Постскриптум :: vuzlib.su

Постскриптум :: vuzlib.su

18
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


Постскриптум

Покинув
Италию, представители Савойского дома, и до того жившие отчужденно, оказались
разделенными континентами и странами. Они и угасали один за другим в разных
местах. Виктор Эммануил III почил в Александрии (Египет), где его прах
находится в церкви Святой Катерины. Жена Елена похоронена в Монпелье, во
Франции, Умберто Н, «майский король», — в Откомб (Савойя).

Наследник
его, Виктор Эммануил (род, в 1937 г.), которому его сторонники прибавили
королевский номер IV, живет в Швейцарии вместе с женой Мариной Дориа из
старинного рода и сыном Эммануилом Филибертом (род. в 1972 г.). В.1978 г. Виктор Эммануил во время ссоры на острове Кавалло тяжело ранил молодого немца
Дирка Хаммера. Он также стрелял в Николу Пепле, бывшего мужа знаменитой
итальянской киноактрисы Стефании Сандрелли. Виктору Эммануилу пришлось
некоторое время отсидеть в тюрьме Аяччо и выплатить большое вознаграждение.

Другая ветвь
Савойского дома — д»Аоста — сохраняет право жить в Италии. Как и в добрые
старые времена, обе части «дома» не выносят друг друга. Ветвь д»Аоста
считает, что законным претендентом на престол может считаться только их
представитель. Наиболее авторитетен среди них Амедео, винодел *. Одному из вин
он присвоил имя «Савойя» Виктор Эммануил IV увидел в том покушение на
свой престиж и в одном из интервью пригрозил присвоить «кое-чье» имя
своему свиноводческому хозяйству (обмен королевскими любезностями).

*
Mack Smith D. Ор. cit. Р. 441.

В Италии у
них два лагеря — миланские монархисты стоят за Виктора Эммануила, римские — за
Амедео. Римские сторонники утверждают, что королевская ветвь
«савойцев» «выродилась», отличается низкими
интеллектуальными качествами. Миланцы напоминают о финансовых скандалах с
валютными операциями, в которых обвиняется хитроумный представитель д»Аоста.

Раздоры в
некогда могущественной семье оставались бы деталями светской хроники, если бы в
начале 1990 г. Виктор Эммануил не начал ходатайствовать о возвращении праха
предков на родину. Причем не в Турин, а в Рим, в Пантеон. Спор о роли
Савойского дома в истории Италии тем самым стал неожиданно актуальным.
Заявление премьер-министра Джулио Андреотти в феврале 1990 г., допускавшего такую возможность, подлило масла в огонь. Левые партии напомнили о позорном
сожительстве монархии с фашизмом, бегстве короля из Рима, непризнании
«савойцами» республики, о конституционном запрете на их возвращение.
Бывший мэр Рима Джулио Аргон увидел в инициативе возвращения праха предков не
просто ностальгию по родине («Я желаю вернуться в Италию, и это желание
всесжигающе», — заявил Виктор Эммануил), а политическую операцию.

* Амедео
a»Aocta был женат на дочери графа Парижского Клод Французской (развелся в 1975 г.) и имеет двух дочерей. Примеч. сост.

Ведь
«савойцы» ставят вопрос не вообще о возвращении праха предков в
родные пенаты, а о захоронении его в Пантеоне, рядом с Виктором Эммануилом II и
Умберто I. Им нужна реабилитация в историческом плане Савойской монархии,
вписавшей вместе с Виктором Эммануилом III и Умберто II не лучшие страницы в
современную историю. Иначе отчего бы они настаивали на захоронении в Пантеоне,
а не в традиционной усыпальнице семьи в Турине, в той самой базилике Суперга, с
которой мы начинали рассказ?

Причем
наследник ставит вопрос и о своем собственном возвращении, а также возможности
для его сына получить образование в Италии по военной линии, продолжая традиции
семьи. В письме на имя президента Итальянской Республики Франческо Коссиги в
начале 1989 г. Виктор Эммануил выразил готовность «примириться с
республикой и поклониться Италии, нашей общей матери» **, тогда как за три
года до этого он подчеркивал, что не «поступится ни одним из династических
прав» ***.

Сторонники
монархии особенно активизировались в последние годы. В 1993 г. в бывшем королевском замке Раккониджи (в 1980 г. он стал государственной собственностью) был
установлен памятник «майскому королю» Умберто II, который здесь
родился.

В Пантеоне
почти бессменно несут дежурство аристократы-монархисты, в том числе и
находящиеся в родстве с Домом Савойи, собирая подписи под требованием перенести
сюда прах Умберто II. Участилось издание исследований по истории Савойской
монархии, а осенью 1994 г. в Раккониджи состоялась двухдневная конференция на
тему «Дом Савойи и Италия XX века». Крупнейшие специалисты вели
дискуссию о роли монархии в Италии, по большей части склоняясь к весьма
критичным суждениям. Вместе с тем они не могли найти веских аргументов для
объяснения достаточно широкой популярности идеи монархии в народных массах, что
выразилось в 10 млн голосов, поданных за ее сохранение во время референдума 2
июня 1946 г. Вспоминали, что Луиджи Эйнауди, первый президент республиканской
Италии, парадоксальным образом высказывался в пользу монархии, находя в ней
элемент преемственности и национального единства в эпоху, когда все ценности
были поставлены под вопрос. Умеренно-либеральные круги подчеркивают
«левизну» Умберто Н и роль Марии Жозе в поисках выхода Италии из
войны. Правые круги увидели ободряющий знак в результатах выборов в марте 1994 г., которые привели к победе правой коалиции во главе с Сильвио Берлускони. Он впервые включил в
правительство монархе-фашистов, объединившихся в Национальный Альянс.
«Результаты этих выборов означают, что наши шансы стали намного
серьезнее», — заявил Виктор Эммануил корреспондентам из своего
швейцарского убежища. Однако правительство Берлускони ушло в отставку.

Конечно,
вопрос об оценке роли Савойской монархии требует всестороннего и объективного
исследования. Почти полвека, минувших с тех пор, как видно из реакции в Италии,
не внесли достаточного успокоения. Возможно, есть резоны и в том, чтобы найти
какие-то формы «примирения». Для этого потребуются, по всей
вероятности, совместные усилия историков, политологов, политиков. Тем не менее
возникает ряд вопросов.

Какую роль
сыграла Савойская династия в важнейшем процессе становления итальянского
государства? Какие особенности весьма своеобразной конституционности этой
монархии способствовали национальному объединению, выражению интересов
деятельных слоев населения, развитию демократических процессов, их сочетанию с
развитием экономики страны? Ведь не секрет, что находившиеся под властью
Бурбонов южные районы Италии оказались на столь запоздалой стадии развития, что
это до сих пор сказывается на общественно-политическом прогрессе Италии.
Исторический разрыв между Севером и Югом ведь как-то связан с формами развития
разных частей Италии?

Конечно,
конституционная монархия создавала определенные рамки для развития буржуазной
Италии в течение многих десятилетий. И в то же время, находясь на реакционных,
консервативных позициях, савойские монархи и их окружение тормозили ряд
социальнополитических процессов. Союз с фашизмом был наиболее симптоматичным
проявлением этого. Вот почему Италия, сбросив фашистские одежды, в поисках
конституционного консенсуса ликвидировала и монархию, стремясь найти более
современные формы республиканского правления.

На
заключительном этапе этот по существу отмирающий институт итальянской
государственной жизни при всех колебаниях и проявлениях малодушия последних
королей тем не менее помог умертвить и фашизм, отстранить Муссолини. Уйдя после
референдума и победы республиканцев с политической арены, Савойская монархия,
по сути дела, не предприняла серьезных попыток помешать переходу Италии к
новым, демократическим формам правления.

**
L»Unuta, 19.111.1989.

***
La Repubblica, 23.VIII.1986.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ