§ 1. Понятие, структура и агенты власти :: vuzlib.su

§ 1. Понятие, структура и агенты власти :: vuzlib.su

1
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


§ 1. Понятие, структура и агенты власти

.

§ 1. Понятие, структура и агенты власти

Власть — одно из фундаментальных начал общества и политики.
Она су­ществует везде, где есть устойчивые объединения людей: в семье,
производственных коллективах, раз­личного рода организациях и учреждениях, во
всем государстве — в этом случае мы имеем дело с верховной, политической влас­тью.

В научной литературе существуют разнообразные определе­ния
власти, что отражает сложность, многоаспектность этого яв­ления. Каждая из
дефиниций обычно акцентирует внимание на той или иной стороне или проявлении
власти и связана с опре­деленным подходом к ее анализу. Можно выделить
следующие важнейшие аспекты трактовки власти.

1. Телеологические (с точки зрения цели) определения харак­теризуют
власть как способность достижения поставленных це­лей, получения намеченных
результатов. «Власть может быть определена как реализация намеченных целей», —
пишет Бертран Рассел. Телеологические определения трактуют власть достаточ­но
широко, распространяя ее не только на отношения между людьми, но и на взаимодействие
человека с окружающим миром — в этом смысле говорят, например, о власти над
природой.

2. Бихевиористские трактовки рассматривают власть как осо­бый
тип поведения, при котором одни люди командуют, а другие подчиняются.
Бихевиористский подход индивидуализирует пони­мание власти, сводит ее к
взаимодействию реальных личностей, обращая особое внимание на субъективную
мотивацию власти. Одну из типичных бихевиористских трактовок власти предлагает
Г. Лассуэлл. Он считает, что первоначальные импульсы для воз­никновения власти
дает присущее индивидам стремление (воля) к власти и обладание «политической
энергией». Человек видит во власти средство улучшения жизни: приобретения
богатства, пре­стижа, свободы, безопасности и т.п. В то же время власть — это и
самоцель, позволяющая наслаждаться ее обладанием. Политичес­кая власть
складывается из столкновения многообразных воль к власти как баланс, равновесие
политических сил.

3. Психологические интерпретации власти, исходя из ее бихе­виористского
понимания как поведения реальных индивидов, пытаются раскрыть субъективную
мотивацию этого поведения, истоки власти, коренящиеся в сознании и подсознании
людей. Одно из виднейших направлений этого рода — психоанализ. Он трактует
стремление к власти как проявление, сублимацию по­давленного либидо,
представляющего собой подверженное транс­формации влечение преимущественно
сексуального характера (Зигмунд Фрейд) или же психическую энергию вообще (Карл
Густав Юнг). Стремление к власти и особенно обладание ею вы­полняют функцию субъективной
компенсации физической или духовной неполноценности. Власть возникает как
взаимодейст­вие воли к ней — одних и готовности к подчинению, «доброволь­ному
рабству» — других. Как считал Фрейд, в психике человека имеются структуры, делающие
его предрасположенным к пред­почтению рабства свободе ради личной защищенности
и успо­коения.

Различные психоаналитики расходятся в объяснении причин
психологического подчинения. Одни (С. Московиси, Б. Эдельман) видят их в своего
рода гипнотическом внушении, существу­ющем во взаимоотношениях вождя и толпы,
другие же (Ж. Ла­кан) — в особой восприимчивости подсознания человека к сим­волам,
выражаемым в языке. В целом же психологический под­ход помогает выявить
механизмы мотивации власти как отноше­ния: командование—подчинение.

4. Противоположностью бихевиористскому и психологичес­кому
видениям власти является ее системная трактовка. Если пер­вые два направления
требуют идти в понимании власти снизу вверх, от индивидов к обществу,
руководствуясь реально наблюдаемыми в эмпирическом опыте ее проявлениями, то
системный метод исходит из производности власти не от индивидуальных отношений,
а от социальной системы, рассматривает власть как «способность системы
обеспечивать исполнение ее элементами принятых обязательств», направленных на
реализацию ее кол­лективных целей. Некоторые представители системного подхо­да
(К. Дойч, Н. Луман) трактуют власть как средство социально­го общения
(коммуникации), позволяющее регулировать группо­вые конфликты и обеспечивать
интеграцию общества. Систем­ностью власти обусловливается ее относительность,
т.е. распро­страненность на определенные системы.

5. Структурно-функционалистские интерпретации власти рас­сматривают
ее как свойство социальной организации, как спо­соб самоорганизации человеческой
общности, основанный на целесообразности разделения функций управления и
исполне­ния. Без власти невозможны коллективное существование чело­века,
совместная жизнедеятельность многих людей. Само обще­ство устроено иерархично,
дифференцирует управленческие и исполнительские социальные роли. Власть — это
свойство соци­альных статусов, ролей, позволяющее контролировать ресурсы,
средства влияния. Иными словами, власть связана с занятием руководящих
должностей, позволяющих воздействовать на лю­дей с помощью позитивных и
негативных санкций, поощрения и наказания.

6. Реляционистские (от французского слова «relation» — отно­шений)
определения рассматривают власть как отношение меж­ду двумя партнерами,
агентами, при котором один из них оказы­вает определяющее влияние на второго. В
этом случае власть предстает как взаимодействие ее субъекта и объекта, при
котором субъект с помощью определенных средств контролирует объект.

Такое понимание власти позволяет раскрыть ее структуру,
увязать в единое целое различные ее характеристики. Основными компонентами
власти являются ее субъект, объект, средства (ре­сурсы) и процесс, приводящий в
движение все ее элементы и характеризующийся механизмом и способами
взаимодействия между партнерами.

Субъект и объект — непосредствен­ные носители, агенты
власти. Субъ­ект (актор) воплощает активное, направляющее начало власти. Им
может быть отдельный человек, организация, общность людей, например народ, или
даже мировое сообщество, объединен­ное в ООН.

Для возникновения властных отношений необходимо, чтобы
субъект обладал рядом качеств. Прежде всего это желание власт­вовать, воля к
власти, проявляющаяся в распоряжениях или при­казах. Большинство людей не
испытывает психологического удо­вольствия от обладания властью. Сама по себе
власть не является для них ценностью. Многие вообще предпочли бы уклониться от
руководящих должностей и связанной с ними ответственности, если бы власть не
открывала широкие возможности для получе­ния различного рода благ: высокого
дохода, престижа, выгодных связей, привилегий и т.д. Для них стремление к
власти имеет инструментальный характер, т.е. служит средством достижения других
целей.

Помимо желания руководить и готовности брать на себя от­ветственность
субъект власти должен быть компетентным, знать суть дела, состояние и
настроение подчиненных, уметь исполь­зовать ресурсы, обладать авторитетом. Для
политической власти важнейшее значение имеет организованность субъекта. Конеч­но,
реальные носители власти в разной степени наделены всеми этими качествами.

Субъекты политической власти имеют сложный, многоуров­невый
характер. Ее первичными акторами являются индивиды и социальные группы,
вторичными — политические организа­ции, субъектами наиболее высокого уровня,
непосредственно представляющими во властных отношениях различные груп­пы и
организации, — политические элиты и лидеры. Связь между этими уровнями может
нарушаться. Так, например, лидеры нередко отрываются от масс и даже от
собственных партий.

Отражением первостепенной роли субъекта в отношениях власти
является широко распространенное в повседневном язы­ке отождествление власти с
ее носителем. Так, говорят о решени­ях власти, о действиях властей и т.п.,
подразумевая под властью управленческие органы.

Субъект определяет содержание властного взаимодействия через
распоряжение (приказ, команду), в котором предписывает­ся поведение объекта
власти, указываются или подразумеваются поощрение и наказание за выполнение или
невыполнение ко­манды. От характера содержащихся в приказе требований во многом
зависит отношение к нему исполнителей, объекта — вто­рого важнейшего элемента
власти.

Власть никогда не является свойством или отношением лишь
одного дейст­вующего лица (органа), конечно, если не иметь в виду власть че­ловека
над самим собой, предполагающую подчинение его пове­дения доводам разума, как
бы раздвоение личности. Но это уже психологический, а не социальный феномен.

Власть всегда двустороннее, асимметричное, с доминирова­нием
воли властителя взаимодействие ее субъекта и объекта. Она невозможна без
подчинения объекта. Если такого подчинения нет, то нет и власти, несмотря на
то, что стремящийся к ней субъект обладает ярко выраженной волей властвования и
даже мощными средствами принуждения. В конечном счете у объекта властной воли
всегда есть пусть крайний, но все же выбор — погибнуть, но не подчиниться.
Осознание зависимости власти от покорности населения нашло практическое политическое
выражение в акци­ях гражданского неповиновения, широко используемых в совре­менном
мире как средство ненасильственной борьбы.

Границы отношения объекта к субъекту властвования прости­раются
от ожесточенного сопротивления, борьбы на уничтоже­ние (в этом случае власть
отсутствует) до добровольного, воспри­нимаемого с радостью повиновения. В
принципе подчинение так же естественно присуще человеческому обществу, как и
руковод­ство. Готовность к подчинению зависит от ряда факторов: от соб­ственных
качеств объекта властвования, от характера предъявля­емых к нему требований, от
ситуации и средств воздействия, ко­торыми располагает субъект, а также от
восприятия руководи­теля исполнителями, наличия или отсутствия у него
авторитета. Качества объекта политического властвования определяются преж­де
всего политической культурой населения. Преобладание в об­ществе людей,
привыкших лишь беспрекословно повиноваться, жаждущих «твердой руки», является
благоприятной питательной средой деспотических режимов.

Мотивация подчинения достаточно сложна. Она может
основываться на страхе перед санкциями; на долголетней привычке к повинове­нию;
на заинтересованности в выполнении распоряжений; на убежденности в
необходимости подчинения; на авторитете, вы­зываемом руководителем у
подчиненных; на идентификации объ­екта с субъектом власти.

Все эти мотивы существенно влияют на силу власти, т.е. спо­собность
ее субъекта влиять на объект. Высокая сила воздействия и вероятность подчинения
отличают власть от влияния — более широкой, чем власть, категории,
характеризующей как властное, так и более слабое и менее эффективное
воздействие субъекта на объект.

Сила власти, основанная на страхе, вызываемом угрозой сан­кций,
прямо пропорциональна тяжести наказания и обратно про­порциональна вероятности
избежать его в случае непослушания. Такая власть имеет тенденцию к ослаблению
вследствие естест­венного стремления людей избавиться от этого неприятного эмо­ционального
состояния.

Сравнительно безболезненно воспринимается людьми власть,
базирующаяся на привычке, обычае повиноваться. Привычка была одним из ведущих
мотивов подчинения государству в традицион­ных обществах. Она — надежный фактор
стабильности власти до тех пор, пока не приходит в противоречие с требованиями
реаль­ной жизни. Если же это происходит, то власть, основанная лишь на привычке
к повиновению, быстро разрушается, как только люди замечают, что «король-то —
голый», что власть изжила себя и недостойна повиновения.

Наиболее стабильной является власть, построенная на инте­ресе.
Личная заинтересованность побуждает подчиненных к добро­вольному выполнению
распоряжений, делает излишним контроль и применение негативных санкций. Она способствует
развитию у людей других типов позитивной мотивации подчинения — пови­новения на
основе убежденности, авторитета и идентификации.

Подчинение по убеждению связано с мотивационным воздейст­вием
достаточно глубоких слоев сознания: менталитета, ценност­ных ориентаций и
установок, составляющих «вторую природу» личности (ее «первая природа»
образуется под воздействием пер­вичных, преимущественно биологических
потребностей и повсе­дневных интересов индивида). Готовность подчиняться
государ­ству или другому носителю власти ради каких-либо более высо­ких, чем
непосредственные индивидуальные интересы, целей (пат­риотических, нравственных,
религиозных и т.п.) — важный ис­точник силы власти.

Одной из наиболее благоприятных для власти мотиваций под­чинения
является авторитет. Он формируется на базе общей за­интересованности объекта и
субъекта власти и убежденности под­чиненных в особых способностях руководителя.
Авторитет пред­ставляет собой высоко ценимые качества, которыми подчиненные
наделяют руководителя и которые детерминируют их повиновение без убеждения или
угрозы санкций. Он основывается на согласии и означает уважение к руководящей
личности или институту, дове­рие к ним. Авторитет может быть истинным, когда
руководитель действительно обладает теми качествами, которыми его наделя­ют
подчиненные, и ложным, основанным на заблуждениях отно­сительно личности руководителя.
В зависимости от лежащих в его основе качеств авторитет бывает научным
(качество ученос­ти), деловым (компетентность, навыки, опыт), моральным (вы­сокие
нравственные качества), религиозным (святость), статус­ным (уважение к
должности) и т.п.

Власть, основанная на интересах, убежденности и авторите­те,
часто перерастает в идентификацию подчиненного с руково­дителем. В этом случае
достигается максимальная сила власти и субъект воспринимается объектом как свой
представитель и за­щитник. Субъективная идентификация исполнителей с руково­дителем
может объясняться двумя причинами: 1) быть свойством реального двойственного
положения людей в отношениях влас­ти, как это имеет место в демократических
организациях, где индивиды выступают и субъектом власти — выбирают и контро­лируют
руководство, и ее объектом — исполняют его реше­ния. В этом случае оба агента
власти совпадают, хотя и не пол­ностью; 2) выступать результатом общности
интересов и ценнос­тей руководителя и исполнителя и возникновения у последнего
чувства единения со всей организацией или группой.

Субъект или объект характеризуют крайние полюса, активные
начала структуры власти. Само деление людей на субъектов и объ­ектов,
начальников и подчиненных во многом релятивно и измен­чиво: в одном отношении
человек выступает начальником, в дру­гом — подчиненным, причем со временем
индивиды могут поме­няться ролями. Применительно к политической власти взаимодей­ствие
ее агентов опосредуется целым комплексом средств или ре­сурсов и осуществляется
в рамках специального институциональ­ного механизма, стабилизирующего и
регулирующего процесс вла­ствования. Что же представляют собой эти компоненты
власти?

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ