18. Великие личности как агенты изменений — История как человеческий продукт :: vuzlib.su

18. Великие личности как агенты изменений — История как человеческий продукт :: vuzlib.su

82
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


18. Великие личности как агенты изменений —
История как человеческий продукт

.

18. Великие личности как агенты изменений — История как
человеческий продукт

Социальные изменения, включая широкомасштабные исто­рические
преобразования, являются результатом действий людей. В социальной истории нет
ничего, что не могло бы быть расцене­но как преднамеренный либо
непреднамеренный результат чело­веческих усилий. «То, что история делается
мужчинами и жен­щинами, более не отрицается никем, за исключением некоторых
теологов и мистических метафизиков» (197; xi).

Сказать, что люди делают историю, еще не значит ответить на
вопрос: кто в действительности делает ее, все ли мужчины и жен­щины или лишь
некоторые; все ли делают в равной мере, или их вклад различен; все ли участвуют
в созидании в одной и той же области или в разных сферах, одинаковым образом
или разными путями. Короче, мы спрашиваем:

Кто делает историю? Какая часть истории ими делается? Что за
историю они делают? Как они делают ее?

Спрашивая, кто делает историю, мы должны иметь в виду
основные отличия между индивидуальными деятелями (людьми) и коллективными
(группами, выполняющими определенные за­дачи, социальными движениями,
ассоциациями, политическими партиями, армиями, правительствами и т.д.). О
коллективных де­ятелях речь пойдет в гл. 19, а сейчас наше внимание сосредото­чится
на индивидах. Среди них можно выделить три различных типа. Первый составляют
обычные люди, занятые нормальной, повседневной деятельностью. Они работают и
отдыхают, едят и спят, путешествуют и гуляют, разговаривают и пишут, смеются и
ссорятся. Но существуют и исключительные люди, составляю­щие тип индивидов,
которые благодаря особым личным качест­вам (знаниям, компетенции, таланту,
мастерству, силе, хитрости и даже «харизме») действуют во имя или в интересах
других (89), либо манипулируют другими, подавляют их. Это лидеры, проро­ки,
идеологи, государственные деятели, диктаторы, тираны и т.д. К третьему типу
относятся те, кто занимает позиции, обеспечи­вающие особые полномочия (при этом
вовсе не обязательно, чтобы они обладали исключительными личными качествами).
Роль та­ких людей требует действий, определяющих судьбу других. Мы имеем в виду
правителей, законодателей, менеджеров, админи­страторов, полицейских и т.д.

Можно предложить еще одну типологию — по формам дейст­вий.
(1) Если мы будем рассматривать способ действий, то полу­чим некоторый
континуум. На одном полюсе окажется повсе­дневная деятельность, движимая чисто
эгоистическими, частны­ми мотивами и намерениями. Каждое такое действие может
вли­ять на жизнь других людей, а в совокупности они способны вы­звать весьма
ощутимый социальный отклик (например, в случае отклонения от нормы или
изобретения новых орудий). (2) Про­двигаясь по континууму, мы обнаружим
действия, предприни­маемые в более широком контексте коллективного поведения.
Они все еще плохо скоординированы, не объединены общими намерениями, но
вследствие своей масштабности могут иметь прямые и важные социальные
последствия. Проявлениями такого типа действий могут служить поведение толпы,
паника, взрывы ненависти, восстания. (3) Далее идут коллективные действия, имею­щие
преднамеренный, целенаправленный, координированный ха­рактер. Они преследуют
некую общую цель. Таковы, например, митинги, манифестации, кампании и т.д. (4)
Отдельную категорию образует предпринимательская деятельность, направленная на
мо­билизацию и вовлечение в свою орбиту других. (5) И, наконец, существуют
разного рода политические действия в борьбе за дости­жение власти или за ее
упрочение, издание распоряжений, мани­пулирование, установление законов, правил
(а также тайные переговоры, проведение кампаний за отмену выборов и т. п.).

Что касается целей действий отдельных индивидов, то здесь
тоже можно выделить несколько вариантов. Одни действия на­правлены
непосредственно на структуры. Они создают их, изме­няют или поддерживают. В
ходе таких действий вводятся новые нормы, выдвигаются оригинальные идеи,
возникают новые от­ношения, формируются новые иерархии. Другие действия направ­лены
не на структуры, а на людей. Речь идет о воспитании, обу­чении, координации и
т.д. Косвенно они также способны оказы­вать влияние на структуры, внося тем
самым свой вклад в соци­альные изменения. Наконец, действия третьего вида
нацеливаются  на объекты — как природные, так и те, что созданы челове­ком.

Таким образом, люди «делают историю» по-разному. Второй
вопрос: какую часть истории они делают? Одинакова ли их роль в этом процессе?
Очевидно, что, в отличие от обычных людей, вклад каждого из которых ничтожен,
но в совокупности они мо­гут дать мощный импульс социальным изменениям,
выдающиеся личности оказывают на ход истории значительное влияние. Не случайно,
именно великие люди привлекали внимание исследо­вателей с самого начала изучения
социальных изменений. Пос­ледуем этой традиции.

Прежде всего попытаемся определить, кто составляет катего­рию
«великие люди». Даже если избегать моральных оценок и принимать в расчет лишь
степень объективного влияния, то и тогда данная категория будет очень
разнородной. Возьмем фак­тор времени. На одном полюсе окажутся те, кто оставил
— хоро­ший или плохой — но в любом случае долгий след в человеческой истории:
Иисус, Будда, Цезарь, Наполеон, Сталин, Гитлер, Ко­перник, Эдисон. К другому
могут быть отнесены люди, диктую­щие вкусы, стили, моду, увлечения и т.д. Они
могут иметь огром­ное число последователей, и в некоторых областях их воздейст­вие
может быть очень сильным и массовым, но лишь времен­ным, поскольку на смену им
скоро приходят другие. Вспомним Элвиса Пресли и «Битлз», Мадонну и Принца,
Пьера Кардена и Джанни Версачи.

Существенно варьируют и пространственные масштабы вли­яния:
у кого-то они локально ограничены (либо отдельными со­обществами, либо
территориями), а у кого-то распространяются на весь земной шар. Сравните Пол
Пота и Ленина, Пиночета и Гитлера. Наконец, влияние варьирует по своему
содержанию. И здесь встает третий вопрос: что за историю они делают? На од­ном
полюсе — «лидеры действия»: полководцы, политики, дик­таторы, на другом — «лидеры
мысли»: пророки, философы, уче­ные, мыслители. И, наконец, по всем трем осям
существует ог­ромное разнообразие конкретных случаев, различающихся по
временной протяженности, пространственным масштабам и сфере влияния.

Наконец, мы подошли к последнему вопросу: как делается
история? Люди могут оставить свой след в истории как непред­намеренно, так и
намеренно, при этом объективные последствия и субъективные цели и задачи вовсе
не обязательно совпадают. Коперник, скорее всего, не представлял, что его
открытия в аст­рономии вызовут поистине революционные изменения в научном,
религиозном и даже обыденном мышлении. Джеймс Уатт вряд ли предполагал, к каким
последствиям для человеческой цивилизации приведет изобретение им парового
двигателя. Нильс Бор не мог предусмотреть, что его опыты дадут толчок к созда­нию
ядерного оружия, драматически изменят военный баланс и политическую историю
после Второй мировой войны. Все эти «лидеры мысли» не считали себя «творцами
истории», хотя их идеи и привели к широкомасштабным историческим изменени­ям.
Сказанное относится и к «лидерам действия». Александр Македонский не
догадывался, что победа над персами спасет за­падную цивилизацию на целое
грядущее тысячелетие, как и Хрис­тофор Колумб не подозревал, что он открыл
территорию, где в будущем возникнет сверхдержава. Они просто делали свое дело,
не зная, что запускают процессы всемирно-исторического значе­ния. Иногда в
основе подобных действий лежали эмоциональные или моральные импульсы. Роза
Парке, негритянка из Монтгоме­ри штата Алабама, отказавшаяся занять в автобусе
«место для черных», не преследовала цель начать мощное движение за граж­данские
права негров, впоследствии изменившее лицо Америки.

С другой стороны, многие деятели, конечно, сознательно
пытаются играть великую роль, преобразовать мир. Наполеон и Маркс, Робеспьер и
Ленин, Горбачев и Рейган — вот лишь неко­торые примеры. В данном случае
субъективные намерения и объ­ективные последствия зачастую не совпадают. По
иронии исто­рии, амбициозные реформаторы и революционеры нередко дей­ствительно
добиваются исторических сдвигов, но вовсе не тех, на которые они рассчитывали.
Как замечает Карл Поппер, большин­ство революций приводит к последствиям,
противоположным тем, о которых мечтали революционеры. По его словам, «даже те
ин­ституты и традиции, которые возникают в результате сознатель­ных
человеческих действий, являются, как правило, косвенным, непреднамеренным и
нежелательным побочным продуктом та­ких действий» (331; 286). Глубоко
моральное, романтическое и гуманное учение Карла Маркса выродилось в одну из
наиболее бесчеловечных политических систем в мировой истории.

Бывают и противоположные ситуации. Так, Михаил Горба­чев,
начиная политику гласности и перестройки, старался спасти агонизирующую
коммунистическую систему, а не подтолкнуть ее к полному краху. Его намерения,
далекие от революционных, вылились, наверное, в наиболее глубокие исторические
преобра­зования современности. Этот политический деятель оставил след в истории
не благодаря тому, чего он хотел достичь, а благодаря объективной роли, которую
сыграл. Лишь очень немногие великие лидеры или политики способны достигать тех
исторических целей, которые они перед собой поставили. Если им это удается, то
чаще всего в сравнительно ограниченных социальных рефор­мах, а не в глобальных
проектах реконструкции (332).

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ