Философствование ученых: как теория становится метафизикой :: vuzlib.su

Философствование ученых: как теория становится метафизикой :: vuzlib.su

8
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


Философствование ученых: как теория становится метафизикой

.

Философствование ученых: как теория становится метафизикой

Начав с рассмотрения философии как нормативно-ценностной
системы, с форм и способов философстования, мы вновь оказываемся перед
содержательной стороной философствования — фактом противоречивости мысли,
сознания, поступков, если они претендуют на статус философствования как
универсального осмысления полноты действительности. Осмысляющая
противоречивость или противоречивое осмысление, развертывающиеся в
паремиологических, сюжетных, компендиумных или системных формах вербального
философствования, а то и в не- и до-вербальных формах — суть правила, нормы, по
которым реализуется философствование.

В том числе — философствование ученых: в афоризмах, шутках,
других формах околонаучного фольклора, субкультурально-дисциплинарном эпосе и
т.д., но самое главное и интересное — в научных теориях. В последнем случае и
возникает парадоксальная ситуация. Научная теория, по определению — по своей
природе и своему назначению — не может быть метафизичной. Критериями научной
теории являются эмпирическая верификация (подтверждаемость и проверяемость),
принципиальная возможность фальсификации (опровержения) и непротиворечивость.
Метафизика же, как сердцевина философствования, не имеет отношения к эмпирии, реальному
опыту, осмысляя трансцендентное, а значит, в принципе неопровержима этим
опытом. Кроме того, как уже говорилось, метафизическое осмысление, претендуя на
осмысление мира в целом как такового, вырабатывая универсальное объяснение, —
не может не быть противоречивым. Именно здесь проходит граница. Наука есть
наука, а философия — философия, и у каждой из них свое назначение. У одной
задача выработать конструктивное знание, на основе которого можно строить
специальные работающие модели, задача другой — выработка универсальных
культурных смыслов.

Поэтому, когда ученый придает своим взглядам универсальный
характер, претендуя на универсальное осмысление, он порывает с наукой,
становится философом. Теория, претендующая на знание о мире в целом, на
первопричину всего сущего, на универсальный метод, — становится метафизикой.
Это не означает, что метафизичивание научной теории хорошо или плохо. Нужно
только ясно отдавать себе отчет, что есть что и не путать принципиально
различные вещи. В противном случае возможны серьезные не только
интеллектуальные, но и социальные издержки.

Советская и не только советская идеократия была основана на
метаифизичивании социологической и экономической теорий К. Маркса. Довольно
респектабельные в научном плане теории (классовой борьбы, происхождения и
динамики государственной власти, трудовая теория стоимости) были объявлены
ответом на вопросы: что есть мир и в чем его первопричина (борьба и единство
противоречащих сил), каков универсальный метод познания (диалектика как выявление
противоречий), что есть человек, самосознание и душа (личность как совокупность
общественных отношений, носительница и выразительница классово-партийных
интересов).

Даже позитивизм, взяв за основу критерии научности и
отбросив метафизику, оказался в метафизической ловушке именно в следствие
абсолютизации этих критериев. Метафизическими абстракциями стали идеи
фрейдизма. Источниками новой мифологии стали геополитические идеи П. Савицкого,
теория этногенеза Л.Н. Гумилева.

Но это ни хорошо и не плохо. Наука являлась и является, как
уже говорилось, одним из наиболее продуктивных поставщиков способов
философствования и соответствующих культурных смыслов. Мифология типа либидо,
пассионарности и т.п. выполняет важную роль в современной культуре. Важную, но
не научную. Но важную. В этой связи в работе чрезвычайно показательны
предпринятые недавно первые попытки систематизации новейшей послевоенной
российской философии.
Именно наука как, гуманитарная (филология, история, семиотика, культурология),
так и математика (включая математическую логику) и естествознание, стали
основными духовными и интеллектуальными заповедниками и источниками
отечественного рационализма, свободомыслия, либерализма и персонализма.

Но и здесь проявилась извечная «платонистская драма»
российской философской культуры — преувеличенное значение философии в жизни
российского общества, обусловленное фокусированием на вторичной реальности,
связанной с творчеством идей, на трансцендентном и метафизическом
философствовании. Вполне разумные идеи и теории, понятые как универсальные
ответы на универсальные вопросы во-многом определяют и эйфорию горбачевской
перестройки и «либерально-демократические» реформы 1990-х. Ситуация может
нормализоваться лишь по мере философского осмысления реального уникального
опыта самоосвобождения российского общества, в том числе и от власти идей. И
роль науки в этом процессе представляется существенной — не столько в плане
противостояния философии и борьбе с нею, сколько в специализации и
сотрудничестве на этой основе.

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ