовать соблюдению прав женщин в единстве с
основными правами и основными свободами человека; обеспечивать условия для
полноправного участия женщин в принятии решений на всех уровнях управления;
содействовать обеспечению равных прав на рынке труда; обеспечивать охрану здоровья
женщин, добиваться недопущения и пресечения насилия в отношении женщин.

Для решения этих проблем,
указывается в Концепции, следует добиваться создания условий и выработки
правовых норм, необходимых для осуществления на практике конституционного
принципа равных прав и равных возможностей; использовать опыт, накопленный в
различных регионах Российской Федерации; обеспечить координацию действий на
федеральном, региональном и международном уровнях.

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ