А. К. Оганесян. РАВЕНСТВО И СПРАВЕДЛИВОСТЬ :: vuzlib.su

А. К. Оганесян. РАВЕНСТВО И СПРАВЕДЛИВОСТЬ :: vuzlib.su

5
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


А. К. Оганесян. РАВЕНСТВО И СПРАВЕДЛИВОСТЬ

.

А. К. Оганесян. РАВЕНСТВО И СПРАВЕДЛИВОСТЬ

(Концепции Д. Роулса и Д. Белла)

В человеческой душе заложено глубокое стремление к
равенству, в ней еще первобытным каменным топором была высечена нестираемая
надпись: «всем поровну». Однако желание отличиться, выделиться, получить больше
также свойственно человеческой натуре. Сложно организованное общество,
основанное на разделении труда и социальной иерархии, порождает моральные
представления, которые санкционируют неравенство людей, вытекающее из различий
между ними. Противоречивое соотношение равенства и неравенства составляет
сердцевину исторически менявшихся концепций справедливости. Что понимают под
справедливостью современные американские философы, как менялось это понимание в
ходе послевоенного развития США — ответ на эти вопросы поможет получить
сравнительный анализ концепций Д. Роулса и Д. Белла — крупнейших социальных
мыслителей США.

Субъектами политического процесса, как он трактовался
традиционной либеральной теорией, являлись индивиды, входившие в непостоянные
функциональные группы, временные коалиции, принадлежность к которым не
воспринималась как обязательство, а права каждого из членов не отождествлялись
с правами группы в целом. Сегодня ситуация в корне изменилась. Ныне
общественные группы воспринимают себя как нечто в высшей степени постоянное, а
права их составляющих индивидов полностью идентифицируются с правами группы.
Этот сдвиг в политических ориен-тациях связан с происшедшими после второй мировой
войны изменениями в социально-экономической действительности капиталистического
общества. Со временем в нем четко обозначились устойчивые социальные
перегородки, отделившие друг от друга различные страты общества. По мере
дальнейшего развития происходило своего рода окостенение этих перегородок, все
больше затруднялся переход из одной страты в другую — то, что в западной
социологии именуется социальной мобильностью. Когда этот процесс окончательно
определился и стал очевиден, возникла проблема обеспечения групповых прав
аутсайдеров. Исторически обездоленные социальные группы заявили о своем праве
на возмещение существовавшей несправедливости, выдвинули — вразрез с
буржуазно-либеральным принципом «равенства возможностей» — требование
компенсировать их дискриминацию в прошлом установлением для них особых
гарантированных квот – в представительных органах, в системе здравоохранения,
при приеме в учебные заведения, на работу и т.д. Давление на правительство было
настолько сильным, что эти требования были частично учтены в программах так
называемых аффирматив-ных действий, осуществляемых послевоенными либеральными
администрациями. Однако эти куцые компенсационные мероприятия, естественно, не
могли сколько-нибудь изменить ситуацию к лучшему и лишь еще больше подчеркнули
остроту и масштабность самой проблемы. Чем яснее становилась их
малоэффективность, тем радикальнее звучали требования, выдвигаемые неимущими
группами общества.

Эти требования имели определенного адресата — буржуазное
государство. Осуществляемое в рамках политической доктрины неолиберализма
усиление роли государства в регулировании социально-экономических и
политических процессов привело к тому, что отныне уже невозможно было возложить
ответственность за существующие неравенства на «беспристрастного слепого
арбитра» — капиталистический рынок. Государство вынуждено было нести все бремя
моральной обязанности в устранении фактического неравенства и обеспечении
справедливости в распределении общественных благ. Таков смысл требования
«равенства результатов», выдвинутого социальными низами в противовес принципу
«равенства возможностей», являющемуся ядром буржуазной концепции равенства.

Проблема равенства и справедливости выдвинулась в конце 60 —
начале 70-х годов в центр общественно-политических дискуссий США, стала
идейно-злободневной. Неолиберальный вариант концепции справедливости был
сформулирован Д. Роулсом, подчеркивавшим, что «справедливость является главным
достоинством социальных институтов так же, как истина — систем мышления» [1].
Вступивший с ним впоследствии в полемику Д. Белл исходит как будто бы из той же
посылки. «В природе человеческого сознания схема моральной справедливости, —
писал он, — является необходимой ценовой для всякого социального порядка:
чтобы. законность существовала, власть должна быть оправдана. В концс концов
именно нравственные идеи — представление о том, что желаемо, — формируют
историю через человеческие устремления» [2]. Однако в содержательном плане
данная этими мыслителями трактовка справедливого общества исходила из различных
политических установок и общественных настроений, что наложило глубокий
отпечаток на их подходы к конкретным проблемам социально-этической теории.

1 Rawls J. A Theory of Justice Cambridge (Mass.), 1971. P.
3.

2 Belt D. The Coming of Post-Industrial Society. N.Y., 1973.
P. 433.

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ