§ 3. Кризисы политического развития :: vuzlib.su

§ 3. Кризисы политического развития :: vuzlib.su

1
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


§ 3. Кризисы политического развития

.

§ 3. Кризисы политического развития

Кризис идентичности наступает тог­да, когда распад идеалов и
ценностей, лежавших в основе ранее доминировавшей политической культу­ры
заставляет людей искать новые духовные ориентиры для осо­знания своего места в
обществе и своих связей с государством.

Необходимость поиска новой духовной связи с социальными и
иными группами вынуждает людей пересматривать отношение к традициям, прошлому
опыту, символам государственности, гос­подствовавшей идеологии. Осознавая
значимость сохранившихся или новых идей, человек определяет и свои возможности
полити­ческого участия в изменившемся государстве, использования ме­ханизмов
власти для защиты своих ценностей и интересов. Особо острые проблемы встают
перед людьми в связи с пониманием ими своей общности с большими,
макросоциальными, группами — клас­сами, народами, государствами, которые
претерпевают в этот пери­од наиболее существенные изменения. Весьма ощутимо это
сегодня в России, где народ — как полиэтническая и мультисоциальная об­щность —
формируется не только в связи с появлением новых сло­ев, развивающихся на базе
возникновения частного уклада, товар­ных отношений, но и на основе массовой
миграции населения, вызванной изменениями в национально-государственном устрой­стве.
В результате во многих районах изменяется соотношение местного и некоренного
населения, возникают этнические дис­пропорции, усложняются конфессиональные и
прочие связи.

Явно негативную окраску идентичность приобретает у граж­дан,
усматривающих в новых формах социальной и политичес­кой жизни не дополнительные
возможности для личного сущест­вования, а «обман» государством населения,
невыполнение им своих обязательств, а то и «заговор» против «трудящихся». Осо­знание
отсталости своей страны нередко стимулирует чувство социальной замкнутости,
склонность к радикализму, усиливает недоверие к государству и демократическим
ценностям. Эти раз­рушительные эмоции препятствуют развитию более рациональ­ных
взглядов на положение человека в обществе и на характер государства.

Наиболее простым способом обретения идентичности являет­ся
чувство принадлежности к той или другой нации. В то же время национальное
самосознание способно принимать в переходных условиях любые формы: от роста
потребности в освоении культур­ных ценностей этноса до активного отрицания
равных прав других наций в данном государстве. У маргинальных слоев такие
чувства нередко окрашены резким этноцентризмом и шовинизмом, что про­воцирует
определенные политические силы на этнические чистки, террор и другие насильственные
средства решения политических противоречий (как, например, в Боснии, Абхазии,
Чечне).

Типичное средство разрешения кризиса идентичности — по­иск
харизматического лидера, способного взять на себя всю тя­жесть морального
выбора, снять с людей индивидуальную ответственность за их выбор политической
позиции. В то же время прав­ление харизматического лидера дает человеку
определенное время для оценки ситуации, включения в новые связи с государством.

Снизить остроту кризиса идентичности могут открытый харак­тер
режима правления, развитие коммуникаций, системы образо­вания, поощрение
вертикальных и горизонтальных политических связей населения и другие методы,
позволяющие устранить пред­убежденность людей в чужеродности демократических
форм для данного общества.

Объем и характер потребляемых благ — один из ключевых
факторов, от ко­торого зависит поддержка или отри­цание населением реформ и
осущест­вляемых их режимов. Далеко не всегда власти в переходный пери­од
способны обеспечить населению устойчивый рост материаль­ного благосостояния,
причем в приемлемых для людей формах стимулирования и распределения. Поэтому
переходные правитель­ства часто сталкиваются с протестом населения, вызванным
изме­нением стандартов и способов потребления, а также ростом соци­альных ожиданий
граждан от предложенных новых методов хо­зяйствования, развития отношений с другими
странами и т.д.

Властям приходится сталкиваться с позициями тех, кто: 1) по­ложительно
относится к прежним принципам социального кон­тракта с государством
(ненапряженный труд — стабильность со­циального существования), но считает
привлекательными для себя новые стандарты потребления; 2) положительно
оценивает преж­ние принципы распределения и отрицательно — новые; 3) отри­цательно
относится к ранее доминировавшим нормам и спосо­бам получения продукта и
положительно воспринимает новые принципы получения материальных и культурных
благ.

Носители разных социальных пристрастий сориентированы на
различные модели взаимоотношений с государством. Первые выступают за
централизованные пути распределения благ, соци­альную помощь государства и
другие методы, по сути лишающие смысла структурные экономические преобразования
и сохраняю­щие разрыв между трудом и денежным эквивалентом. Сторонни­ки второй
точки зрения, испытывая симпатии к централизован­ному распределению благ,
активно выступают против рыночных стратегий, мешая укоренению новых принципов.
Представители третьей группы могут выступать за распределение материальных и
духовных благ в зависимости от интенсивности индивидуаль­ного труда как основы
добывания необходимых жизненных средств. Однако без определенных социальных
корректив такая позиция может привести к массовому распространению бедности,
оставить «за бортом» многие недостаточно жизнеспособные слои (пенсионеров,
студентов). Сторонники быстрых, решительных из­менений в этой сфере нередко
переоценивают роль правящих элит, точнее, — их способность повернуть «кран
материального обеспе­чения» в любую сторону. Столь же поверхностны и иллюзорны
их надежды на иностранную помощь, отодвигающую на неопреде­ленное время
перестройку отечественной инфраструктуры, их уве­ренность в возможности
быстрого изменения стереотипов и пред­рассудков населения, касающихся
социальных отношений с госу­дарством.

Правительства, таким образом, должны выработать стратегию,
которая, с одной стороны, была бы сориентирована на структур­ные изменения в
экономике, на преобразование принципов рас­пределения материальных и культурных
благ, а с другой — учи­тывала бы реальные возможности государства и населения
перейти к нетрадиционным формам поддержания социальных взаимоот­ношений.
Необходимыми элементами такой стратегии, как по­казал опыт, должны стать
эффективная система налогообложе­ния, способная поощрять отечественного
производителя; фор­мирование массовых структур переобучения работников; созда­ние
разнообразных компенсационных механизмов (например ад­ресная социальная
помощь), обеспечивающих не столько сокра­щение разрыва в доходах, сколько
сохранение стабильности со­циального статуса для определенных категорий
населения; все­мерное поощрение мелкого и среднего бизнеса и т.д.

Кризис участия обусловлен ломкой привычных форм и механизмов
вовле­чения граждан в политику при увеличении числа стремящихся к участию в
управлении и создании нового баланса политических сил.

В условиях модернизации интенсивно растут специализиро­ванные
группы интересов, соревнующиеся за доступ к рычагам власти. Политическая
система — путем формирования новых и совершенствования функций традиционных
институтов власти, придания стабильности отношениям управляющих и управляе­мых
и т.д. —должна уметь впитывать и интегрировать эти «заяв­ки» на политическое
участие. Но при этом строго пресекать все агрессивные формы артикулирования и
агрегирования интере­сов. Агрегированность может сопровождать претензии на учас­тие
во власти как тех традиционных групп, которые достаточно быстро становятся
социальными аутсайдерами, так и тех форми­рований, что отрицают любые
цивилизованные формы достиже­ния цели.

Чаще всего кризис участия усугубляется слабой развитостью
системы представительства социальных интересов, несоответстви­ем политических
структур и институтов запросам и чаяниям насе­ления (в результате чего
политический протест может «обходить» предлагаемые государством каналы и
механизмы учета мнений, порождая непредсказуемые последствия для органов
управления), а также нерешительностью властей в пресечении деятельности политических
радикалов и террористов. Препятствия для урегули­рования данного типа отношений
создают и нарастание сопротив­ления оппозиции, сепаратистские тенденции и национально-тер­риториальные
конфликты, бюрократизация элиты, попытки ее отдельных звеньев и образований
перехватить несвойственные им функции в процессе принятия решений. Свою лепту в
ужесточе­ние кризиса участия вносит и индифферентизм населения, обес­ценивающий
попытки властей преобразовать политические струк­туры, нежелание (и неумение)
широких социальных слоев отби­рать достойных и компетентных представителей
своих интересов в органы управления.

Чтобы преодолеть кризис участия, правящий режим должен
стараться не форсировать преобразования, вызывающие взрывные реакции больших
групп населения, придерживаться принципов равенства политического участия
различных групп населения и в то же время стараться не доводить социальные или
идеологичес­кие разногласия граждан до политических форм их разрешения. Власти
обязаны строго следовать предложенным ими правилам политической игры, создавать
прецеденты правового выхода из ситуаций, связанных с их нарушением, всемерно
поддерживать идеалы и ценности, способные интегрировать общество и госу­дарство.

Кризис «проникновения» отражает противоречия, которые возникают
при стремлении правящих сил (прежде всего высших органов государ­ственной
власти) реализовать свои решения во всех сферах обще­ственной жизни. В условиях
модернизации соперничество групп за ресурсы власти, господство своих ценностей,
властные полно­мочия, приводит к появлению множества центров влияния, обла­дающих
возможностью изменять в свою пользу содержание управ­ленческих решений
(законов, установлений) центральных влас­тей. Например местные элиты апеллируют
к местным нормам, обычаям и интересам, что при распаде хозяйственных и иных свя­зей
позволяет им сохранить и усилить свое влияние. На измене­ние характера принятых
решений могут претендовать не только местные правящие элиты, стремящиеся к дополнительным
полно­мочиям и прерогативам при решении политических вопросов, но и оппозиция.
Снижают эффективность политического регулиро­вания также и разнородность позиций
различных групп и слоев населения, отсутствие у граждан политического опыта,
иррацио­нальные черты массового сознания, влияющие на неадекватное восприятие
решений центра.

В результате законы, постановления и иные нормативные рас­поряжения
властей во многом теряют свою регулирующую спо­собность, т.е. не проникают в
достаточной мере в социальные и политические отношения. Понижение эффективности
решений центральных властей принижает авторитет не только режима, но и
исповедуемых им ценностей. Попытки исправить положение, лю­бой ценой
«продавить» необходимые решения нередко заставляют режим перешагивать
допустимые границы в политическом торге с оппонентами, толкают правящие круги к
популизму, способству­ют нарастанию коррупции, усиливают теневые механизмы
власти.

Чтобы решения исполнялись, несмотря на сопротивление, пра­вящие
круги должны прежде всего формировать рациональную организацию власти. С одной
стороны, к прерогативам центра следует относить только те вопросы, которые
необходимо решать в масштабах всего государства (соблюдение равенства всех граж­дан
перед законом, охрана границ, обеспечение стабильности ва­люты и т.д.),
способствуя тем самым активному перераспределе­нию полномочий между центром и
местами, возлагая на террито­риальные органы управления ответственность за
принятие кон­кретных решений по вопросам реформ в их регионах. С другой стороны,
такая реорганизация власти должна сохранять вертикаль­ную ответственность нижестоящих
органов управления, препятст­вовать их атомизации и обеспечивать надежные формы
контроля за деятельностью всех структур, задействованных в принятии и
осуществлении решений. Таким образом можно будет не только сохранить
необходимую обществу централизацию управления, но и решить более общую задачу —
обеспечение зависимости госу­дарства от гражданского общества.

Кризис легитимности возникает в ре­зультате рассогласования
целей и цен­ностей правящего режима с представлениями основной части граж­дан о
необходимых формах и средствах политического регулирования, нормах
справедливого правления и с другими ценностями массового сознания. Соответствие
целей режима и массовых пред­ставлений способствует поддержке и росту легитимности
правя­щих структур, а несоответствие — падению легитимности и деста­билизации
государственности.

Достижение необходимой степени поддержки массами пра­вящих
структур, соответствующего консенсуса между элитой и неэлитой заставляет их
вступать в различного рода переговоры, торги, взаимостимулировать поведение
друг друга. Нередко сте­пень поддержки властей населением даже не зависит от
эффек­тивности управления и применения власти (например в ряде аф­риканских
государств население отказывало в поддержке эффек­тивно действующим властям
только по причине их колониально­го происхождения). Иными словами, режимы могут
быть неэф­фективными, но легитимными, и наоборот.

Тем не менее, при прочих равных условиях эффективность
экономических или социальных реформ, правовых или полити­ческих преобразований
служит наиболее серьезной основой для обеспечения поддержки режима правления со
стороны населе­ния. Но достигнуть эффективного функционирования экономи­ки в
условиях ее структурного реформирования крайне сложно, если вообще возможно. В
любом случае для этого требуется вре­мя, которого переходные правительства чаще
всего не имеют. Поэтому нередко вместо позитивного социально-экономическо­го и
политического строительства правящие режимы выбирают иные методы обеспечения
массовой поддержки, способные даже привлечь на их сторону политических
оппонентов, консерватив­ные круги общества. Речь идет о попытках интеграции
общества под флагом противоборства с внешним (или внутренним) про­тивником,
стимулирования патриотических чувств и даже граж­данского самопожертвования.
Однако такие методы обеспечения легитимности режима, как правило, не носят
долговременного характера.

В целом наиболее продуктивными средствами обеспечения
легитимности правящего режима является способность элиты обеспечивать
постепенное реформирование общества, дости­гать консенсуса и соглашения с
политическими противниками (что означает согласие меньшинства в той или иной
степени присоединиться к выполнению принимаемых большинством решений),
образовывать разнообразные политические коали­ции, согласительные комитеты и
проч. для поддержания гаран­тий гражданского мира, формировать позитивный образ
своих лидеров в глазах населения. Наиболее благоприятные последствия от ведения
такой политики наступают при доминировании в об­ществе толерантности,
доброжелательности, ассоциативном пере­несении авторитета лидеров на структуры
и институты правящего режима.

* * *

В настоящем учебном пособии освещены лишь наиболее об­щие
проблемы политической науки, и прежде всего те из них, которые имеют
непосредственную значимость для жизни обще­ства и отдельных граждан.
Практическое применение политичес­ких знаний в России требует внимательного
учета специфики страны. Наша противоречивая действительность далеко не всегда
укладывается в рамки классических, политических теорий и под­дается однозначным
научным оценкам. Во многом это объясня­ется переходным состоянием общества,
наличием в нем самых различных, порою трудно совместимых явлений. Однако и
здесь без политического образования невозможно правильно ориенти­роваться в
сложном лабиринте событий.

Материалы учебного пособия призваны помочь студенту по­нять
основы политики и демократического государственного уст­ройства, компетентно
анализировать реальные политические про­цессы и активно участвовать в
строительстве новых, гуманных и цивилизованных отношений между гражданами.
Конечно, более глубокое знакомство с миром политики требует дальнейшего изу­чения
политической теории и практики.

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ