Т. ГОББС :: vuzlib.su

Т. ГОББС :: vuzlib.su

167
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


Т. ГОББС

.

Т. ГОББС

4. Лишь благодаря именам мы способны к знанию, к которо­му
животные, лишенные преимущества использования имен, не способны. Да и человек,
не знающий употребления имен, не спо­собен к познанию. Ибо как животное, в силу
того, что ему неиз­вестны имена, обозначающие порядок,— один, два, три и т. д.,
т. е. те имена, которые мы называем числами, не замечает, когда не хватает
одного или двух из его многочисленных детенышей, так и человек, не повторяя
устно или мысленно имен чисел, не знал бы, сколько монет или других вещей лежит
перед ним.

5. Так как существует много представлений об одной и той же
вещи и так как мы даем особое имя каждому представлению, то отсюда следует, что
для одной и той же вещи мы имеем много имен, или атрибутов. Так, одного и того
же человека мы называ­ем справедливый, храбрый и т. п. соответственно различным
до­бродетелям, присущим ему, или же даем ему имена сильный, кра­сивый и т. п.
соответственно различным качествам его тела. С дру­гой стороны, так как мы
имеем одинаковые представления о разных вещах, то многие вещи по необходимости
должны иметь одно и то же название. Так, мы называем видимыми все вещи, которые
видим, и называем движущимися все вещи, которые видим в дви­жении. Те имена,
которые даются нами многим предметам, мы на­зываем общими им всем. Так, имя
человек относится ко всякому отдельному представителю человеческого рода. Имя
же, которое мы даем только одной вещи, мы называем индивидуальным, или
единичным, как, например, Сократ и другие собственные имена, для обозначения
которых мы иногда пользуемся методом косвенного описания. Так, имея в виду
Гомера, мы говорим: чело­век, который написал «Илиаду».

6. То обстоятельство, что одно имя может быть общим многим
вещам, привело к тому, что некоторые люди полагают, будто сами вещи
универсальны. Эти люди серьезно уверяют, что сверх Петра, Ивана и всех
остальных людей, которые существуют, существовали или будут существовать в
мире, есть еще нечто дру­гое, что мы называем человек или человек вообще.
Ошибка этих людей состоит в том, что они принимают универсальные, или все­общие,
имена за вещи, которые этими именами обозначают. И в самом деле, если кто-либо
предлагает художнику нарисовать человека или человека вообще, то он имеет в
виду лишь то, что художник волен выбрать того человека, которого он будет рисо­вать,
причем, Однако, художник вынужден будет рисовать одного из тех людей, которые
существуют, существовали или будут суще­ствовать и из которых никто не является
человеком вообще. Но если кто-нибудь требует от художника, чтобы тот нарисовал
ему портрет короля или какого-нибудь другого определенного лица, то он не
предоставляет художнику никакой возможности выбора, последний должен нарисовать
именно то лицо, которое выбрал заказчик. Ясно поэтому, что универсальны только
имена. Универ­сальные имена являются также неопределенными, так как мы сами не
ограничиваем их и предоставляем тому, кто нас слушает, свободу применять их так
или иначе. Единичное же имя ограничено в своем применении одной из многих
обозначаемых им вещей. Такое ограничение имеет место, когда мы говорим этот
человек, указывая на него пальцем, даем человеку собственное имя и в не­которых
других подобных случаях.

7. Названия, которые являются всеобщими и применимыми ко
многим вещам, не всегда присваиваются, как это следовало бы, всем
соответствующим предметам на основании одинако­вых признаков и в одинаковом
смысле. Это обстоятельство явля­ется причиной того, что многие из таких имен не
имеют постоян­ного значения и вызывают в нашем уме другие мысли, а не те, для
обозначения которых они были предназначены. Эти имена мы на­зываем двусмысленными.
Так, слово faith значит то же самое, что слово belief, причем, однако, это
слово обозначает иногда веру христианина, а иногда — верность данному слову или
обещанию. Точно так же все метафоры являются по самой своей сути дву­смысленными,
да и вряд ли можно найти слово, которое не ста­новилось бы двусмысленным
благодаря разному сочетанию слов в речи, особенному произношению или жесту,
которым сопро­вождается его произнесение.

 Гоббс Т. Человеческая природа 52 //

 Избранные произведения. В 2 т. М.,

 1964. Т. 1. С. 460—461

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ