В.Э. Чудновский. О НЕКОТОРЫХ ИССЛЕДОВАНИЯХ КОНФОРМИЗМА В ЗАРУБЕЖНОЙ ПСИХОЛОГИИ :: vuzlib.su

В.Э. Чудновский. О НЕКОТОРЫХ ИССЛЕДОВАНИЯХ КОНФОРМИЗМА В ЗАРУБЕЖНОЙ ПСИХОЛОГИИ :: vuzlib.su

6
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


В.Э. Чудновский. О НЕКОТОРЫХ ИССЛЕДОВАНИЯХ КОНФОРМИЗМА В ЗАРУБЕЖНОЙ
ПСИХОЛОГИИ

.

В.Э. Чудновский. О НЕКОТОРЫХ ИССЛЕДОВАНИЯХ КОНФОРМИЗМА В
ЗАРУБЕЖНОЙ ПСИХОЛОГИИ

<...> К настоящему времени исследования по конформизму
дале-ко вышли за рамки простого описания экспериментально получен-ных фактов,
занимая промежуточное положение на стыке трех наук: психологии личности,
социальной психологии и социологии. Многие исследователи в опытах Аша увидели
отражение тех конфликтов и противоречий, которые существуют в отношениях между
людьми в современном капиталистическом обществе. Они исходят из опреде-ленной
концепции, согласно которой общество подразделяется на две резко
противоположные группы людей: конформистов и некон-формистов
(«нонконформистов»). Конформизм объявляется неизбеж-ным результатом развития
общества. «Наш век может быть назван ве-ком конформизма», — заявляют Д. Крэч,
Р. Кратчфилд и Е. Баллэчей, и дальше: «Есть свидетельства, что современные
культуры различают-ся по степени внедрения склонности к конформности своим
членам». «Цена социального принятия есть конформизм и потеря независимо-сти»,—
пишет Д. Генри в работе с красноречивым названием «Культу-ра против человека».
«Тенденция к конформности — фундаменталь-ное свойство личности», — утверждает
Р. Кратчфилд. <...>

Мы имеем здесь упрощенное разделение людей на две категории,
причем в одном случае абсолютизируется подчинение людей диктату общества, в
другом — превращается в абсолют эмансипация человека от общества. Анализируя
указанные работы, можно прийти к выводу, что именно неконформисты (как их
описывают авторы) отличаются устойчивостью личности: они характеризуются
самостоятельностью, эмансипированностью во взглядах, суждениях, поступках от
окружа-ющей их общественной среды. Однако устойчивость личности
некон-формистов, мягко выражаясь, является своеобразной, ибо неконфор-мисты
противостоят обществу, которое враждебно им и стремится путем давления на
неконформную личность привести ее «к общему знаменателю» — сделав такой же, как
все остальные. <...> Едва ли справедливо говорить об устойчивости
личности, «свободной от об-щества», об устойчивости, так сказать,
«робинзоновского толка». Для многих из указанных выше работ характерно
расширительное толко-вание результатов исследований по конформизму — стремление
не-посредственно перенести экспериментальную ситуацию Аша на усло-вия
общественной жизни, придать этой ситуации широкий социальный контекст. В этой
связи существенное значение имеет продолжение эк-спериментального исследования
данной проблемы. Наряду с этим необходимо, как нам представляется, возвращаться
к результатам «классических» экспериментов по конформизму, анализируя их по
возможности обстоятельно и всесторонне. <...>

Обратимся теперь к изложению работ «классических»
ис-следователей конформизма— Аша и Кратчфилда. Следует сказать, что результаты
исследований по конформизму интересны во многих от-ношениях. Отметим прежде
всего, что указанные исследования путем сравнительно четкой методики
экспериментально показывают тот вообще-то известный и теоретически обоснованный
факт, что лич-ность человека, его поступки, мнения, оценки, взгляды
существенным образом зависят от поступков, мнений, оценок, взглядов других
людей.

С.Л. Рубинштейн писал: «… мое бытие как субъекта для меня
самого опосредствовано, имеет своей необходимой предпосылкой, обусловле-но моим
бытием как объекта для другого. Значит, дело не только в том, что мое отношение
к себе опосредствовано моим отношением к друго-му (формула Маркса о Петре и
Павле), но и в том, что мое отношение к самому себе опосредствовано отношением
ко мне другого».

Далее, нельзя не отметить, что в указанных исследованиях
полу-чен ряд фактов, значимых для дальнейшего исследования данной про-блемы.
Так, например, Аш устанавливает зависимость количества ошибок испытуемого от
размеров группы. <...>

Если в опыте участвует, кроме испытуемого, лишь один
человек, эффект внешнего «давления» почти не проявляется; если испытуемо-му
противостоит группа из двух человек — эффект незначителен; эф-фект проявляется
в полной мере, если группа состоит из трех чело-век, дальнейшее же увеличение
группы не ведет к усилению эффекта — факт несомненно интересный, заслуживающий
изучения.

Указанные исследователи устанавливают зависимость влияния
груп-пы на испытуемого и от состава группы — от авторитета членов груп-пы, их
эрудиции, профессиональной принадлежности и пр.; показы-вают зависимость эффекта
«давления» группы от ее единодушия, груп-повой согласованности: если в группе
находится хотя бы один «партнер», который высказывает то же мнение, что и
испытуемый, это существенно снижает эффект «давления» группы. Интерес
пред-ставляют и данные о возрастной динамике эффекта влияния группы.

<...> Если в группе колледжа 61% студентов сделали не
больше двух ошибок, то в младшей группе таких испытуемых было лишь 36%. Среди
младших детей наибольшее количество ошибок: от 5 до 7 — допустили 42%
испытуемых, а среди студентов — всего 12%. Эти ре-зультаты показывают,
заключает Аш, что возраст членов группы дает значимые различия в их реакциях.

Склонность к конформизму зависит также от половых различий.
Ряд исследователей, в том числе Аш и Кратчфилд, отмечают несколько большую
податливость групповому влиянию у женщин по сравнению с мужчинами. При этом
делается попытка объяснить это своеобрази-ем роли, которую выполняют в семье
мужчина и женщина. Заслужи-вает внимания стремление исследователей дать
психологический ана-лиз конформного поведения и наметить индивидуальные
различия, в зависимости от своеобразия психологических процессов, которые
име-ют место у различных испытуемых при конформном поведении. Так, Кратчфилд и
его коллеги отмечают, что в ходе эксперимента у испы-туемых возникает
когнитивный (познавательный) диссонанс; опи-сываются различные пути, при помощи
которых испытуемый стре-мится устранить разногласия с группой: а) испытуемый
обвиняет самого себя в неверном выполнении задания, б) он обвиняет группу, в) испытуемый
стремится примирить противоречивые суждения — свое и группы, утверждая, что
задание может по-разному восприни-маться с разных точек зрения либо что
причиной диссонанса являют-ся индивидуальные различия в восприятии. <...>

В результате экспериментов Аш пришел к выводу, что примерно
треть испытуемых в экспериментальной группе подчинялась группо-вому «давлению»
и, следовательно, обнаруживала конформное пове-дение. Это подтверждается и
другими исследователями. Остановимся в связи с этим на экспериментах
Кратчфилда, который усовершенство-вал технику Аша и сделал ее более экономной.
Кратчфилд так харак-теризует созданную им экспериментальную ситуацию: члены
группы, состоящей из 5 человек, сидели в индивидуальных кабинах перед
ус-тановкой, состоящей из пяти смежных электрических панелей. Пос-ледние были
расположены так, что испытуемый, сидя в кабине перед .панелью, не видел панели
другого испытуемого. Экспериментатор объяснял, что установка смонтирована таким
образом, что каждый испытуемый может послать информацию всем другим при помощи
замыкания каких-либо из одиннадцати переключателей, установлен-ных внизу его
панели. Эта информация должна была появляться в форме световых сигналов: 5
рядов по 11 сигналов в каждом ряду в соответствии с имеющимися 5 панелями.
После того как испытуемые знакомились с работой аппаратуры, начинался
эксперимент. На стене перед испытуемым проецировались диапозитивы. Каждый
диапозитив представлял собой вопрос-задание для испытуемого, последний
от-вечал, выбирая одну из нескольких альтернатив, замыкая соответству-ющие
переключатели на панели. Порядок ответа данного испытуемого зависел от
указаний, посылаемых пятью красными сигналами, в фор-ме 5 букв АВСДЕна его
панели. Если зажигалась буква А, испытуемый отвечал первым, если В— вторым и
т.д.Давались задания различного рода: определение длины линий, площади фигур,
логические задачи, оценка мнений других, личного предпочтения и т.д. (о
некоторых из этих заданий будет сказано ниже). Будучи в позиции Е, испытуемый
видел, например, что испытуемые АВСДЕ отвечают, что линия 5 рав-на стандартной,
хотя он сам был убежден, что равна стандартной линия 4.

Суть эксперимента заключалась в том, что на самом деле
экспери-ментальная ситуация была не такой, как представлял себе испытуе-мый в
соответствии с инструкцией: информация, которую он полу-чал, была иной, ибо
кабины не были связаны между собой, а всю информацию (от имени подставной
группы) подавал эксперимента-тор. Таким образом, все 5 испытуемых находились в
равном положе-нии. «Более того, — пишет Кратчфилд, — указания на порядок
отве-тов от Л до Е также были идентичны для всех испытуемых… все испы-туемые
переживали одну и ту же ситуацию: они все начинали с позиции

С, затем сдвигались одновременно к позициям Д и А и,
наконец, — к позиции Е». Контрольную группу составляли 40 испытуемых, которые
выполняли задание индивидуально без давления подставной группы.
Экспериментальная группа состояла из 50 человек, средний возраст испытуемых —
34 года, образовательный уровень различный, но боль-шинство обучалось в
колледже. Кратчфилд подчеркивает, что все ис-пытуемые принадлежали к
профессиям, в которых руководство людь-ми играло существенную роль.

Характеризуя результаты эксперимента, Кратчфилд отмечает,
что 15 испытуемых из 50, т.е. 30%, конформно следовали за неправильным мнением
группы. Таким образом, у Кратчфилда так же, как и у Аша, примерно треть
испытуемых обнаружила конформное поведение. При-знавая, что факт такого
постоянства в распределении испытуемых яв-ляется весьма интересным и нуждается
в дальнейшем изучении и ин-терпретации, остановимся на самом характере этого
распределения, ибо мы встречаемся с односторонним его толкованием:
подчеркивает-ся, что значительное число испытуемых (1/3) следует за
большинством, но при этом, как это ни странно, упускается из виду (или во
всяком случае недостаточно учитывается), что 2/3 группы (т.е. явное
боль-шинство) не обнаруживают конформного поведения. <...>

Что можно сказать по этому поводу? Анализируя работы Аша за
ряд лет, трудно отделаться от впечатления, что Аш —
исследователь-экспериментатор и Аш — социальный психолог стоят на разных
пози-циях. В более ранних работах, посвященных изложению полученных им
экспериментальных материалов, Аш достаточно объективен, весьма осторожен в
выводах, неоднократно предупреждает о недопустимос-ти их односторонней
интерпретации. В частности (об этом уже упомина-лось выше), анализируя
экспериментальные данные, он подчеркива-ет не только факты конформности, но и
случаи независимого поведе-ния испытуемых. В отличие от этого Аш как социальный
психолог больше подчеркивает роль конформного поведения в жизни людей.

Далее, публикуя экспериментальные материалы, Аш достаточно
убедительно показывает, что величина конформных ошибок суще-ственно зависит от
трудностей, с которыми сталкивается испытуе-мый, в частности от величины
разногласия с группой. Аш неодно-кратно возвращается к этому факту: «Частота
ошибок изменялась по-зитивно с размером стандарта и негативно с влиянием
противоречия». «…При предъявлении более толстых линий (т.е. с уменьшением
труд-ности задания) количество ошибок уменьшалось». В другой работе,
опубликованной в 1963 году, но выполненной гораздо раньше, он пишет:
«независимость, как и подчинение, зависит от характера сти-мулов…» Лишь в
«Социальной психологии» мы находим утвержде-ние, не согласующееся с тем, о чем
говорилось выше: а именно, Аш утверждает здесь, что увеличение противоречия с
группой в несколь-ко раз не влияет сколько-нибудь заметно на частоту ошибок.
Это утверждение сделано после изложения данных одного эксперимента. Рас-смотрим
его более подробно.

Прежде всего обращает на себя внимание очень малое
количество испытуемых в данном эксперименте (что отмечает и сам Аш): если в
основных опытах Аша участвовало 123 испытуемых, в приведенных выше опытах, где
изучалась частота ошибок как функция величины противоречия, принимали участие
18 испытуемых, с которыми было проведено 56 проб, причем 24 пробы из них были
критическими, то в данном эксперименте участвовало лишь 13 испытуемых, с
которыми было проведено всего 10 проб. <...>

Едва ли стоит доказывать, что этого слишком мало по
сравнению с 24 критическими пробами в опытах Аша, показавших зависимость
частоты ошибок от величины разногласия с группой. Далее, следует отметить
существенное различие в трудности заданий среди указан-ных 5 проб. Так, в двух
из них (4 и 10) стандартная линия в одном случае в 3, а в другом —в 3,3 раза
превышает сопоставляемую линию. Но, вместе с тем, в 4-й пробе абсолютное
различие между стандарт-ной и сопоставляемой линиями находится в пределах
«умеренного», ранее употреблявшегося в опытах Аша противоречия (1 дюйм), в то время как в 10-й пробе такое противоречие — крайнее (7 дюймов). В следующих трех пробах
(5, 7, 8) стандартная линия соответственно в 2,3 раза, в 2 раза и в 2,2 раза
больше сопоставляемой, но при этой в 7-й пробе абсолютное различие лежит в
пределах умеренной ошибки, в то время как в 5-й и 8-й пробах это различие
крайнее (4 и 2,5 дюйма). Такое существенное различие в характере заданий
следовало бы учесть при изложении и анализе результатов, однако Аш не делает
этого. Следует отметить далее неоднородность экспериментальной группы. Если,
излагая результаты своих основных опытов, Аш специально оговаривает, что для
участия в эксперименте была отобрана однород-ная по половому признаку группа
(студенты-мужчины), то в описы-ваемом эксперименте группа была смешанной — из
13 испытуемых было 9 женщин. Но, как уже упоминалось выше, имеются указания на
несколько большую податливость женщин влиянию группы по срав-нению с мужчинами.
И, наконец, что самое удивительное, получив эти «эффектные» данные, Аш подает
их изолированно от ранее ус-тановленных им же и во многом противоречащих этим
данным фак-тов без попытки сколько-нибудь обстоятельного сопоставления и
ана-лиза всех полученных результатов. <...>

Из сказанного можно заключить, что описанный выше
экспери-мент едва ли может служить основанием для далеко идущих выводов и что
автору «Социальной психологии» в данном случае изменяет то стремление к
объективности, четкости, обоснованности, которое было присуще Ашу —
экспериментатору-исследователю. <...>

Перейдем теперь к вопросу о том, насколько правомерно
рас-сматривать данные методики как средство изучения личностных «образований»,
в частности устойчивости личности. Мы видели, что «тех-ника» Аша и Кратчфилда
довольно четко дифференцирует испытуе-мых по характеру реагирования на
«давление» группы. Кроме того, не-верно было бы считать, что реакции испытуемых
в экспериментах были лишены «личностного характера». Можно сослаться в этой
связи на интересное наблюдение Аша, заключающееся в том, что испытуемые с
большим количеством конформных ошибок «не могли принять факт оппозиции группы
без снижения чувства личной ценности». В другом месте Аш отмечает: «Насколько
мы можем судить, не было ни одного испытуемого, который не чувствовал бы
озабоченности по поводу груп-пы, даже когда был убежден, что последняя была
неправа». Тем не менее, если иметь в виду, что устойчивость личности, как
отмечалось выше, обусловливается наиболее значимыми личностными факторами: убеждениями,
направленностью и т.д., то придется признать, что эти факторы, по сути дела,
оставались за пределами специально созданной экспериментальной ситуации.
Следовательно, правомерность непосред-ственного распространения результатов
экспериментов на поведение личности в целом сомнительна. Это понимал и сам Аш,
когда писал, что «экспериментальная ситуация была совершенно специальной, во
многих отношениях нерепрезентативной для обычных и даже необыч-ных социальных
обстоятельств». И дальше: «Конечно, возможно, что реакции, наблюдавшиеся нами,
были результатом кратковременных (momentary) обстоятельств и что индивид,
который был независим в данных условиях, мог действовать совершенно по-другому
в иных ус-ловиях или даже в сходных ситуациях в другое время…»

Сам характер экспериментальной ситуации был таков, что
крат-ковременные пробы, проведенные Ашем и Кратчфилдом, хотя и «за-девали
личность», тем не менее не могли вскрыть особенности наи-более значимых
личностных образований, определяющих поведение человека. Отсюда следует, что на
основании указанных эксперимен-тов неправомерно говорить о конформизме как
фундаментальном свой-стве личности — необходимо дополнить и скорректировать эти
ре-зультаты данными других методик с тем, чтобы получить более глубо-кую и разностороннюю
характеристику личности. <...>

Еще более неправомерно непосредственное перенесение
резуль-татов экспериментальных ситуаций Аша и Кратчфилда на социальную жизнь.
Виттакер и Мид провели экспериментальное исследование на представителях
различных культур. В эксперименте участвовали пред-ставители Бразилии, Ливана,
Родезии, Гонконга. Была в точности повторена методика Аша. Как и у Аша,
испытуемыми были студенты колледжа в возрасте 18—25 лет. Эксперимент не показал
значимых раз-личий между испытуемыми, представителями различных стран.
Ис-ключение составляют родезийцы, которые, как указывают авторы, до
эксперимента находились в особых условиях, принадлежали к од-ному племени, и
это, возможно, сказалось на результатах опыта. Как и другие исследователи,
авторы отмечают, что конформные реакции увеличивались с увеличением
двусмысленности (неопределенности) стимулов, т. е. с ростом трудности задания.
Далее, они подчеркивают, что по сравнению с этим фактором влияние культуры, к
которой принадлежали испытуемые, отодвигается на задний план. По нашему мнению,
продолжают авторы, экстраполяция лабораторных ситуаций, использованных Ашем, на
другие ситуации сомнительна. В заключе-ние исследователи весьма определенно
подводят итог: «Мы можем прийти к выводу, что в то время как эксперименты типа
Аша инте-ресны сами по себе, они мало говорят нам о том, как люди могут вести
себя в других социальных ситуациях». <...>

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ