7 :: vuzlib.su

7 :: vuzlib.su

40
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


7

.

7

Галилео Галилей. Диалог, с. 270-272.

Там же, с. 347-348. Зависимость видимого движения от
относительного утверждал еще Евклид в своей «Оптике», разд. 49 и сл.
Старая схолия из разд. 50 приводит пример корабля, покидающего гавань. Этот же
пример повторяет Коперник. (О вращениях…, кн. 1, гл. VIII). В средневековой
оптике он был хорошо известен (см. Витело {392}, IV, разд. 138). В настоящее
время мы знаем, что этот пример справедлив только, для постоянных скоростей.

Галилео Галилей. Диалог, с. 272.

Там же, с. 348.

Птолемей. Альмагест, i I, с. 7.

Галилео Галилей. Диалог, с. 510. Ср.: «Один и тот же
эксперимент, который на первый взгляд доказывает одно, после более тщательной
проверки убеждает нас в противоположном» {Галилей {150}, с. 164). Критикуя
предложенное мной истолкование, проф. Мак-Маллин высказал пожелание, чтобы я
дал более серьезное «логическое и биографическое обоснование»
утверждению о том, что Галилей не только доказывал, но также и плутовал {266},
с. 39). Он не согласен также с тем, что Галилей вводил динамический релятивизм
именно так, как я об этом говорю. С точки зрения Мак-Маллина, «Галилей
доказывает, что, поскольку его оппонент уже интерпретирует наблюдения,
осуществляемые в таком контексте (движение на корабле),
«релятивистски», постольку он не может поступать иначе, когда речь
идет о наблюдениях, осуществляемых на поверхности Земли» (там же, с. 40).
Действительно, Галилей рассуждает именно таким образом, но в споре с
оппонентом, который, как он утверждает, «с такой неохотой признает, что
движение ничего не производит среди тех вещей, для которых оно является
общим» (Диалог, с. 270), который убежден, что наряду с относительными
движениями корабль обладает также абсолютными положениями и движениями (см.: Аристотель,
физика, 208Ь8 и ел.), и который во всяком случае развил в себе способность
использовать различные понятия в разных случаях, не впадая в противоречие. Если
же критикуемая позиция состоит в этом, то показать, что у оппонента имеется
относительное понятие движения или что он часто пользуется относительным
понятием в своих повседневных делах, вовсе не означает «доказать
противоречивость его «парадигмы»» ({266}, с. 40). «Здесь
обнаруживается часть этой парадигмы, но другая ее часть не затрагивается. Данный
аргумент превращается в желаемое доказательство только в том случае, если
абсолютное понятие либо замалчивается, либо неявно устраняется, либо
отождествляется с релятивистским понятием. Именно это и делает Галилей, хотя,
как я пытался показать, скрытно.

Галилео Галилей. Диалог, с. 229.

Там же, с. 424.

Там же, с. 425.

Там же, с. 423.

Там же, с. 423.

Мысль о том, что в универсуме существует некое абсолютно
привилегированное направление, имеет весьма интересную историю. Она опирается
на структуру гравитационного поля поверхности Земли, т.е. той части земного
шара, которая известна наблюдателю, и обобщает его опыт в этой области.
Принятое обобщение весьма редко рассматривается в качестве особой гипотезы; оно
неявное включается в «грамматику» здравого смысла и придает
абсолютное значение терминам «верх» и «низ». (Это
«естественная интерпретация» точно в том смысле, о котором было
сказано выше.) Лактанций, один из отцов церкви, опирается именно на это
значение, вопрошая: «Возможно ли в самом деле дойти до такой путаницы,
чтобы допустить существование человеческих существ, у которых ноги
располагаются выше головы? Или допустить, что деревья и злаки растут не вверх,
а вниз»? ({237}, III). Такое же использование языка предполагается той
«массой необразованных людей», которые спрашивают, почему антиподы не
падают с Земли (Плинии. Естественная история, II); см. также: Птолемей
Альмагест, I, 7. Попытки Фалеса, Анаксимена: и Ксенофана найти опору, которая
не дает Земле падать «вниз» (Аристотель. О небе, 294а12 и сл.),
показывают, что почти все ранние философы за редким исключением (Анаксимандр)
разделяли этот способ мышления (вплоть до атомистов, которые считали, что атомы
первоначально падают «вниз») (см. Джеммер М. {201}, с.11). Даже
Галилей, который высмеял мысль о падении антиподов (Диалог, с. 426), иногда
говорит о «верхней половине Луны», имея в виду ту часть Луны,
«которая для нас невидима». Не следует забывать, что некоторые
представители лингвистической философии наших дней «с их мозгом, столь
тупым, что сами они не в состоянии осознать своих явных заблуждений» (там
же, с.423), питают надежду воскресить абсолютное значение дихотомии верх – низ
хотя бы локально. Поэтому не следует недооценивать влияния примитивной
концептуальной структуры, включающей в себя анизотропность мира, с которой
вынужден был бороться Галилей, на мышление его современников. Анализ некоторых
аспектов здравого смысла британцев во времена Галилея, включая астрономический
здравый смысл, см. в: Тильярд Э. {376}. Соответствие центрально-симметричного
универсума распространенным представлениям часто утверждается Аристотелем,
например в работе «О небе», 308а23 и сл.

Галилео Галилей. Диалог, с. 230 и 510.

Там же, с. 436. Галилей пересказывает здесь мысля Коперника,
высказанные им в обращении к папе Павлу III в предисловии к своей работе
«О вращениях…» ({218а}); см. также гл. 10 настоящей книги. Можно
указать еще на одно высказывание Коперника: «Все эти феномены
представляются связанными прекраснейшим образом как бы золотой цепью; и каждая
из планет своим положением, порядком и изменениями своего движения
свидетельствует о том, что Земля движется, мы же-обитающие на поверхности
земного шара, вместо того чтобы признать изменения его положения, – верим,
будто планеты сами совершают все виды наблюдаемых движений» ({334}, с.
165). Следует обратить внимание на то, что эмпирические основания в этом
рассуждении отсутствуют и это не случайно, так как Коперник сам признает (там
же, с. 57), что теория Птолемея «совместима с данными вычислений».

Галилео Галилей. Диалог, с. 218.

См. мою статью {128}.

Эти допущения вообще не были предметом обсуждения, но они
противоречили некоторым фундаментальным идеям аристотелевской физики.

Галилео Галилей. Диалог, с. 243-244.

Между прочим, многие из «опытов» и «экспериментов»,
используемые в рассуждениях по поводу движения Земли, совершенно фиктивны. Так,
Галилей в своей работе {151}, с. 211 и сл., которая «следует мнениям
Аристотеля и Птолемея» (там же, с. 223), использует такой аргумент против
вращения Земли: «…Объекты, падающие с высоты на Землю, как, например,
камень, падающий с вершины башни, не упадет к подножью этой башни, так как за
то время, которое камень движется прямолинейно вниз, находясь в воздухе. Земля,
поворачиваясь в своем движении к Востоку, встретит его далеко от подножья,
башни, точно так же, как камень, брошенный с мачты движущегося судна, упадет не
к основанию мачты, а ближе, к корме судна» (там же, с. 224). Выделенная в
тексте ссылка на поведение камня, брошенного на движущемся судне, вновь используется
в «Диалоге» (с. 224) в том месте, где обсуждаются аргументы Птолемея,
однако здесь она уже не считается корректной. «Но здесь мне кажется
уместным, – говорит Сальвиати, – предупредить уступку, которую из излишней
щедрости делают своим противникам последователи Коперника, а именно: они
допускают в качестве надежных и достоверных опыты, которых их противники на
самом деле никогда не производили, как, например, опыт с телами, падающими с
мачты корабля, когда он находится в движении…» («Диалог», с.
279). Выше (с. 253) на основании вывода, а не наблюдения, утверждается, что
камень упадет к основанию мачты даже в том случае, когда судно находится в
движении, а возможный эксперимент обсуждается на с. 286. Бруно считает
несомненным, что камень достигнет основания мачты движущегося судна ({39}, с.
83). Следует отметить, что эта проблема отнюдь не легко поддается
экспериментальному решению. Эксперименты, проводились, но результаты их были
далеко не окончательными, см. Эрмитедж Д. {5}, с. 342 и сл., и Койре А. {225},
с. 89 и сл. Аргумент башни можно найти у Аристотеля в работе «О
небе», 296Ь22 и у Птолемея в работе «Альмагест» (i, 8).
Обсуждает его и Коперник в гл. 8 своего труда «О вращениях…»; но в
следующей главе пытается отказаться от него (см. прим. 12 гл. 8 настоящей
книги). Роль этого аргумента в средние века проанализирована в работе М.
Клагетта {59}, гл. 10.

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ