След, прото-след :: vuzlib.su

След, прото-след :: vuzlib.su

61
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


След, прото-след

.

След, прото-след

Общая форма неналичия, находящая свое выраже­ние в такого
рода множественной соотнесенности всего со всем, при которой задача определения
того, что именно с чем соотнесено, стано­вится неразрешимой. След (тем более
самостирающийся) — главная фор­ма неналичия, и потому понятно, что устранение,
редукция следа — об­щая тема метафизики. В рамках той картины (мира), которую
предлагает нам Деррида, нет ничего наличного — простого, полного, «здесь и
те­перь» доступного, самотождественного и самодостаточного. Деррида
нагружает след полным набором взаимно противоречивых предикатов: след не
наличествует и не отсутствует; он и наличествует, и отсутствует; он столь же
(весьма двусмысленное уточнение) наличествует, сколь и отсутствует. След равно
относится и к природе, и к культуре. Он пред­шествует всякой мысли о сущем и
неуловим в простоте настоящего, на­личного, тождественного. Движение являет и
скрывает след: он неуло­вим в простоте настоящего. Но по сути след есть
удержание другого внутри тождественного, и потому нам необходимо вырвать след
из клас­сической схемы мысли.

Чтобы понять, что такое след (и прото-след), попробуем в
порядке эксперимента встать на иную — не привычную и не «наивную» —
точку зрения. Попробуем увидеть предметы не готовыми и ставшими, а толь­ко
становящимися, а сами пространственно-временные координаты, в которых нам так
или иначе даются все предметы, — не заранее заданны­ми, а тоже лишь
складывающими в процессе восприятия. Тогда, пожалуй, станет немного яснее, как
в бесконечном переплетении элементов, фрагментов, частей, узлов и сочетаний
(живого и неживого, природно­го и культурного, физического и психического)
искомый смысл отсту­пает и дается лишь как след (бывшего или не бывшего), но и
след ухо­дит куда-то в бесконечность, обрекая любой поиск первоначала на
неудачу

Возможны различные конкретные формы следа. След может быть
«мо­тивированным» (например, психический отпечаток внешнего впечатле­ния),
«условно мотивированным» (например, слово «стол» при отсут­ствии
стола, который я только что видел, а сейчас не вижу). Но могут быть и следы с
утерянной мотивацией: это усложненные цепочки сле­дов, неизвестно к чему
относящихся. Наконец, можно вообразить и во­обще не мотивированный след.
Назовем его прото-следом: в этом слу­чае абсолютная первичность следа заведомо
исключает возможность первичности чего бы то ни было другого (именно след вечно
первичен) и тем самым стирает след (который не может быть первичным и само­достаточным).

Вопрос о следе у Деррида свидетельствует об огромном влиянии
пси­хоанализа: главное здесь — такие понятия Фрейда, как
«последействие» (Nachtraglichkeit), «пролагание путей»
(Bahnung). Следы памяти и «про­ложенные следы» в работе психики часто
оказываются аффективно на­груженными (см. в книге цитату из Мелани Кляйн как
иллюстрацию пси­хологической нагрузки опыта письма и чтения в культуре и в
жизни индивида).

Помимо Фрейда другими предшественниками мысли Деррида о сле­дах
были, по его собственному признанию, Ницше, Хайдеггер, Гус­серль, Левинас,
биологи, психологи, причем каждый подчеркивал в следе — свое. Особенно важной
здесь оказывается феноменологическая концепция внутреннего восприятия времени:
время как бы растянуто между прошлым и будущим — в опыте «удержания»
прошлого и «пред­восхищения» будущего. Однако феноменологическая
установка ока­зывается бессильной перед следом. Она полагается на дословесные
ин­туиции и не улавливает, например, того бессознательного (или
пред-сознательного) опыта, который Фрейд закрепил в понятии «по­следействия»:
смысл любого опыта не дан человеку прямо, он строит­ся не в настоящем, а в
будущем, обращенном в прошедшее, он развер­тывается постепенно, на других
«сценах»; но в любом случае для того, чтобы этот сложный, как бы
заторможенный, но, по сути, очень труд­ный и интенсивный процесс мог
происходить, требуется, чтобы следы опыта надежно сохранялись.

Помочь нам разобраться со следом может знак — эта пятая
колонна в метафизике — то, что, всецело принадлежа метафизике, позволяет нам ее
деконструировать. В каком-то смысле след — это знак в динамике. И ес­ли вначале
был знак (а не вещь, не референт, не интуиция), то это лиш­ний раз показывает,
что вначале был след. Однако помимо явных сле­дов — словесного знака,
замещающего вещь в ее отсутствие, или письма как нацарапанного следа речи, есть
и другой след, о котором уже упо­миналось, — Деррида называет его прото-следом.
Это конструкт, артефакт, указание на то, чего вообще не было в вещной форме:
это общий прин­цип артикулированности и расчлененности, на основе которого
только и могут далее появляться тождества и различия, наличия и неналичия.
Таким образом, если ранее мы представляли себе хотя бы какое-то на­чало (начало
начал), до которого простирается пустота, преодолеваемая усилиями
креационистских теологий, то теперь о началах не может быть и речи. Нет ни
хороших, ни плохих начал — ни начала как акта творе­ния, ни пришествия зла в
нечто неизбывно благое (и это уже показыва­ет нам стержень спора Деррида с
Руссо и его теорией возникновения язы­ка и письма).

Напомним, что конкретных примеров следа на страницах этой
кни­ги — множество: так, это и общий рельеф местности, и поломанная те­леграфная
линия (в главах о Леви-Строссе), и борозда, оставляемая плу­гом на пашне, и
бустрофедон (тип вспашки, похожий на способ письма: доходя до края поля или
страницы, мы поворачиваем вспять). Все эти следы прочерчивают, артикулируют
пространство и время человеческой жизни и становятся средствами их постижения.

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ