10.4. Трудности, связанные с опровержением релятивистской космологии :: vuzlib.su

10.4. Трудности, связанные с опровержением релятивистской космологии :: vuzlib.su

53
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


10.4. Трудности, связанные с опровержением релятивистской космологии

.

10.4. Трудности, связанные с опровержением релятивистской
космологии

Нам представляется еще одна возможность поспорить с
философией Поппера. По его мнению, самое важное в теории — это ее способность
подвергаться эмпирической проверке и быть опровергнутой. Соответственно все
прочее, что свойственно теории, что способствует ее формулированию, но
относится к психологии исследования, к истории науки или к метафизическим
верованиям, не имеет отношения к научному обоснованию.

В «Логике научного исследования» Поппер пишет:
«Акт замысла и создания теории… не нуждается в логическом анализе, да и
не подвластен ему»[180]. Касаясь проблемы научного открытия, он продолжает:
«Рассматривая научное познание с психологической точки зрения, я склонен
думать, что научное открытие невозможно без веры в идеи чисто спекулятивного,
умозрительного типа, которые зачастую бывают весьма неопределенными, веры,
совершенно неоправданной с точки зрения науки и в этом отношении
«метафизической».

Принимая во внимание сказанное относительно метафизики, я
все же считаю, что первейшей задачей логики познания является выдвижение
понятия эмпирической науки для того, чтобы сделать лингвистическое употребление
терминов, ныне несколько расплывчатое, возможно более определенным, а также,
чтобы провести четкую демаркационную линию между наукой и метафизикой, хотя
последняя, возможно, и стимулировала развитие науки на всем протяжении ее
истории»[181].

В противоположность этому мнению, наше предыдущее
рассуждение показывает, что априорная аргументация, не основанная на опыте,
играет исключительно важную, решающую роль в научном обосновании содержания
теории — в данном случае в обосновании релятивистской космологии. Но есть и
другая сторона проблемы, которую следует учесть. В следующем разделе мы
покажем, что процессы, характерные для заключительных стадий научного исследования,
благодаря которым теории подвергаются эмпирическим проверкам, просто не могут
быть отделены, вопреки мнению Поппера, от априорных оснований, которые лежат в
начале этого исследования. Если не удается найти эти основания, дальнейшая
работа окажется также безуспешной. Поэтому все то, что способствует созданию
теории, обладает не меньшей значимостью для науки, чем проверки этой теории, и
уж во всяком случае, не может быть отнесено только к области веры или
неопределенных идей, обладающих лишь психологическим или историческим
значением. Напротив, именно здесь мы встречаем ряд наиболее важных объектов,
составляющих поле исследования для «логики познания».

Из релятивистской космологии можно вывести уравнение,
определяющее зависимость между энергией светового излучения галактик и красным
смещением спектра этого излучения. Уравнение допускает три типа решений, в
зависимости от того, принимает ли коэффициент кривизны значения — 1,0 или +1[182]. О фальсификации релятивистской космологии можно было бы
говорить в том случае, если бы кривая, построенная на основании данных
измерений излучаемой энергии и соответствующего красного смещения, оказалась бы
несовместимой со всеми этими тремя типами решений.

На самом деле пока еще не представляется возможным собрать
данные, необходимые для подобной фальсификации, учитывая современное состояние
телескопической техники; но в данном случае это не имеет существенного
значения. Гораздо более важно другое: уравнение выражает доступное проверке
отношение между излучаемой энергией и красным смещением лишь в том случае, если
принимается постулат, утверждающий, что либо галактики излучают всегда одно и
то же количество энергии, либо что это излучение может изменяться с течением
времени, но одинаковым образом для всех галактик[183]. Но такой постулат есть не что иное, как частный случай
космологического принципа, в соответствии с которым во вселенной — во всех ее
частях — наличествуют одни и те же условия.

Допустим, что прогресс телескопической техники приблизился к
такому уровню, когда необходимые данные могли бы быть получены и на их основе
построена функциональная зависимость, опровергающая релятивистскую космологию.
Тогда мы могли бы поставить под сомнение это опровержение, оспаривая постулат,
лежащий в основе проведенной фальсификации. Можно допустить, что таким образом
мы пришли бы к выводу, что теория не опровергнута полученными данными. Если же
мы все-таки соглашаемся с опровержением, то есть принимаем данный постулат, то
мы должны согласиться именно с тем аспектом понятийного каркаса теории, для
которого имеется меньше всего рациональных оснований. Космологический принцип
получил бы сверхширокое толкование, если бы наше представление о том, что все
галактики ведут себя одинаково, зиждилось на вере в однородность вселенной. Но
независимо от того, с чем пришлось бы согласиться в таком случае, ясно одно:
принятие опровержения или даже самой возможности опровержения всегда зависит от
нашего отношения к тому общему принципу, который уже сыграл решающую роль при
формулировании теории. А это означает, что «начало» теории нельзя
отделить от ее «конца» — они неразрывно связаны друг с другом. Quod
erat demonstrandum[184]. Таким образом, попперовский строгий критерий демаркации
научного и ненаучного не может быть соблюден, поскольку этот критерий опирается
на неоправданную уверенность в том, что всегда можно разделить эмпирически
фальсифицируемое и эмпирически нефальсифицируемое.

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ