«фундаментальная ОНТОЛОГИЯ» Мартина Хайдеггера :: vuzlib.su

«фундаментальная ОНТОЛОГИЯ» Мартина Хайдеггера :: vuzlib.su

8
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


«фундаментальная ОНТОЛОГИЯ» Мартина Хайдеггера

.

«фундаментальная ОНТОЛОГИЯ» Мартина
Хайдеггера

Хгйдеггер (1889-1976) родился 26
сентября 1889 г. на юге современной федеральной земли Баден-Вюртемберг в
городке Месскирхе. Это историческая область швабско-алеманской общности со
смешанным населением католического и протестантского вероиспове­дания. Отец
Хайдеггера был ремесленником, а также причетником и звонарем католиче­ского
храма Св. Мартина. Историческая родина Хайдеггера дала миру многих писателей и
мыслителей: философы Шеллинг и Гегель, поэты Виланд, Шиллер, Гёльдерлин,
писатели Вильгельм Гауф, Герман Гессе происходили из швабов. Швабом был Альберт
Великий, из швабского рода, осевшего в Южной Италии, происходил Фома Аквинский.

Хайдеггер поступил в гимназию
иезуитов в Констанце, потом прослушал 4 семестра теологии, математики и
естественных наук в университете Фрайбурга (один из старейших в Европе, основан
в 1460 г.) Учеба во Фрайбурге началась зимой 1909-1910 гг. В первом же семестре
Хайдеггер приступил к чтению обоих томов «Логических исследований» Э.Гуссерля.

Хайдеггер узнал, что гуссерлианский
образ мыслей был предложен Францем Брентано в диссертации «О различных
значениях сущего у Аристотеля» (1862). Именно эта работа Брентано была исходной
в философских занятиях Хайдеггера. На него произвело впечатление рассуждение
Брентано о том, что если сущее сказывается в различных зна­чениях, то какое
значение является путеводным и основным. Что есть бытие? В конце своего
обучения в гимназии Хайдеггер прочитал сочинение профессора догматики Фрай­бургского
университета Карля Брайга «О бытии. Абрис онтологии». Работа сопровожда­лась
приложением обширных цитат из Аристотеля и Фомы Аквинского, а также разбором
этимологии слов, обозначающих основные онтологические понятия. Именно это
последнее оказало сильное влияние на мышление Хайдеггера. Он слушал лекции
Брайга, от него впервые услышал о значении Шеллинга и Гегеля для спекулятивной
теологии .Хайдеггер пришел к выводу, что напряженные отношения между онтологией
и спекулятивной тео­логией являются каркасом метафизики.

Хайдеггер стал посещать семинары
Генриха Риккерта, который обсуждал две работы своего ученика Эмиля Ласка,
погибшего в I Мировую войну. Работы Ласка «Логика фило­софии и учение о
категориях. Исследование об области влияния логических форм» (1911) и «Учение о
суждении» (1912) находились под сильным влиянием философии Гуссерля. Хайдеггер
читал последующие работы Гуссерля и М.Шелера. В 1919 г. Гуссерль переехал во Фрайбург и получил кафедру философии. Он требовал в своем преподавании
отказа от применения философских знаний без их проверки, а также отказа
привносить в беседу авторитет великих мыслителей. Но Хайдеггер не хотел
расставаться с Аристотелем, полагая, что феноменологический метод делает
плодотворным истолкование текстов Аристотеля.

С 1919 г. Хайдеггер стал ассистентом Гуссерля. Исследователи отмечают необъятную силу и монологичность
гуссерлева мышления. Когда Гуссерль писал «Логические исследо­вания», у него не
было даже основательного знания Канта. Он не мог читать более двух страниц
какого-нибудь автора, так как влияние его собственного мышления было таково,
что он откладывал книгу в сторону. Принципиальный характер носила его
невосприим­чивость к внешнему, концентрированность на задачах своего
философского труда. Имен­но это сделало возможным то, чего достиг Гуссерль в
философии. Собеседники указывали также на его неумение слушать других. Он
начинал с вопроса, ответ его не интересовал, дело заканчивалось длинным
монологом. Хотя Гуссерль был прекрасным педагогом.

Хайдеггер постепенно осознал, что
феномен в понимании Гуссерля — это то, что греческое мышление называло словом
алетейя, т.е. несокрытость присутствующего, его раскрытие/показывание себя.
Заново найденное в феноменологических исследованиях оказывалось главной чертой
греческого мышления, т.е. философии как таковой.

Закономерно обращение Хайдеггера и в
зрелые годы к теме «Гегель и греки». Ге­гель толкует четыре основных слова
греческой философии. Они говорят на языке веду­щего слова «бытие» (эйнаи —
сущее, зон — вечность, усия — сущность). Они снова и снова говорят в
последующей западной философии вплоть до сегодняшнего дня:

1) Э н — «всё» — слово Парменида;

2) Л о г о с — «разум» слово
Гераклита;

3) И д е я — «понятие» — слово
Платона;

4) Энергия — «действительность» —
слово Аристотеля.

Бытие как первая простая
объективность объектов мыслится Гегелем без отношения к еще не продуманному
субъекту через чистое абстрагирование от него. Главная мысль Парменида, в
трактовке Гегеля, в ее понимании Хайдеггером, состоит в утверждении тож­дества
бытия и мышления. То есть бытие как мысль, которая есть, продуцируется мыш­лением.
Гегель видел в тезисе Парменида предварительную ступень к Декарту, с которого и
начинается определение бытия, исходя из сознательного полагаемого субъекта.
Поэтому Гегель считал, что с Парменида и начинается собственно
философствование. Главный упор в гегелевской интерпретации Гераклита делается
на диалектическое, т.е. единство и единение противоположностей. Гераклит —
первый, кто признает диалектизм как принцип. Платоновские идеи Гегель понимал
как определенное в себе всеобщее. «Определенное в себе» означает: идеи мыслятся
в их взаимопринадлежности Они не просто сущие в себе первообразы, но сущие «в
себе и для себя». «В себе и для себя» означает: здесь заложено их становление
самими собой, их понятие себя. Идеи существуют не непосредственно в сознании
как созерцании. Они опосредованы сознанием в познании. Продуцирование идей есть
постижение как деятельность абсолютного знания в качестве «науки». Гегель
говорил, что с Платона начинается философия как наука.

Слово Аристотеля «энергия» Гегель перевел
как «действительность» (по-латински actus). «Энергия» в еще большей
определенности есть «энтелехия», т.е. в себе цель и реа­лизация цели. В
«энергии» Гегель видел предварительную ступень абсолютного самодви­жения духа,
т.е. действительность а себе и для себя. Здесь дух через свою деятельность
полагает сам себя как абсолютный.

На основании историко-философских
текстов Гегеля Хайдеггер приступил к иссле­дованию принципиально важного для
него понятия истины как а л е т е й и, т.е. непотаенности и открытия тайны.
Когда Гегель интерпретировал бытие из субъективности как неопределенную
непосредственность, как абстрактную всеобщность, то Хайдеггер осуждал

это истолкование как исторически
неверное. Нужно освободить бытие в греческом смысле от отнесенного к субъекту.
По-гречески понятие бытия есть присутствие. В присутствии разыгрывается
открытие потаенности. Алетейя разыгрывается в энергии. Энергия не имеет ничего
общего ни с латинским actus, ни с деятельностью, но лишь с понятым по-гречески
делом (эргон). Эргон у Аристотеля тяготеет к смыслу завершенности вещи, чего-то
пол­иостью осуществившегося. Латинские слова «actus» (деяние) и «operatio»
(деятельность), применявшиеся для перевода греческой «энергии», стирали
основное значение полноты и подчеркивали аспект активности. Эргон, в понимании
Хайдеггера, его произведение в присутствие. Необходимо оставить вне игры
латинские, средневековые и новоевропейские способы представления, не искать в
греческом мире ни личностей, ни личностного соз­нания. Хайдеггер ставил вопрос
о соотношении неутаенности (алетейи) и присутствия (усии). Естественен вопрос:
неутаенность для кого? Обязательно ли должен человек, имеющийся здесь в виду,
определяться в качестве субъекта? Греческая алетейя открывается для человека,
но человек неизменно определяется через логос. Человек есть сказываю­щий.
Таково основное определение Аристотеля. Более того, древневерхнегерманское
слово sagan означает: показать, дать явиться, дать увидеть. Человек — существо,
которое ска­зывая , дает присутствующему предлежать в его присутствии и
предлежащему внимает. Только там, где уже правит непотаенность, можно что-то
сказать, увидеть, показать, вос­принять. Открывая себя, тайна впервые вполне
являет свою таинственность. Бытие, с которого начиняется философия, существует
лишь как присутствие, присутствие непотаенного. Алетейя — то, что достойно
осмысления как единственное дело мысли. Здесь требуется свободная мысль,
освобожденная от метафизического представления об «истине» как истинности (в
смысле правильности и достоверности) от представления о «бытии» в смысле
действительности.

Для Хайдеггера принципиально важен
идущий от Ницше историко-философский интерес к досократикам. Это возвращение к
истокам философии, потому что философст­вовать — значит быть изначальным.

Между мышлением и поэзией царит
сокровенное родство. Они, будучи на службе у языка, ходатайствуют за него,
бескорыстно расходуют себя. В то же время между ними зияет бездна, ибо они
«обитают на отдаленнейших вершинах». Философия — соответствие, которое приводит
зов бытия к речи. Это соответствие прислушивается к голосу Бытия. Речь идет о
великой, захватывающей драме философии. Философия — постоянное усилие отыскания
языка, постоянная мука нехватки языка.

В феврале 1927г вышло в свет
основное произведение Хайдеггера «Бытие и время». Гуссерль с большим трудом (в
частности, из-за плохого зрения) прочитал этот труд Хай­деггера. Он был сильно
разочарован .Гуссерль считал Хайдеггера «гениальной сильной личностью, которая
увлекает за собой молодежь». Но Гуссерль понял Хайдеггера в том смысле, что тот
считает феноменологический метод устаревшим, а самого Гуссерля -принадлежащим
прошлому. Начиная с 1927г. разрушается монологичность гуссерлевского
философствования. В том, что разрабатывается Гуссерлем, в том как он это делает,
по­стоянно присутствует полемика со своим учеником. В 1928 г. Хайдеггер заменил Гуссерля на посту заведующего кафедрой философии во Фрайбурге. 15 ноября 1928 г. состоялась их последняя встреча, во время которой Хайдеггер уже не считал нужной полемику с
учителем.

Философия Гуссерля — это
феноменология сознания. Полемика Хайдеггера с ней приводит к образованию
феноменологии присутствия. Хайдеггер подчеркивал, что пер­вично феноменология
представляет собой методическое понятие. Оно именует не тема­тический предмет
философии, а как его исследование, т.е. способ разработки. Как метод
феноменология не имеет собственной тематической области, наряду с онтологией,
теорией познания или этикой. С другой стороны, каждая из этих дисциплин могла
бы охаракте­ризовать себя в качестве феноменологии, если бы вознамерилась в
методическом отношении понимать себя феноменологически. Тематический предмет
философии для Хайдеггера — бытие сущего, причем так, что вопрос о бытии сущего
проводится через вопрос о смысле бытия вообще. Бытие по отношению к сущему есть
то, что дает сущему быть сущим. Одновременно и то, что мы уже заранее поняли,
относясь к нему вненаучно- и научно-исследовательски. Внутри бытия Хайдеггер
различал многообразие бытийных спо­собов: экзистенция — способ бытия сущего,
которым являемся мы сами. Есть способы бытия сущего, человеком не являющиеся:
бытие подручным, бытие наличным, жизнь и постоян­ство. Постоянство — способ
бытия математических объектов. Бытие подручное — собст­венный способ бытия
того, что в самом широком смысле называется предметами обихода. Бытие наличное
— это природная вещь. Сущее — не только то, к чему я отношусь, но и я сам,
относящийся к подручному сущему. Экзистенция, как способ бытия, есть бытийное
отношение. В своем бытии я отношусь к своему бытию, поскольку я себя в своем
бытии понимаю. Бытийное отношение моего бытия — это способ, каким я понимаю
свое собст­венное бытие. Экзистенция дана способом раскрытости, разомкнутости
бытия. Раскрытость является у Хайдеггера синонимом понимания.

Феномены гуссерлевской философии
-это цель субъективной жизни сознания в ее переживаниях, в которых
интенционально осознаны предметы. Для Хайдеггера феномены — это деятельные
отношения присутствия. Экзистенция есть бытийное понимание. То есть Хайдеггер не
создавал философии сознания, а с самого начала ставил онтологическую проблему.
Человек в качестве экзистенции есть такое место в бытии, которое раскрывает
смысл бытия. «Смысл» бытия находится в сущностной связи с человеком. Эта
сущностная связь находит выражение в термине Dasein (вот-бытие). Здесь «бытие»
означает экзи­стенцию, а «вот-» имеет значение раскрытости экзистенциального
бытия человека в сущностной связи с раскрытостью бытия-вообще. Человек поэтому
не рассматривается в качестве Я, самопознания им субъекта. Человек экзистирует
из бытийного отношения к бытию сущего в целом. В этом отличие философии
Хайдеггера от «экзистенциальных философий» (Ясперса, Камю, Сартра и др.).
Поэтому некорректно называть Хайдеггера экзистенциалистом, хотя такие определения
в учебниках еще встречаются. Экзистенция конституируется в экзистенциалах как
способах бытия. Для Хайдеггера первичный подход к сущему — это имеющее с
чем-либо дело озабоченное устроение. То есть внутримировое сущее представляет
собой подручное средство. Для Гуссерля же основой сознания «жи­зненного мира» и
его объектов является чувственный опыт, осуществляемый актуально и в
воображении. Хайдеггер же полагал, что в основе чувственного опыта лежит умозри­тельное
устроение. Ближайшие присутствию способы озабоченного устроения представляют
собой способы обращения с сущим, имение дела с ним. Только впоследствии
становится возможным подходить к сущему также и не имеющим дела способом. Таков
отстраненно-рассматривающий, теоретико-познавательный способ. Но и он для
Хайдеггера являлся разновидностью заботы.

Бытие как обладающая чертой времени
раскрытость (просвет) — изначальное, далее уже спрашиванию не поддающееся
определение бытия как такового. Изначальное время — смысл бытия как такового.
Оно является трансцендентальным горизонтом как для до-понятийного, так и
философского понимания бытия. Забота имеет временную структуру:

вперед-себя-бытие (ожидание),
возобновление (забывание), мгновение ока (пребывание). Смерть также понимается
онтологически как абсолютная закрытость присутствия.

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ