Разочарование в современности :: vuzlib.su

Разочарование в современности :: vuzlib.su

70
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


Разочарование в современности

.

Разочарование в современности

XIX век иногда именуют эрой торжества современности (13).
Доминирующими настроениями, особенно среди нарождавшей­ся преуспевавшей элиты,
были вера в разум, технику, науку и в эффективность капитализма,
способствующего постоянному про­грессу. Но весьма скоро стало очевидным, что
современность несет не только положительный, но и отрицательный, иногда крайне
трагический заряд (26). В XIX в. критика капиталистического индустриального
общества получила достаточно широкое распро­странение и была продолжена в XX
столетии.

Пожалуй, наиболее популярной темой, которую поднял Карл
Маркс, является «отчуждение» (320). Маркс полагал, что люди по своей природе
свободны, общительны и способны к созиданию. Но они лишаются этих естественных
свойств, если возникают определенные исторические условия, препятствующие
проявле­нию человеческой природы. Такие дегуманизирующие условия
воспроизводятся всеми классовыми обществами, в частности со­временным
капитализмом, который превращает большинство людей в зависимые,
эксплуатируемые, отчужденные частицы эко­номического механизма. Лишенный
контроля над своим трудом и его продуктом, рабочий становится отчужденным,
отделенным от работы, от окружающих людей и в конечном счете от самого себя.
Как подчеркивал Маркс, рабочий не утверждает себя в про­цессе труда, а
отрицает, чувствует себя несчастным, а не счастливым. Для него труд — это не
свободная игра физических и интел­лектуальных сил, а умерщвление плоти и
разрушение сознания (277; I, 533). Он не участвует в свободных кооперативных
ассо­циациях, а изолируется, отделяется от остальных людей и стано­вится
враждебным им. Таким образом, отчуждение равнозначно усилению социоцентрических
импульсов (тема эгоизма, атомиза-ции), отсутствию творчества (тема рутины,
монотонности труда), отказу от контроля над действиями (тема пассивности), от
само­стоятельности (тема фетишизма вещей, которые правят людьми). Природа
человека утрачивает свою сущность. Восстановить ее можно только в том случае,
если избавиться от отчуждения, а это требует переворота в порождающих его
социальных условиях и установления бесклассового коммунистического общества.

Впоследствии проблема отчуждения была подхвачена мно­гими
учеными, которые вышли в своих теориях далеко за пре­делы первоначального
смысла, вложенного в данное понятие Марксом.

1. Отчуждение было обнаружено не только в области труда, но
и в политике, культуре, образовании, религии, искусстве, от­дыхе, потреблении,
семье и многих других сферах. Мрачная кар­тина современного общества достигла
апогея у Эриха Фромма, который представил его просто «ненормальным» (136; 137;
138), и у Герберта Маркузе (266), рассматривавшего нынешнее обще­ство как
полный провал первоначального «проекта», как тупико­вую ветвь человеческой
истории.

2. Другое критическое направление, основывающееся на про­тивоположных
посылках, заложил Эмиль Дюркгейм, который ввел понятие «аномии» (250). Согласно
Дюркгейму, люди в своем ес­тественном состоянии — звери, эгоистичные твари,
готовые драть­ся за свои интересы, не обращая внимания на остальных. И толь­ко
тогда, когда они связаны культурными правилами, нормами и ценностями, можно
избежать войны всех против всех, достичь гармоничного социального
существования. Но при определен­ных исторических условиях культурные правила
теряют свою рег­ламентирующую силу. Тогда-то и наступает состояние аномии, т.е.
нормативной неурегулированности, или безнормативности, когда царят анархия или
социальный хаос и люди остаются без руководства, чувствуют себя оторванными от
корней, потерян­ными, впадают в разврат или прибегают к самоубийству. Совре­менное
общество способствует формированию условий для ано­мии. Концепция аномии имела
долгую и сложную историю. Роберт Мертон применил ее к частному случаю
диссоциации (раорванности, разрыва) в социальной структуре между заданными
культурой целями и реальными возможностями для их достиже­ния. Когда появляется
такой разрыв (по мнению Мертона, это относится к большим непривилегированным
группам в совре­менном американском обществе), тогда вступают в силу различ­ные
механизмы адаптации, в том числе разнообразные формы отклонения от нормы. Так
было положено начало развитию вли­ятельной ветви современной социологии —
социологии девиантного поведения и преступности (282; 285).

3. Следующая, быстро распространяющаяся критическая тра­диция
обязана своим происхождением тому, что называют «масс-культурой», или распадом,
разложением общности (общества). Она обращает внимание на социальные аспекты
дезинтегрирующего воздействия индустриализации, урбанизации и демократизации
как на макро-, так и на микроуровнях. Здесь просматривается аналогия с позицией
Фердинанда Тенниса, который противопо­ставлял Gesellschaft (современное
общество) и Gemeinschaft (тра­диционное общество). Сторонники данного
направления счита­ют, что в современном обществе люди утрачивают свою индиви­дуальную
идентичность и выступают как анонимные, механичес­кие объединения нанимателей,
клерков, избирателей, покупате­лей или зрителей. Виной тому — масштабы
современного обще­ства с его огромными рынками, аудиториями, публикой, электо­ратом,
организациями национального и даже наднационального характера. В таких условиях
уникальные групповые привязанности и индивидуальные различия затушевываются или
исчезают вовсе. Межличностные связи — территориальные, этнические, религи­озные
или классовые разрываются, индивиды становятся изоли­рованными, лишаются
корней. На личностном, психологическом уровне потеря сообщности приводит к
ухудшению качества жиз­ни, крушению надежд, росту страданий. На политическом
уров­не это означает, что люди подчиняются деперсонифицированной бюрократии и
правительству, превращаются в безликую, зависи­мую массу, которая подвергается
манипуляциям, давлению. Сле­довательно, возникает опасность авторитарного и
даже тотали­тарного режима. Кроме того, существует тенденция подмены от­сутствующих
социальных связей разного рода социальными дви­жениями. «Разобщенные люди
активно вмешиваются в полити­ческую жизнь, участвуют в массовых движениях,
которые обеща­ют, что они станут полноправными членами общества» (220; 60).
Данное направление считает главной задачей восстановление первичных групповых
связей, уз родства, нации, церкви и т.д.

4. Еще одно направление, которое сформировалось сравнительно
недавно, можно назвать экономическим. Оно заявило о себе тогда, когда в
индустриальном обществе «накопилось» до­статочно отрицательных последствий,
вызванных глобальными масштабами его деятельности. Скрытые дисфункции и малоза­метные,
неумышленные и непредусмотренные изменения, уси­ливаясь, перерастают в
настоящие бедствия. Наряду с зарожде­нием у населения экологического сознания,
появляются и разно­образные теоретические концепции. Многие авторы во главу
угла ставят истощение природных ресурсов, гибель окружающей сре­ды,
генетические аномалии человеческой популяции. Некоторые говорят о «пределах роста»,
выдвигают катастрофические сцена­рии будущего человечества (299). Другие,
настроенные более по­зитивно, пытаются уточнить условия «достаточного роста».
При­мечательно, что, хотя речь идет о судьбе общества, чаще всего эти проблемы
поднимают представители естественных наук, иног­да экономисты, и лишь изредка
социологи.

5. Другая традиция выбирает объектом своей критики нера­венство
и отсутствие равновесия в современном международном сообществе. Начало данной
традиции было положено ленинской теорией империализма, согласно которой логика
капиталисти­ческой системы с ее погоней за прибылью, дешевой рабочей си­лой и
сырьем, за расширение рынков сбыта неизбежно ведет к колониальной и
неоколониальной эксплуатации более слабых стран и регионов мира развитыми капиталистическими
цент­рами. Сторонники так называемых теорий зависимости (А.Гюнтер Франк, Е.
Кардозо) провозглашают неизбежное разделе­ние мира на основной, периферийный и
полупериферийный регионы (аналогично первому, второму и третьему миру) и под­черкивают,
что периферии с ее многочисленным населением уготована бедность. Более поздние
интерпретации оперируют понятиями «процветающий север» и «отсталый юг»,
усматривая в постоянно увеличивающемся разрыве между ними основной ис­точник
напряжения и конфликтов в будущем. (Мы обсудим эту тему более детально в гл.
6.)

6. Последнее, что вызывает критику современного общества,
связано с феноменом войны. При этом приводятся такие аргу­менты: по количеству,
размаху, жестокости и разрушительности войны нынешней эпохи превосходят все,
что было раньше. Толь­ко в XX в. потеряли свои жизни в войнах свыше 100
миллионов человек. Одна из причин такого положения дел заключается в быстром
развитии технологии военного производства, что, в свою очередь, является
следствием драматического характера техноло­гического прогресса вообще. Но,
пожалуй, еще более важную роль играют социальные изменения, которые порождает
индустриаль­но-урбанистическая система. Речь идет об острых конфликтах между
государствами из-за сфер экономического и политическо­го влияния, а также о той
присущей современной эпохе «рацио­нальной эффективности», которая предельно
обесценивает чело­веческую жизнь, игнорирует какие бы то ни было моральные со­ображения,
способные предотвратить массовую резню. Исходя из этой точки зрения, Зигмунт
Бауман предпринял недавно по­пытку социологической интерпретации полного
уничтожения (че­ловечества) (36). Угроза ядерной войны и возможность тотально­го
самоуничтожения человечества — последний аргумент против современности.

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ