2.4. Ни ограниченный, ни неограниченный принципы причинности не являются «онтологическими суждениями»: и тот,...

2.4. Ни ограниченный, ни неограниченный принципы причинности не являются «онтологическими суждениями»: и тот, и другой представляют собой априорные установления :: vuzlib.su

3
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


2.4. Ни ограниченный, ни неограниченный принципы причинности не являются
«онтологическими суждениями»: и тот, и другой представляют собой
априорные установления

.

2.4. Ни ограниченный, ни неограниченный принципы причинности
не являются «онтологическими суждениями»: и тот, и другой
представляют собой априорные установления

Теперь мы видим, что в основании как философии
копенгагенской школы, так и философии Бома равным образом лежат ложные посылки.

Копенгагенская школа усматривает единственное правомерное
основание знания в наблюдаемых и измеримых явлениях. Ее сторонники полагают,
что только на этой основе может строиться интерпретация квантовой механики — и
здесь заблуждаются они. Бом со своей стороны считает, что в неограниченном
принципе причинности находит выражение существенная характеристика мира
«самого-по-себе» — и в этом его заблуждение.

Но им свойственна также и общая ошибка: обе видят в
предложениях и принципах физики выражение существенных характеристик Природы
или Бытия. В конечном счете они придают физическим теориям онтологический
смысл, не замечая того, что на самом деле эти теории являются только
конструктами или моделями, которые строятся по определенным априорным
установлениям или правилам и постулатам различного типа.

Эти «априоризмы» не следует смешивать с теми,
которые относятся к метафизике или онтологии. Метафизические суждения a priori
считаются необходимыми — примером могут служит кантовские синтетические
суждения a priori. Априорные суждения в физике, напротив, ни в коей мере не
являясь необходимыми, могут быть заменены другими.

Об этом свидетельствуют различные обсуждавшиеся здесь
принципы причинности и скрытые параметры Бома. Но есть и еще кое-что
свидетельствующее об этом, а именно тот факт, что для описания одной и той же
сферы опыта могут использоваться различные теории. Не существует действительно
решающих аргументов физического или философского характера в пользу или против
той или иной теоретической позиции. Наверное, человеку неотъемлемо присуще
стремление немедленно выдавать за объективную данность то, что порождено, по
сути своей, его собственной проективностью. История физики — это процесс, в
котором постоянно происходит такое смешение произвольных конструкций с
онтологической реальностью.

Как только тезис об абсолютной реальности, утверждавшийся аристотелевской
доктриной «естественного места», был отброшен и учение о движении
стали связывать со свободным выбором позиции наблюдателя, так сразу же
произошло введение новой абсолютной реальности — реальности инерциального
движения. Считалось, что инерциальное движение не зависит от выбора системы
отсчета или положения движущегося тела, а является существенной и реальной
конституентой самой системы, которой это движение свойственно. Как будет
показано в гл. 9, подобное понимание движения картезианству представляется все
еще обоснованным. Однако более поздней версии объяснения инерционного принципа
уже приходится признать, что основанием здесь является понятие «равных
промежутков времени», причем критерием опять-таки выступает закон инерции,
ибо «равные промежутки времени» имеют место только тогда, когда тело,
свободное от каких бы то ни было внешних воздействий, проходит равные
расстояния. При этом обнаруживается, что инерция не является ни необходимой, ни
эмпирической характеристикой вещи «самой-по-себе», а представляет
собой нечто такое, что соответствует свободно принятому правилу выбора критерия
измерения: принцип инерции становится определением измерения.

Свобода выбора априорных установлений, с очевидностью
проявившаяся здесь, на самом деле дает нам ключ к пониманию того, как уйти от
догматического спора метафизических концепций, опирающихся на конкретные
физические теории или служащие методологической основой построения таких
теорий. Этот ключ состоит в демонстрации того факта, что ни одна из них не может
претендовать на выражение онтологической структуры мира, ибо все такие теории
суть только возможные интерпретации, в основе которых лежат практические
постулаты. Но тогда подлинной проблемой, какую ставит физика перед философией,
является именно эта свобода, а не проблема какой-либо сомнительной модели,
которая всегда и по необходимости эфемерна.

Что же такое эта свобода? Большая часть дальнейших
рассуждений будет связана с этим вопросом. К вопросу о скрытых параметрах мы
еще вернемся более подробно в 6-ой главе, но в ином аспекте. А сейчас я хотел
бы остановиться на вопросе об априорных правилах и основаниях физики, исходя из
особенностей квантовой механики, и рассмотреть этот вопрос в более общей и
систематической форме.

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ