ЭПОХА ПРОСВЕЩЕНИЯ :: vuzlib.su

ЭПОХА ПРОСВЕЩЕНИЯ :: vuzlib.su

4
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


ЭПОХА ПРОСВЕЩЕНИЯ

.

ЭПОХА ПРОСВЕЩЕНИЯ

Эпоха Просвещения, как следует из самого ее на­зывания,
отличалась расцветом наук. Соответственно, и политико-психологическая природа
человека оказа­лась, по сути дела, в самом центре внимания большин­ства
обществоведов. Это касалось не только политиче­ской психологии отдельных
индивидов, пусть даже лидеров, но и определенных социально-политических общностей
— прежде всего, национально-этнических. Как отмечал, например, особенно
увлекавшийся этими вопросами Дж. Вико: «Нации проходят…через три вида
природы, из которых вытекают три вида нравов, три вида естественного права
народов, а соответственно этим трем видам права устанавливаются три вида гра­жданского
состояния, т.е. государств».

Иными словами, говоря современным языком, го­сударство
соответствует природе управляемых граж­дан, и нельзя изучать политику в отрыве
от их психо­логии. Относительно же самой человеческой природы Вико писал, что
она «разумная, умеренная, благосклон­ная и рассудочная… и признает в качестве
законов со­весть, разум и долг».

Т. Гоббс же, напротив, был не столь гуманного мне­ния о себе
подобных. К примеру, он считал, что чело­век — это животное с животными
страстями и страха­ми: «Основная страсть человека — стремление к власти ради
достижения основных удовольствий». Главный конфликт человеческой природы, по Т.
Гоббсу, это кон­фликт между естественным для человека стремлением к тщеславию и
его же природным страхом.

Согласно взглядам философа-гуманиста Дж.Локка, напротив,
человек по природе своей есть суще­ство свободное, независимое и разумное.
Именно поэтому любой человек, в принципе, «равен великим и неподвластен
никому», так как подчиняется «только законам природы и в состоянии построить
справед­ливое общество». Справедливое общество, согласно Дж. Локку, можно
построить на основе некоего особо­го «общественного договора», заключаемого
между представителями разных человеческих общностей. «Общественный договор», по
Локку, и есть своего рода отражение разумного ответа человечества не
необходимость. Напомним, что теория «общественного договора», пользовавшаяся
популярностью в то вре­мя, так и не нашла подтверждения в реальной жизни.
Фактически, только в XX веке она в некотором роде обогатилась реальным
практическим политическим подтверждением — в частности, такого рода подтвер­ждением
можно считать «Пакт Монклоа», заключен­ный в Испании, в знаменитом дворце
Монклоа, меж­ду представителями разных политических сил после смерти каудильо
Франко, Этот пакт определил нор­мы социально-политической жизни и перспективы
развития общества в кризисной ситуации смены по­литического режима, и действует
до сих пор. Данный пример, среди прочего, служит неплохой иллюстра­цией
прогностической роли политической психо­логии.

В отличие от Т. Гоббса, еще более оптимистический взгляд на
природу человека был присущ такому авто­ритету эпохи Просвещения, как Ж.-Ж.
Руссо. Он счи­тал, что практически все люди, в большей или меньшей степени,
обладают «внутренним принципом справедли­вости и добродетели». Такое же
психологическое каче­ство, как «совесть является основным божественным инстинктом
человека». Как отмечал Руссо, «люди ро­ждаются свободными, но везде в цепях».
То есть, раз­вивал он эту мысль, люди рождаются в цепях коррумпированного
общества, но по самой своей природе стремятся к свободе. «Как только человек
становится социальным и (следовательно) рабом, он превращает­ся в слабое,
робкое и раболепное существо», хотя «в потенциале естественного человека
имелись общест­венные добродетели».

Еще один известный мыслитель эпохи, Ш.Л. Мон­тескье,
анализируя развитие политических институтов и процессов в «смутное» время,
пришел к пониманию важнейшей роли массовой психологии и ее влияния на
политические процессы. В отличие от большинства сво­их предшественников, он
попытался уже не только дать описание различных явлений массовой политико-психо­логической
природы, но и указывал на наличие за ними тех или иных достаточно конкретных
психологических причин. К примеру, с исторической точки зрения, инте­ресно
такое его описание поведения людей в толпе:

«В трудные времена всегда возникают брожения, которыми никто
не предводительствует, и когда на­сильственная верховная власть бывает сметена,
ни у кого уже не оказывается достаточно авторитета, что­бы восстановить ее;…
само сознание безнаказанности толпы укрепляет и увеличивает беспорядок.
…Когда был свергнут с престола турецкий император Осман, никто из участников
этого мятежа и не думал свергать его…, но чей-то навсегда оставшийся
неизвестным голос раздался из толпы, имя Мустафы было произне­сено, и Мустафа
вдруг стал императором». Дальше мы увидим, насколько точно и заблаговременно
сумел Ш.Л. Монтескье, имя которого, вообще-то говоря, ред­ко связывается с
политической психологией, предви­деть те особенности и конкретные
политико-психоло­гические характеристики массового поведения (в частности, поведения
толпы), которые стали явствен­ными гораздо позднее — практически, уже совсем в
иную историческую эпоху.

Таким образом, эпоха Просвещения серьезно про­двинула
понимание не только общих, но, также совер­шенно конкретных психологических
факторов в поли­тических процессах. Кроме того, эпоха Просвещения стала
родоначальницей жанра обширных книжных описании наблюдений и размышлений такого
рода, а также их философско-методологического осмысления. По сути, именно эпоха
Просвещения заложила фило­софские основы тех уже вполне конкретных направ­лений
политической психологии, которые стали раз­виваться практически сразу после
этой эпохи.

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ