Тема 12. Философия религии :: vuzlib.su

Тема 12. Философия религии :: vuzlib.su

61
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


Тема 12. Философия религии

.

Тема 12. Философия религии

Религия являет собой важный и необходимый феномен духовной
жизни человека и общества. Это, по словам А. Шопенгауэра, «мета­физика народа»,
один из важнейших компонентов его мировоззре­ния. Изучением религии занимаются
прежде всего богословие, а также история и философия — каждая под своим особым
углом зре­ния. Богословие стремится к адекватному истолкованию фактов ре­лигиозного
сознания, данных путем откровения. История религии исследует процесс
возникновения и развития религиозного созна­ния, сравнивает и классифицирует
различные религии с целью найти общие принципы их становления. Философия
анализирует прежде всего сущность религии, определяет ее место в системе
мировоззрения, выявляет ее психологические и социальные аспекты, ее
онтологический и познавательный смысл, высвечивает соотно­шение веры и знания,
анализирует проблемы отношения человека и Бога, нравственный смысл религии и ее
роль в жизни общества, в развитии духовности как человека, так и человечества.

Религия должна рассматриваться в разных аспектах; она осмы­сливает
Бога как Абсолют в его отношении к человеку, природе и обществу. Существенной
функцией религии является нравственно-со­циальное служения она призвана сеять в
душах народа мир, любовь и согласие. Религия воссоединяет жизнь двух миров —
земного, природно-социального, и трансцендентного. В религии исключитель­ное
значение имеет отношение индивидуальной души к трансцен­дентному.

История человечества не знает ни одного народа, который был
бы чужд религиозного сознания и опыта. Это само по себе говорит о том, что всем
народам мира изначально свойственны религиозная потребность духа и
соответствующая ей область идей, чувств и опыта. Данная потребность человека и
человечества нисколько не уничтожается и даже ничего не теряет в результате
развития науки, философии и искусства. Она является общей для людей во все вре­мена
их существования, составляя духовное начало в человеке в про­тивоположность
животному.

Религия характеризуется признанием Абсолютного начала, т.е.
Бога, от которого зависит все конечное, в том числе и человек, и стремлением согласовать
нашу жизнь с волей Абсолюта. Поэтому в каждой религии можно найти две стороны —
теоретическую, в которой выражается понимание Абсолюта, и практическую, в ко­торой
устанавливается реальная связь Абсолюта с жизнью человека. При этом осмысление
Бога может быть чрезвычайно разнообразным и выражаться в почитании камней
(литолатрия), растений (фитолатрия), животных (зоолатрия), огня (пиролатрия),
человека (различные формы антропоморфизма). Наконец, Абсолют может мыслиться в
виде отвлеченной идеи, например, различные пони­мания Бога: деистическое,
теистическое, пантеистическое, вклю­чая сюда и поклонение идее человечества
(культ человечества у О. Конта).

О существовании Христа можно говорить с уверенностью не по­тому,
что существуют отрывочные упоминания о нем в древних ис­точниках. Нет, не
упоминания Тацита, Плиния Младшего, Светония убеждают в этом, а то
обстоятельство, что возникло мощнейшее дви­жение — христианство. Следовательно,
у истоков его непременно должна быть и выдающаяся Личность, как у истоков
буддизма был Будда, у истоков ислама — Мухаммед.

Во всех формах религиозного сознания мы находим признание
существования высшего начала и связи его с миром конечных вещей. Этой связью
объясняется и необходимость поклонения Богу, молит­вы и жертвы, и то, что
религия служит не только теоретической потребности ума, но также целям
нравственности и эстетическому началу.

Таким образом, в религии нельзя видеть выражение
деятельности какой-либо одной стороны человеческой души. В атмосфере рели­гии
участвует весь человек со всеми его духовными потребностями и склонностями. В
связи с этим мыслители обращают внимание на различные стороны религии. Так,
некоторые усматривают в религии прежде всего эмоциональную сторону, подчеркивая
религиозные чувства. И. Кант ставил религию в теснейшую связь с
нравственностью, назвав религию признанием законов нравственности за веле­ния
Божества. По Канту, религия — это закон, живущий в нас, это мораль, обращенная
к познанию Бога. Нельзя стать угодным Выс­шему Существу, не становясь лучшим
человеком. Гегель рационали­зирует религию, характеризуя ее как объективацию
абсолютного духа, как самооткровение его в человеке в форме идеи.

В вопросе о происхождении религии еще большее разнообразие
мнений, чем в вопросе о ее сущности. Прежде всего необходимо различать
психологические причины возникновения религии и со­циальные корни религиозного
сознания.

Принципы, лежащие в основании объяснения возникновения ре­лигии,
подразделяются на две группы: супернатуралистические и рационалистические. Первые
говорят о врожденности религиозного сознания и указывают на откровение как на
его источник. Вторые предполагают или сознательное намерение и рефлексию челове­ка
при образовании религии (евгемеризм), или чисто прагматичес­кие стремления
определенных лиц (Т. Гоббс, Г. Болинброк) ради удержания власти, или
олицетворение известных сил природы (Эпи­кур, Д. Юм), или объективирование
известных душевных качеств (Л. Фейербах, Ж. Ренан) или почитание предков (Г.
Спенсер). В перечисленных точках зрения много спорного и мало объясняю­щего:
религиозное состояние и содержание души человека — во многом дело сугубо
индивидуальное и чрезвычайно тонкое, оно не может быть втиснуто в сухие рамки
отвлеченных понятий.

Что касается проблемы гносеологического смысла религии, или
проблемы отношения веры к знанию, то она решается в зависимости от общих
философских позиций того или иного мыслителя. Извест­ны три подхода к этой
проблеме: сциентистски-позитивистское, исто­рическое (эволюционное) и
абсолютное. Первый подход толкует религию как низший вид знания и, по существу,
сводит ее к суеверию, которое с развитием науки якобы обречено на исчезновение.
Сто­ронники второго подхода усматривают в религии развиваю­щуюся форму знания,
сохраняющую всегда свое значение, даже тогда, когда оно входит в состав иного,
более высокого уровня зна­ния. При этом религиозное знание уступает
отвлеченному знанию в понятиях. И, наконец, третий подход рассматривает рели­гиозное
и научное знание как две различные и правомерные формы духовной активности человека:
между ними постоянно отыскиваются границы и продумывается специфика как по
сути, так и по зна­чимости для человека и общества. Думается, что нет смысла
искать две истины (как это делали в средние века) — научную и религиоз­ную.
Было бы вернее подходить к самой трактовке сущности истины с учетом специфики
объекта познания. Приведу глубокую мысль вы­дающегося российского ученого В.И.
Вернадского, имеющую прямое отношение к рассматриваемому вопросу: «Если мы
хотим понять рост и развитие науки (имеется в виду естествознание. — А.С), мы
неизбежно должны принять во внимание и все другие проявления духовной жизни
человечества. Уничтожение или прекращение одной какой-либо деятельности
человеческого сознания сказывает­ся угнетающим образом на другой. Прекращение
деятельности че­ловека в области ли искусства, религии, философии или обществен­ной
мысли не может не отразиться болезненным, может быть, по­давляющим образом на
науке».

Становление научной картины мироздания не противоречит ре­лигии
и не ослабляет религиозного восприятия мира. Нельзя счи­тать парадоксом факт,
что те, кто внес в науку масштабный вклад (например, такие новаторы, как Н.
Коперник, И. Ньютон, А. Эйнш­тейн, В. Гейзенберг и др.), относились терпимо к
религии и раз­мышляли о ней в положительных тонах.

Спросим себя вместе с М.В. Ломоносовым: откуда в мироздании
эта дивная мудрость, эта поражающая целесообразность? Человеку не дано
восприятие целостности мироздания. Целостность Вселен­ной, по словам И. Канта,
трансцендентна, т.е. запредельна, ибо в опыте и эмпирических науках мы не
встречаем этой целостности и не можем спроецировать мироздание как целое, чтобы
оно при­открыло нам свои высшие духовно-разумные свойства. Даже нежи­вая
природа может лишь как бы подарить нам чувство гармонии и красоты, если только
мы способны и готовы принять этот дар. Тем более акт религиозного осмысления
сущего: он выступает, по сути, как акт откровения.

Религиозная вера невозможна вопреки разуму и без оснований,
например, от страха и растерянности. Вера дается Богом человеку через
воспитание в условиях религиозной семьи и обучение в школе, а также через опыт
жизни и силу разума, постигающего Бога через проявление его творений и
удивительную целесообразность самых замысловатых образований и процессов в
мироздании.

В мире есть области, где кончаются проблемы и начинаются
тайны: это сфера трансцендентного. И мудрый человек может сми­риться с этим, а
для смирения нужно мужество, выражающееся в готовности признать и принять, что
далеко не все зависит от нас и есть нечто неустранимое и непроницаемое даже для
самого про­ницательного ума. Мы вынуждены смириться и принять конечность нашего
земного бытия в мире, нашу доступность страданиям, мы не можем справиться с
нашим дурным характером и т.д.

В истории философии известна, думается, разумная позиция, со­гласно
которой Бог не может быть непосредственно познан, а све­тится лучами  Своей
сущности через все сущее и предстоящее перед всеми органами наших чувств, т.е.
через все сотворенное им.

Невидимость Бога — это первый аргумент атеиста. Но никакой
атеист не отрицает сознания, а оно невидимо. Совесть тоже не видна, но она
высвечивается в поступках. Аналогично и с Богом.

Если кто-то не может доказать, что Бог существует и поэтому
становится воинствующим атеистом, то пусть он попробует дока­зать, что Бог не
существует. Это никому и никогда не удавалось и в принципе никогда и никому не
удастся. «Веруя, я совсем не вынуж­ден отвергать факты, на которые опирается
неверующий. Я только прибавляю к этому, что я знаю еще и другой факт. По существу,
спор между верующим и неверующим так же беспредметен, как спор между
музыкальным и немузыкальным человеком». Свобода рели­гиозных убеждений — одно
из основных и неотъемлемых прав че­ловека. Поэтому должно с терпимостью
относиться как к предста­вителям других религий, так и к атеистам, которые
пребывают в неверии: ведь неверие в Бога — это тоже вера, но с отрицательным
знаком.

Действительность Божества есть не вывод из религиозного ощу­щения,
а его непосредственное содержание: то, что ощущается,  —  «образ Божий в нас»
или «подобие Божие в нас». Когда связь чело­века с Божеством возвышается до
абсолютного сознания, то и охра­нительное чувство целомудрия (стыд, совесть,
страх Божий) обна­руживает свой окончательный смысл как не относительное, а без­условное
достоинство человека — его идеальное совершенство, как долженствующее быть
осуществленным.

Вера, принципы которой даны в откровении Священного Писа­ния,
чтобы их можно было познать, сама по себе не является заслугой, а отсутствие
веры или сомнение в ней сами по себе не являются виной: это дело совести
каждого. Важнее всего в религиозной вере — это поведение. Отсюда следует, что
злонамеренность в душе чело­века и в его поступках находится в противоречии с
принципами веры в Бога, с сокровенным смыслом религиозных убеждений. Ре­лигиозная
вера обязывает к деятельному добру.

Для некоторых людей вера является предметом чисто умствен­ного
признания и обрядового почитания, а не движущим началом жизни — она определяет
характер их поведения и реальное отно­шение к людям. Гордясь своей верой и
любовью к Богу, они не хотят понять той простой и самоочевидной истины, что
действительная любовь к Богу, настоящая вера требуют сообразовать свою жизнь с
тем, во что они верят и что почитают. В противном случае вера приобретает чисто
формальный, а потому и ненастоящий характер. Никакая святость не может быть
только личной, в «себя углублен­ной»; она непременно есть любовь к другим, а в
условиях земной реальности эта любовь главным образом — деятельное сострадание.

В Священном Писании сказано: «Что пользы, братия мои, если
кто говорит, что он имеет веру, а дел не имеет? может ли эта вера спасти его?
Если брат или сестра наги и не имеют дневного пропи­тания, а кто-нибудь из вас
скажет им: «идите с миром, грейтесь и питайтесь», но не даст им потребного для
тела: что пользы? Так и вера, если не имеет дел, мертва сама по себе» (Иак. 2,
1417). Уместно привести и высказывание
св. Григория Богослова: «Говорить о Боге — великое дело, но гораздо больше —
очищать себя для Бога».

В заключение напомним слова Ф.М. Достоевского (из поучений
старца Зосимы в романе «Братья Карамазовы»): «Любите все созда­ние Божие, и
целое, и каждую песчинку. Каждый листик, каждый луч Божий любите! Любите
животных, любите растения, любите всякую вещь. Будешь любить всякую вещь, и
тайну Божию постиг­нешь в вещах».

Искренняя вера для своей реализации с необходимостью должна
перейти в индивидуальный нравственный подвиг — в дело служения людям. И поэтому
религия способствует единению людей в любви и добре.

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ