ПСИХОЛОГИЯ «СОБРАННОЙ ПУБЛИКИ» :: vuzlib.su

ПСИХОЛОГИЯ «СОБРАННОЙ ПУБЛИКИ» :: vuzlib.su

17
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


ПСИХОЛОГИЯ «СОБРАННОЙ ПУБЛИКИ»

.

ПСИХОЛОГИЯ «СОБРАННОЙ ПУБЛИКИ»

Позаимствуем художественный пример у В. Шек­спира. Перед
Сенатом выступает Брут, и Сенат руко­плещет его планам и предложениям,
явственно одоб­ряя их. Но вслед за Брутом выступает Марк Антонии. И тот же
самый Сенат, с той же самой силой, рукопле­щет теперь уже его предложениям, в
итоге, одновре­менно одобряя прямо противоположные планы.

Теперь — реальный исторический пример. Французский историк
И.Тэн так описывал заседания Кон­вента: «Они одобряют и предписывают то, к чему
сами питают отвращение; не только глупости и безумия, но и преступления,
убийства невинных. Единогласно и при громе самых бурных аплодисментов левые, со­единившись
с правыми, посылают на эшафот Данто­на, своего естественного главу, великого
организато­ра и вдохновителя революции. Единогласно и так же под шум
аплодисментов правые, соединившись с ле­выми, визируют наихудшие декреты
революционного правительства. Единогласно и при восторженных кри­ках энтузиазма
и выражения прямого сочувствия Колло д‛Эрбуа, Котону и Робеспьеру,
Конвент посредством произвольных и множественных избраний удержива­ет на своем
месте человекоубийственное правитель­ство, которое одни ненавидят за убийства,
а другие за то, что оно стремится к их истреблению. Равнина и гора, большинство
и меньшинство кончили тем, что согласились вместе содействовать собственному
само­убийству».

Как справедливо указывал все тот же Г.Лебон: «При
определенных условиях, — и притом только при этих условиях — собрание людей
представляет совер­шенно новые черты, которые характеризуют отдель­ных
индивидов, входящих в состав этого собрания. Сознательная личность исчезает.
Собрание становит­ся тем, что, я сказал бы, не имея лучшего выражения,
организованной толпой, или толпой одухотворенной, составляющей единое существо
и подчиняющееся за­кону духовного единства толпы».

Несмотря на авторитет Г. Лебона, трудно не согла­ситься с Я.
Щепаньским: «Собранная публика может выступать в нескольких видах». Прежде
всего, он выделяет публику, собравшуюся случайно, или «сбори­ще». Другой вид —
публика, собравшаяся преднамерен­но, которая тоже может выступать в двух
различных формах: 1) публика отдыхающая, ищущая развлечений, и 2) публика,
ищущая информации (в том числе, на митингах и политических собраниях).

В целом же, «собранная публика — это скопление некоторого
количества людей, испытывающих сходное ожидание определенных переживаний или
интересую­щихся одним и тем же предметом. Эта общая заинтересованность и
поляризация установок вокруг одного и того же предмета или события — основа ее
обособ­ления. Следующей чертой является готовность к реа­гированию некоторым
сходным образом. Это сходст­во установок, ориентации и готовности к действию —
основа объединения публики».

Механизм психологического объединения, в об­щем, вполне
очевиден. После внешнего, физического соединения в одном помещении (публика
редко дей­ствует на улице), под влиянием воздействия на всех одних и тех же
стимулов, среди публики образуются определенные сходные или общие реакции,
пережи­вания или устойчивые ориентации. Такая публика обычно быстро осознает
рождающиеся у нее настрое­ния, что усиливает впечатления, вызванные действи­ем
общего стимула. И после всего этого, Я. Щепаньский делает вынужденное
признание, буквально, сквозь зубы: «Таким образом, в публике могут возникнуть
та­кие же явления, как и в толпе, а именно общее эмоцио­нальное напряжение,
утрачивание рефлексивности, ощущение единства и солидарности. Поэтому некото­рые
виды публики, как, например, сборища, собрания или митинги, могут легко
превратиться в экспрессив­ную или агрессивную толпу». Как бы не стремилась
элита отделить себя от массы, у честных исследовате­лей ото не проходит. Та
самая, «высоколобая» элита, оказываясь на спортивных мероприятиях или, скажем,
на корриде в виде аморфной, ничем но связанной пуб­лики, под влиянием
эмоционального заражения легко превращается в демонстрирующую или даже террори­зирующую
толпу.

Значение толп и собранной публики проявляется в периоды
социальных волнений, развития революци­онных настроений, войны, забастовок,
когда любое собрание или сборище может превратиться в агрессив­ную толпу, а
она, в свою очередь, в толпу повстанче­скую, если его овладеют организованные
группы, кото­рые сумеют направить ее действия в желательном для иих
направлении. Примеров единства такого рода со стороны элитарной «публики» и
«низких» массовых толп было очень много в ходе серии «бархатных рево­люций» в
Восточной Европе на рубеже 80-х — 90-х гг. ХХ века.

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ