Рост массового дохода :: vuzlib.su

Рост массового дохода :: vuzlib.su

49
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


Рост массового дохода

Этот 60-процентный рост производства всего лишь за полтора года в
значительной мере явился результатом роста дохода широких народных масс.
Повышение жалования чи­новникам и служащим проходило наряду с повышением за­работной
платы рабочим, увеличением пенсий и разных вы­плат по компенсации убытков и
потерь. Малая налоговая реформа от 24 июля 1953 года принесла в дальнейшем
уменьшение тарифов на 15%.

При падающих ценах рынок реагирует особенно чувст­вительно. В этот период,
впервые за два десятка лет, удалось осуществить переход к количественной
конъюнктуре. Потре­бительский спрос выражался не только в росте покупок обычных
товаров широкого потребления. В основном увели­чивался спрос на «долговечные»
хозяйственные товары. Стремление к более высокому уровню жизни, выражавшееся,
между прочим, и в росте туризма, обретало под собой все более реальную почву.

Каков же был баланс этого «послекорейского периода» для западногерманского
населения?

Между концом 1951 и серединой 1954 года число лиц, имеющих постоянную
работу, увеличилось почти на два миллиона. Одновременно число безработных
снизилось с 1,214 млн. в момент сезонного затишья в октябре 1951 года до
820.000 в октябре 1954 года. Валовая недельная заработ­ная плата промышленных
рабочих поднялась с 68,52 н. м. (средняя цифра 1951 года) до 74,00 н. м. в
следующем году и до 80,99 н. м. в 1954 году.

В то время, как в результате корейского конфликта ин­декс стоимости жизни
(средняя потребительская группа 1938 года = 100) вырос в 1951 году, в сравнении
с предыду­щим годом, на 7,7%, впоследствии вновь наступило отрад­ное
успокоение. Правда, в 1952 году индекс поднялся еще на 1,8%, но в 1953 году он
снова упал на 1,8%. Но за этими средними цифрами скрывается весьма интересное и
диффе­ренцированное развитие. Так, например, индекс цен на одеж­ду с 111 в 1951
году упал до 98 в 1953 году и до 97 в 1954 году.

Выше я упоминал уже о том, что в области капитало­вложений в секторе средств
производства наметилась сдер­живающая тенденция. Это объясняется тем, что
желание проводить рационализацию отодвинуло на задний план стремление к
наращиванию производственной мощности. Предпринимательская инициатива
тормозилась также неус­тойчивой политической ситуацией, неизвестностью о буду­щем
Европейского объединения угля и стали и Европейского оборонительного
сообщества. Зато инвестиционная помощь пришлась кстати сектору средств
производства, равно как предыдущий рост цен улучшил возможности самофинанси­рования
добывающей промышленности. Цены на уголь под­нялись с 1950 по 1953 год от 32.92
н. м. до 52.08 н. м. за тонну (без транспортных расходов). Цены на полосовую
сталь — с 227.35 н. м. до 400.62 за тонну.

В этом росте цен отразилась необходимость освободить добывающую
промышленность от пут насильственного го­сударственного управления и дать ей
возможность устанав­ливать цены, соответствующие рыночному спросу.

Строительная деятельность 1952-53 годов также значи­тельно способствовала
общему хозяйственному подъему. Это было результатом первого дополнения к закону
о строи­тельстве жилых домов, предусматривавшего облегченные возможности
финансирования. Количество новых квартир за период 1953-54 годов выросло с
443000 до 518000. Инте­ресно заметить, что в середине 1953 года 10% общего
числа рабочих и служащих были заняты в строительной промыш­ленности.

В эти годы строительный сектор в возрастающем объеме справляется с задачей
предоставления нормальной жилпло­щади миллионам беженцев и пострадавших от
бомбардиро­вок. Количество построенных квартир поднялось с 215000 в 1949 году
до 441000 в 1951 году. С 1953 года квартирный прирост выражается ежегодно в
более, чем полумиллионе квартир. За последние три года было отстроено ежегодно
540000 новых квартир. Для сравнения можно упомянуть, что в 1929 году было
отстроено 197000 квартир. Финанси­рование квартирного строительства после 1954
года выра­жается ежегодно в суммах от 9 до 11 млрд. н. м., при этом около 30%
средств поступает от государства, земель, мест­ных самоуправлений и т. п., а
40-50% дает рынок капиталов.

Картина цветущего, растущего хозяйства нашла отра­жение и в цифрах внешней
торговли. В то время, как им­портно-экспортный баланс еще в 1949 и 1950 годах
казался «неизлечимо» пассивным, достигая суммы в 3 млрд. н. м., пассивное
сальдо 1951 года резко упало до 149 млн. н. м. А в 1952 году удался переход к
«активному» сальдо, при излишке товарного торгового баланса в 705,9 млн. н. м.

Так началась продолжительная фаза активизации, ко­торая в последние месяцы
дала повод к преисполненным оза­боченностью дискуссиям «в противоположном
направлении». В 1953 году активное сальдо достигло 2,5 млрд. н. м. При этом
активизация никоим образом не была результатом тор­можения импорта. Ввоз даже
значительно возрос, — с 11,37 млрд. н. м. в 1950 году до 14,7 млрд. н. м. в
1951 году и до 16,2 млрд. н. м. в 1952 году. Лишь в 1953 году уровень им­порта
не изменился. В 1954 году он снова возрос до 19,3 и в 1955 до 24,47 млрд. н. м.
В 1956 году импорт достиг 27,96 млрд. н. м. Эта ситуация породила проблему,
которая ста­новится все более серьезной и которой должны были занять­ся
экономисты: повышение ликвидности в результате этих излишков торгового баланса,
этого постоянного активного сальдо. Тот факт, что проявляющаяся здесь столь
очевидно проблематика этого вопроса за истекшее время почти не осознана во всем
ее значении, следует приписать главным образом нейтрализующему влиянию
оставления в бездейст­вии денежных сумм, представляющих собой кассовые излиш­ки
государственных и коммунальных учреждений; это изъ­ятие из оборота финансовых
излишков представляет собой тезаврирование, которое по своему объему и по своей
дли­тельности едва ли имеет примеры в прошлом.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ