3.1. Общая характеристика социальных регуляторов поведения :: vuzlib.su

3.1. Общая характеристика социальных регуляторов поведения :: vuzlib.su

17
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


3.1. Общая характеристика социальных
регуляторов поведения

.

3.1. Общая характеристика социальных регуляторов
поведения

Исследование регулятора взаимодействия индивидов
(рассмотренное в предшествующей главе) ставит новую проблему: почему в своем
поведении россияне (и государственные служащие в том числе) ориентированы на
иерархическое взаимодействие. Для этого необходим анализ поведения российских
индивидов. Поведение обычно рассматривается с позиций философии,
психологии, социологии и ряда других наук. В этой связи необходимо обозначить
специфику социологического подхода.

Философский подход при исследовании типичного поведения
индивидов и социальных групп предполагает обращение к таким понятиям, как
«ментальность», «национальный характер» и т.п. Однако, по мнению М. Вебера,
«всякие попытки сослаться на «национальный характер» … означают лишь признание
своего непонимания сути явления». Несмотря на это утверждение, именно М. Вебер
создал теорию социального действия и успешно использовал ее как инструмент
социологического анализа для изучения такого феномена как «капиталистический»,
«протестантский» характер. Изучение ментальности, российского характера не
приблизит данное исследование к пониманию проблемы, обозначенной в начале этой
главы. Для решения этой проблемы необходим анализ российских поведенческих
черт.

Психологический подход (и его разновидность
социально-психологический) направлен на изучение набора определенных
поведенческих черт, свойственных значительной части индивидов, составляющих
изучаемый социум. Анализ этих поведенческих черт предполагает изучение
механизмов их функционирования, обусловленных влиянием лежащих в их основе
динамических стереотипов. Данный подход способен объяснить механизм
формирования и функционирования стереотипов (поведенческих черт)
у отдельных индивидов и дает возможность описать групповое поведение под
влиянием этих стереотипов. Однако психологический подход имеет свои ограничения.
Он показывает механизм возникновения стереотипов (поведенческих черт) у
отдельных индивидов, но не рассматривает социальные факторы, влияющие на работу
этого механизма. В свою очередь, социально-психологический анализ дает
характеристику функционирования группы под действием стереотипов, но не
объясняет причины социальной изменчивости этих стереотипов. Между тем,
поведенческие черты, типичные для индивидов определенного социума, достаточно
изменчивы. На протяжении существования и развития российского социума отдельные
типичные черты характера индивидов могли утрачиваться, забываться, терять свою
актуальность, а другие, напротив, приобретаться. Вместе с тем, отдельные черты,
в связи с требованием условий обстоятельств и среды, могли становиться
главными, а другие – отступать на арьерсцену. Однако при этом сохранялся некий
основной социальный стержень, который не просматривается через множество
поведенческих стереотипов.

Для исследования этого социального стержня философский подход
не может быть использован, т.к. он дает общее абстрактное описание. Вместе с
тем, ограничен и психологический подход, отличающийся чрезмерной детализацией и
конкретизацией.

Наиболее адекватным подходом для решения поставленной
проблемы является социологический подход, основанный на теории социального
действия, при котором рассматривается функционирование социальных регуляторов,
настраивающих и ориентирующих индивидов на определенное поведение. Данные
социальные регуляторы поведения – это наиболее распространенные динамические
стереотипы. Но влияние регулятора на индивида отличается от влияния стереотипа.
Стереотип бессознательно направляет индивида на совершение определенных
действий. Регулятор же выступает для индивида ориентиром, на который он осознанно
(рационально или аттрактивно) настраивает свои действия. Соответственно,
поведение значительной части людей выступает для отдельного индивида как
ориентир «правильного» действия. Индивид может вести себя стереотипично в среде
людей, осуществляющих такие же стереотипы, как и он, и его действие станет
социальным, если он будет осознанно соотносить свое поведение с другими людьми.
Если же он будет вести себя бессознательно, то такое поведение – несоциальное
и оно является объектом изучения психологии. Стереотипы
отдельного индивида могут не соответствовать образу действия других людей, в
этом случае поведение человека будет социальным, если он сознательно будет
соотносить свои действия с действиями других (при этом необязательно следовать
стереотипам окружающих, но обязательно их осознавать и на них ориентироваться)
или осознанно формировать у себя стереотипы поведения, свойственные окружающим
его людям.

В целом,
психологический стереотип поведения – это бессознательные действия индивида по
устоявшемуся алгоритму. Социальный регулятор поведения – это осознаваемый
(рационально или аттрактивно) индивидом ориентир, согласуясь с которым он
осуществляет свое действие. Поэтому для решения поставленной выше проблемы
необходимо обнаружить такие черты поведения, которые выполняют функцию
регуляторов социального действия. Соответственно, такие регуляторы могут быть
обнаружены только среди типичных поведенческих черт.

В данной главе рассматриваются социальные регуляторы
поведения государственных служащих. Эти регуляторы складываются
из следующих составляющих. Во-первых, государственный служащий как
российский индивид испытывает на себе влияние общих поведенческих регуляторов,
настраивающих поведение любого российского индивида. Во-вторых, условия и
характер профессиональной деятельности также выступают в качестве социального
регулятора, определяющего поведение государственных служащих. Поэтому
необходимо рассмотреть и проанализировать причины возникновения и способ
функционирования поведенческих регуляторов российских индивидов; а также
специфику профессионального поведения государственных служащих как результат
влияния – и профессиональных требований, и типичных для российских индивидов
регуляторов поведения.

Типичные поведенческие черты индивидов, по
утверждению Л.Н. Гумилева, определяются комплексом этнических стереотипов,
который формируется в человеческом сообществе в результате типично
повторяющегося образа действия, сложившегося в условиях взаимодействия человека
с биосферой в определенном ареале, т.е. причиной появления этих стереотипов
является однотипная хозяйственная деятельность: «… этносы всегда связаны с
природными условиями через активную хозяйственную деятельность.

Последнее проявляется в двух направлениях: приспособления себя к ландшафту
и ландшафта к себе». Такой подход впервые обозначен К. Марксом
в «Экономических рукописях 1857 – 1861 гг.» и ряде других работ:
«…от различных (климатических, географических, физических и т.д.) условий, а
также от природных задатков людей (их племенного характера) будет зависеть, в
какой степени эта первоначальная общность будет изменена».

Взаимодействуя с природой, живые существа вырабатывают
механизмы адаптации к внешним условиям. Если животные адаптируются к среде
морфологически, изменяя формы своего тела, то этнос приспосабливается за счет
выработки адаптивных способов деятельности, оказывающих влияние на окружающую
среду.

Способ хозяйственной деятельности, возникнув и закрепившись
как набор трудовых процедур, формирует у индивидов поведенческие стереотипы,
необходимые для осуществления этих трудовых процедур. Это – психологические
стереотипы, т.е. стереотипы отдельных индивидов, бессознательно направляющие их
действия. Но психологические стереотипы могут приобрести качество социального
действия. Это происходит в том случае, когда стереотип поведения индивидов
становится основой их взаимодействия, как отмечал М. Вебер, «поведение
индивидов соотносится по своему смыслу друг с другом».

Со временем первоначальная форма хозяйственной деятельности
может потерять определяющую роль для этноса и быть сведенной к минимуму
или исчезнуть. Однако сформировавшиеся на ее основе стереотипы, которые
приобрели качество регуляторов социального действия, будут перенесены на
другие, вновь возникшие виды деятельности. В этих стереотипах, ставших
алгоритмами социального действия, проявляется неповторимость каждого этноса.

Из изложенных выше положений М. Вебера, Л.Н. Гумилева,
К. Маркса следует логический вывод: национальную поведенческую специфику
индивида можно характеризовать, по меньшей мере, в двух аспектах – как
этническую и социальную. В этой связи этнический индивид (следуя подходу Л.Н.
Гумилева) – человек, действия которого предопределены сложившимися, типичными
для большинства представителей этноса стереотипами поведения. Поэтому действия
этнического индивида могут быть охарактеризованы как традиционные. В этом
случае поведение этнического индивида (в соответствии с логикой М. Вебера) –
предмет исследования психологии.

С другой стороны, социальный индивид понимается как индивид,
действия которого настраиваются под влиянием регуляторов социума (в этом
случае его действия – это социальные действия). Главное отличие социального
индивида от этнического состоит в том, что этнический индивид бессознательно
следует сложившимся у него стереотипам поведения. Социальный индивид соотносит
свое поведение с поведением других людей и сознательно следует (или сознательно
не следует) принятому способу действия в социуме (при этом такое поведение
может совпадать или не совпадать с комплексом стереотипов, имеющихся
у индивида). Главное в поведении социального индивида – то, что
он ориентируется на способ действия социума. Поведение именно социального
индивида является предметом анализа данной работы.

На основании вышеизложенного определим основные характерные
особенности социального действия «российского социального индивида»:

во-первых, это такой индивид, который строит свое
взаимодействие с другими индивидами, соотнося свое поведение
с определенным набором типичных поведенческих черт, свойственных окружающим
его людям (российским индивидам); при этом для характеристики отдельного
социального индивида несущественно, является ли набор этих поведенческих черт
стереотипами данного индивида или нет;

во-вторых, это индивид, ориентированный на иерархическую
структуру взаимодействия с другими индивидами;

в-третьих, следует духу норм и ценностей, составляющих
этический фундамент социума.

Необходимо особо подчеркнуть, что в социальном определении
(в отличие от психологического, этнологического и других определений) национальной
поведенческой специфики индивида главный акцент делается на способы ориентации
и ожиданий индивидов в процессе взаимодействия. Поэтому для социальной
дефиниции иные детерминирующие индикаторы (например
происхождение, язык, вероисповедание, гражданство индивида и т.п.),
свойственные другим научным дисциплинам (правовым, этнологическим,
психологическим и т.д.), являются несущественными. В этом смысле
россиянами могут быть названы представители любой национальности России, а
также российские эмигранты, иностранцы, которым свойственна ориентация
на названные выше характерные особенности.

В этой связи, во-первых, необходимо эмпирически определить
этот набор поведенческих черт россиян, во-вторых, с помощью анализа выявить в
этом наборе регуляторы социального действия и, в-третьих, дать теоретическую
интерпретацию функционирования этих регуляторов. Набор поведенческих черт
российского характера достаточно велик. Описанию российского характера
посвящены многие научные работы, публицистическая и другая литература. Ввиду
актуальности и многоплановости разработка данной проблемы продолжается. С
одной стороны, российский характер достаточно известен и описан, а с другой, –
часто говорят о «загадке русской души», особенно представители других культур,
когда сталкиваются с непониманием особенностей российского поведения.

Для выяснения причин непонимания иностранцами типичных черт
российского характера в 1997 – 2000 гг. автором проведено социологическое
исследование. В его основу положен метод контент-анализа высказываний
иностранцев на страницах периодической печати о чертах российского
характера. В результате исследований были выделены группы суждений иностранцев
о поведенческих качествах россиян, которые зафиксированы в
табл. 6.

Таблица 6

Качества характера россиян по оценке
иностранцев

ВЗАИМОИСКЛЮЧАЮЩИЕ КАЧЕСТВА

«антитезис»

«тезис»

ЧАСТОТА ПРИЗНАКА, в %

низкая

высокая

Пунктуальность

1,1

10,1

неточность во времени

Технологичес­кий педантизм

0,6

9,5

не следование тех­нологической дис­циплине, технологи­ческому
регламенту

Отказ выпол­нять задачу, при отсутствии необходимых
средств

2,1

9,2

выполнение пору­ченной задачи, нес­мотря на отсутствие
необходимых средств

Лень

13,5

11,1

Эмоциональность, энтузиазм, увлечен­ность в процессе
деятельности

Нейтральность (как отсутствие приветливости),
неконтактность с незнакомыми людьми

9,7

11,3

доброжелательность, открытость, увле­ченность процессом
общения

Зависть

11,6

9,9

готовность оказать помощь

другие качества

0,3

ВСЕГО

4,1

95,9

100

Как видно из таблицы, по мнению иностранцев, россиянам свойственны
такие поведенческие качества, как неточность во времени; игнорирование
технологической дисциплины и регламента; выполнение порученной задачи даже при
отсутствии необходимых средств и ресурсов; эмоциональность, энтузиазм,
увлеченность в работе; доброжелательность, и открытость; готовность оказать
помощь.

Материалы социологических исследований
кафедры «Государственная служба и кадровая политика» РАГС фиксируют
и у российских государственных служащих аналогичные черты характера, так,
например, умение рационально организовать свое время для 50,2 % служащих не
характерно, на это указывают и эксперты (руководители федеральных и
региональных ведомств), отмечая, что данное качество для 59,7 % служащих либо
не очень свойственно, либо не свойственно вообще.
Изучение
взаимоотношений показывает характер коммуникации государственных служащих: 36 %
свойственно наличие дружеской взаимопомощи и поддержки в организациях, 48,6 % –
нейтральные отношения. И только у 7,5 % респондентов имеются социальные
конфликты.

На основании изложенного весь
комплекс качеств россиян может быть объединен в две основные группы:

особенности поведения россиян: неточность во времени;
неследование технологической дисциплине, технологическому регламенту;
выполнение порученной задачи, несмотря на отсутствие всех необходимых средств;
эмоциональность, энтузиазм, увлеченность в период стремления к цели;

особенности взаимодействия, общения, обнаруживаемые
в полярных качествах от доброжелательности, открытости, готовности оказать
помощь до недоброжелательности, суровости, закрытости, зависти.

Источники выделенных качеств следует
искать, опираясь на концепцию Л.Н. Гумилева, в древней истории нашего
народа, в первоначальной хозяйственной деятельности, которая и
сформировала определенный этнический стереотип. Специфика хозяйственной
деятельности и древних славян, и в дальнейшем русских крестьян имеет ряд общих
черт, которые вместе со способом хозяйственной деятельности были переданы
соседям – этносам уральским, тюркским и другим, составившим к настоящему
времени единство, именуемое российским народом. Главные из этих черт
определяются особенностями земледелия.

Восточные славяне исторически оказались в климатической
зоне, которая определяла относительно короткий (по сравнению с условиями
Центральной и Западной Европы) период проведения земледельческих работ, тем
самым вегетативный период занимал неполные летние месяцы. Таково первое условие
ландшафта.

Ареал, в котором стали проживать славяне, – лесостепная, а
чаще таежная полоса. Успешное ведение земледелия предполагало очистку земли от
леса. Это – второе условие.

Просторы Восточной Европы не были густо заселены, здесь
практически не было опасных агрессивных соседей. А появление таковых нередко
являлось дополнительным стимулом для продвижения наших предков в лесные
необжитые регионы. В этом заключается третье условие.

Непроходимость леса и тайги выступала естественной защитой
славянских общин от возможного нашествия враждебных соседей или предприимчивых
собирателей дани. Лес не пропускал легионеров цивилизованных государств и
конницу степных кочевников. Единственным средством коммуникации выступали русла
рек, которыми c VIII в. стали пользоваться варяги-русы,
давшие восточным славянам «наряд», политический строй и свое имя – «русские».

Таким образом, восточно-европейский ландшафт (короткое лето,
непроходимый лес и безграничное пространство) стал предпосылкой подсечного
земледелия как основного способа хозяйственной деятельности восточных славян. В
дальнейшем этот способ был передан практически всем российским этносам.

Подсечное земледелие предполагало ряд процедур: выжигание
леса на площади, определенной для земледельческих работ; расчистку этой площади
и распашку; посев и далее выполнение процедур, связанных с выращиванием
агрокультур и сбором урожая. Как только начинал сходить снег, община выжигала
такую площадь леса, какую она могла освоить. Единственным фактором, который мог
ограничить территорию освоения, являлись физические возможности самой общины и
ее трудовые ресурсы. Широта просторов Восточной Европы не мешала осуществлению
такого способа хозяйственной деятельности.

Способ хозяйствования славян сформировал алгоритм
деятельности, который предполагал проявление высокой трудовой активности в вегетативный
период (пик активности приходился на лето) и снижение трудовой активности
зимой. В конечном итоге это привело к появлению такого стереотипа
поведения, как импульсивность
(в дальнейшем данный стереотип поведения утратил сезонный характер).

Специфика первоначальной хозяйственной деятельности, ставшая
предпосылкой русской импульсивности, оказала влияние на формирование
другой черты, характеризующей взаимодействие, взаимоотношение индивидов.
Природные условия Восточной Европы исключали возможность индивидуального
земледелия. Как следствие, они лишали индивида возможности существовать вне
общины. Необходим был коллективный характер деятельности, который требовал
выработки типичных механизмов взаимодействия, системы взаимосвязи между
индивидами, определенной внутренней структуры коллектива. Поэтому сформировался
стереотип взаимодействия – коллективизм – и стереотип мироощущения –
признание ценности коллектива.

Постепенно поведенческие стереотипы – импульсивность и
коллективизм – приобрели качество социального действия, т.е. стали
функционировать как социальные регуляторы, как ориентиры поведения индивидов в
различных профессиональных сферах.

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ