2.5.2. Псевдоигра как нетворческое коммуникационное действие :: vuzlib.su

2.5.2. Псевдоигра как нетворческое коммуникационное действие :: vuzlib.su

28
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


2.5.2. Псевдоигра как нетворческое коммуникационное действие

.

2.5.2. Псевдоигра как нетворческое коммуникационное действие

Псевдоигра — это игра, утратившая творческую со­ставляющую,
но сохранившая коммуникационную состав­ляющую, заключенную в игровой форме.
Псевдоигра не обладает непринужденностью, добровольностью, непред­сказуемостью
результата, наоборот, — она представляет собой обязательную последовательность
предопределен­ных действий, отступления от которой не допускаются. Эти действия
есть коммуникационные вербальные или невербальные действия, лишенные
творческого содержа­ния. Поэтому псевдоигру можно определить как нетвор­ческое
коммуникационное действие. Псевдоигры делятся на трудовую повинность и ритуал.

Псевдоигровая трудовая повинность осуществляет­ся под
действием внешнего принуждения (обязанность, долг, насилие). Так актер,
утративший вдохновение, вы­нужден преподносить зрителям псевдоигру, ибо не
может покинуть сцену. Актерская игра превращается в трудовую повинность, для
выполнения которой требуется не нова­торски-продуктивная, а
подражательно-репродуктивная деятельность, которая создает видимость игрового,
даже театрализованного действия. Другой пример — студент, заставляющий себя
путем зубрежки осваивать неинтерес­ный для него учебный предмет.

Игровую форму можно, заимствуя театроведческий термин,
назвать перформанс, т. е. способ исполнения, пре­поднесения реципиентам
какого-либо смысла. В перформансе приоритет имеют не слова, а невербальные
действия, поведение участников. Перформансная коммуникация используется не
только в театре, но и в массовых праздни­ках и карнавалах, политических шоу и
демонстрациях, фир­менных презентациях и рекламных кампаниях, но областью ее
зарождения были священные ритуалы и дворцовые церемонии.

Ритуалы делятся на обрядовые и повседневные. Об­рядовый
ритуал первоначально представлял собой свя­щеннодействие, мистический диалог со
сверхъестествен­ными силами. Ясно, что такой диалог — дело серьезное, от
которого зависит благополучие общества. Поэтому се­рьезное содержание
облекалось в театрализованный перформанс, чтобы сделать его приятнее для
божественных реципиентов. Поскольку импровизация исключалась, религиозный
ритуал изначально был обязательным служе­нием, а не свободной игрой. Изощренные
церемониалы были разработаны в палеокультуре для общения с «зем­ными богами» —
различными владыками.

Впоследствии под ритуалом стали понимать строго соблюдаемую
традиционную обрядность любых обще­ственных действий, например праздничные
шествия и собрания, свадебные торжества, похороны и т. п. Обрядо­вые ритуалы не
имеют таких признаков игры, как твор­ческие новации, свободный вход и выход,
непредсказуе­мость результата, но сохраняют эмоционально-этиче­скую
привлекательность благодаря яркой игровой форме (перформации).

Обрядовый ритуал приближается к игре-иллюзии, ибо ему
свойственна функция социального самоманипулиро­вания, сглаживания социальных
различий и конфликтов, демонстрация солидарности и единства (которых в реаль­ной
социальной жизни почти всегда нет). Его можно назвать «псевдоигрой-иллюзией»,
разыгрывающей традиционные сюжеты в заранее заданных обстоятельствах. Именно
поэто­му ритуальное поведение народных масс усиленно насаж­далось тоталитарными
режимами в качестве перформансов, подтверждающих лояльность режиму (парады, ми­тинги,
демонстрации и т. п.). Этот вопрос всесторонне рассмотрен в монографии Глебкина
В. В. «Ритуал в совет­ской культуре».

Повседневный ритуал или этикет — это стандартная, устойчивая
норма обыденного общения людей, принятая в данной культуре. При этом
предполагается, что риту­ально-этикетное поведение — лишь формальная процеду­ра,
не раскрывающая подлинных чувств и замыслов участ­ников. Поэтому и говорят:
«для него это только ритуал», подразумевая если не прямое лицемерие и
притворство, то во всяком случае несоответствие внутреннего мира и внешнего
перформанса.

Ритуально-этикетные нормы играют большую роль в культурном
общении. Феномен такта есть ритуализация повседневности. Тактичный человек не
вставит в разговор реплику о собственной личной проблеме, даже если она для
него в тысячу раз важнее темы светского беседы. Он не об­ратит внимания на неуместную
реплику или бестактный поступок другого. В отличие от обрядовых ритуалов, пред­ставляющих
собой «псевдоигру-иллюзию», обыденный этикет сближается с
«псевдоигрой-маскарадом».

Из сказанного вытекают два вывода:

• Псевдоигра — выработанное обществом коммуника­ционное
средство для сохранения и передачи во времени значимых смыслов; это весьма
важный элемент социаль­ной памяти, действующий на всех стадиях развития куль­туры
— от археокультуры до постнеокультуры.

• Двустороняя игра, имеющая диалоговую коммуника­ционную
форму, является первоисточником важнейших культурных смыслов. И. Хейзинга,
знаменитый нидерлан­дский культуролог, не без основания утверждал: «в мифе и в
культе рождаются великие движущие силы культурной жизни: право и порядок,
общение, предпринимательство, ремесло и искусство, поэзия, ученость и наука.
Поэтому и они уходят корнями в ту же почву игрового действия».

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ