Функции традиции :: vuzlib.su

Функции традиции :: vuzlib.su

348
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


Функции традиции

.

Функции традиции

Может быть, наиболее фундаментальным является вопрос не о
том, почему изменяются традиции, а о том, почему они вообще существуют. Как
считает Эдвард Шилз, «хотя люди зачастую не­удовлетворены своими традициями, но
без них они не могут вы­жить» (355; 322). Если это так, то каковы же те
универсальные требования, или потребности, индивидуальной и социальной жиз­ни,
которые удовлетворяют традиции, иными словами, в чем со­стоят функции традиций?

1. Прежде всего в традиции сосредоточена мудрость поколе­ний,
которые осуществили отбор бытовавших в прошлом и за­служивающих теперь внимания
норм, ценностей, идеалов, пра­вил, сохранили созданные ранее объекты. Традиции
— это своего рода кладезь идеальных и материальных ресурсов, используемых
людьми в своих текущих делах, для возведения будущего на фун­даменте прошлого.
В частности, традиции предписывают дейст­вия (например, в артистическом мире, в
области медицины или юриспруденции), определяют ролевые модели (например, пове­дение
героев, харизматических лидеров, святых и пророков), под­держивают социальные
институты (например, монархию, кон­ституционализм, парламентаризм), различные
образцы органи­зационного устройства (например, рынок, демократию и т.д.) и
образы обществ (например, древней Греции, американского или западного).
Общественную жизнь нельзя создать из ничего, на пустом месте. Традиции
обеспечивают людей, формирующих свой Мир, готовыми «строительными блоками».

2. Традиция — один из источников законности, подтверж­дающий
легитимность чего-либо. Фразы «так было всегда» и «люди всегда так считали»
нередко используются для объяснения или Даже оправдания сегодняшних поступков
(355; 21). Ту же цель преследуют ссылки на авторитеты или доктрины, бывшие попу­лярными
в прошлом («так сказано в Библии», «это утверждал Аристотель», «Маркс был не
против такого вывода»), Макс Вебер особо отметил роль традиции в формировании
основ власти, ког­да, например, авторитет монарха узаконивается его принадлеж­ностью
к прежней династии.

3. Традиция вбирает в себя символы коллективной идентич­ности,
усиливает чувство общих корней, принадлежности и вер­ности нации, сообществу,
группе. Таковы прежде всего нацио­нальные традиции с их гимнами, флагами, эмблемами,
мифоло­гией и публичными ритуалами. Они уходят корнями вглубь исто­рии и
используют прошлое для того, чтобы объединить людей в настоящем. «Ритуалы
монархии воспринимаются как символ сво­боды и праздник стабильности в мятущемся
и разочарованном веке» (429; 159). Ту же роль играют традиции регионов,
городов, местных сообществ, связывая их граждан или членов внутри оп­ределенного
пространства. Традиции профессий и фирм, симво­лизированные в значках, лозунгах
и легендах, придают чувства достоинства и гордости за сопричастность именно к
этой про­фессии или фирме. Традиции университетов и школ, выражае­мые в пышных
ритуалах, церемониях, одежде и т.д., позволяют сохранить автономию в данной
сфере социальной жизни.

4. Традиция помогает пережить разочарования, смягчает не­удовлетворенность
повседневным существованием. Традиция, истоки которой коренятся в счастливом
прошлом, поддерживает общество в периоды кризиса. Традиция, напоминающая о
былой независимости, не дает нации погибнуть в период иностранной оккупации и
порабощения. Традиция утерянной свободы рано или поздно подрывает самую
жестокую тиранию. Словом, если прибегнуть к поэтической метафоре, «время — это
небо для духа, которому тесно в настоящем» (355; 207).

Как и все, что создано человеком, традиции несут в себе функ­циональную
амбивалентность.

1. Любая традиция, независимо от ее содержания, может сдер­живать
творчество или новации, предлагая готовые рецепты для решения современных
проблем. Между тем попытки заменить поиск новых путей возвратом к старым,
испытанным, надежным методам чаще всего влекут за собой стагнацию.

2. Столь же пагубно стремление оставаться верными традици­онному
образу жизни, методам правления, экономическим стра­тегиям, несмотря на
радикальные исторические сдвиги. Привер

ценность старым традициям в изменившихся условиях — лишь
одно из проявлений инертности, типичной для многих челове­ческих институтов.
Это может привести к неэффективности или полному провалу политики,
разочарованию граждан, экономи­ческому или политическому кризису. Именно такова
нынешняя ситуация в Восточной Европе и бывшем Советском Союзе, где традиции
капиталистического Запада XIX в. в сочетании с идеей экономической свободы и
концепцией либеральной парламент­ской демократии рассматриваются как
единственно приемлемый ориентир при проведении реформ. Фетишизация подобных тра­диций
в преддверии XXI в. не только малопродуктивна, она па­рализует поиски «третьего
пути», отличного от полностью отверг­нутого социализма и воспринятого с таким
энтузиазмом «дикого капитализма».

3. Некоторые традиции дисфункциональны или опасны по причине
своего специфического содержания. Человеческая исто­рия полна трагедий и
страданий, разрушения, жестокости, экс­плуатации, дискриминации, пронизанных
ненавистью идеологий, иррациональных верований, несправедливых законов и
тираний. Подобные традиции, возрождаемые отдельными лицами или груп­пами (как
это периодически происходит с идеями милитаризма, империализма, колониализма,
антисемитизма, нацизма или ста­линизма), несут в себе мощный деструктивный
потенциал. Су­ществуют, например, опасные признаки сохранения крайне пра­вых
традиций в Германии, Италии и Франции, пережитков ста­линизма в России.

4. Наконец, некоторые традиции поддерживаются, скорее, на
уровне «социального подсознания», в силу привычки и инерции. Нельзя сказать,
чтобы их специально культивировали, просто они воспринимаются как неотъемлемая
составляющая обычного об­раза жизни. Исследователи бывших коммунистических
стран изо­брели термин «гомо советикус» для описания типичного менталь­ного
синдрома, адаптивной реакции, генерируемой тоталитар­ной системой. Сюда входят
такие черты, как стремление к сию­минутной выгоде, пассивность, апатия,
перекладывание ответст­венности на другого, небрежное отношение к работе,
«незаинте­ресованная зависть», инфантилизм (ожидание защиты и заботы со стороны
государства), иждивенческая изобретательность (по­стоянный поиск в социальной
системе лазеек для собственной выгоды). С падением тоталитарных режимов такое
отношение не Исчезло. Для одних все это составляло привычный образ жизни,
который скоро будет сломлен под натиском капиталистической системы; другие
воспринимают новую трудовую этику, личную ответственность и дух конкуренции,
привнесенные капитализ­мом, как чуждые, неприемлемые требования и потому испыты­вают
ностальгию по прежней, пусть даже и более бедной жизни. Возникает латентная,
скрытая традиция, тем не менее влияющая на массовые действия. В изменившихся
обстоятельствах такие укоренившиеся привычки и обычаи утратили свою адаптивную
ценность и представляют значительные препятствия для преоб­разования
политической и экономической системы. Еще более опасно, что они могут
подготовить благодатную почву для попу­листских демагогов или коммунистических
ястребов.

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ