АРИСТОТЕЛЬ :: vuzlib.su

АРИСТОТЕЛЬ :: vuzlib.su

19
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


АРИСТОТЕЛЬ

.

АРИСТОТЕЛЬ

…Для какой цели возникло государство и сколько видов имеет
власть, управляющая человеком в его общественной жизни? Уже в начале наших
рассуждений, при разъяснении вопроса о домо­хозяйстве и власти господина в
семье, было указано, что чело­век по природе своей есть существо политическое,
в силу чего даже те люди, которые нисколько не нуждаются во взаимопомощи, без­отчетно
стремятся к совместному жительству.

3. Впрочем, к этому людей побуждает и сознание общей поль­зы,
поскольку на долю каждого приходится участие в прекрас­ной жизни (dzen kalos);
это по преимуществу и является целью как для объединенной совокупности людей,
так и для каждого человека в отдельности. Люди объединяются и ради самой жиз­ни,
скрепляя государственное общение: ведь, пожалуй, и жизнь, взятая исключительно
как таковая, содержит частицу прекрас­ного, исключая разве только те случаи,
когда слишком преобла­дают тяготы. Ясно, что большинство людей готово
претерпевать множество страданий из привязанности к жизни, так как в ней самой
по себе заключается некое благоденствие и естественная сладость.

4. Нетрудно различить так называемые разновидности влас­ти;
о них мы неоднократно рассуждали и в эксотерических со­чинениях. Власть
господина над рабом, хотя одно и то же по­лезно и для прирожденного раба, и для
прирожденного господи­на, все-таки имеет в виду главным образом пользу
господина, для раба же она полезна привходящим образом (если гибнет раб, власть
господина над ним, очевидно, должна прекратиться).

5. Власть же над детьми, над женой и над всем домом,
называемая нами вообще властью домохозяйственной, имеет в виду либо благо
подвластных, либо совместно благо обеих сторон, но по сути дела благо
подвластных, как мы наблюдаем и в остальных искусствах, например в медицине и
гимнастике, которые случайно могут слу­жить и благу самих обладающих этими
искусствами. Ведь ничто не мешает педотрибу иногда и самому принять участие в
гимнас­тических упражнениях, равно как и кормчий всегда является и одним из
моряков. И педотриб, или кормчий, имеет в виду благо подвластных ему, но когда
он сам становится одним из них, то случайно и он получает долю пользы: кормчий
оказывается моря­ком, педотриб — одним из занимающихся гимнастическими уп­ражнениями.

6. Поэтому и относительно государственных долж­ностей — там,
где государство основано на началах равноправия и равенства граждан,— выступает
притязание на то, чтобы пра­вить по очереди. Это притязание первоначально имело
естествен­ные основания; требовалось, чтобы государственные повинности
исполнялись поочередно, и каждый желал, чтобы, подобно тому как он сам,
находясь ранее у власти, заботился о пользе друго­го, так и этот другой в свою
очередь имел в виду его пользу. В настоящее время из-за выгод, связанных с
общественным делом и нахождением у власти, все желают непрерывно обладать ею,
как если бы те, кто стоит у власти, пользовались постоянным цветущим здоровьем,
невзирая на свою болезненность; потому что тогда также стали бы стремиться к
должностям.

7. Итак, ясно, что только те государственные устройства,
которые имеют в виду общую пользу, являются, согласно со строгой справедли­востью,
правильными; имеющие же в виду только благо правя­щих — все ошибочны и представляют
собой отклонения от пра­вильных: они основаны на началах господства, а
государство есть общение свободных людей.

После того как это установлено, надлежит обратиться к
рассмотрению государственных устройств — их числа и свойств, и прежде всего правильных,
так как из их определения ясными станут и отклонения от них.

V 1. Государственное устройство означает то же, что и поря­док
государственного управления, последнее же олицетворяется верховной властью в
государстве, и верховная власть непремен­но находится в руках либо одного, либо
немногих, либо боль­шинства. И когда один ли человек, или немногие, или большин­ство
правят, руководясь общественной пользой, естественно, такие виды
государственного устройства являются правильными, а те, при которых имеются в
виду выгоды либо одного лица, либо немногих, либо большинства, являются
отклонениями. Ведь нужно признать одно из двух: либо люди, участвующие в
государствен­ном общении, не граждане, либо они все должны быть причастны к
общей пользе. 2. Монархическое правление, имеющее в виду общую пользу, мы
обыкновенно называем царской властью; власть немногих, но более чем одного —
аристократией (или потому, что правят лучшие, или потому, что имеется в виду
высшее благо го­сударства и тех, кто в него входит); а когда ради общей пользы
правит большинство, тогда мы употребляем обозначение, общее для всех видов
государственного устройства,— полития34. 3. И та­кое разграничение оказывается
логически правильным: один че­ловек или немногие могут выделяться своей добродетелью,
но преуспеть во всякой добродетели для большинства — дело уже трудное, хотя
легче всего — в военной доблести, так как послед­няя встречается именно в
народной массе. Вот почему в такой политии верховная власть сосредоточивается в
руках воинов, ко­торые вооружаются на собственный счет. 4. Отклонения от ука­занных
устройств следующие: от царской власти — тирания, от аристократии — олигархия,
от политии — демократия. Тирания — монархическая власть, имеющая в виду выгоды
одного правите­ля; олигархия блюдет выгоды состоятельных граждан; демокра­тия —
выгоды неимущих; общей же пользы ни одна из них в виду не имеет.

…Тот признак, что верховная власть находится либо в руках
меньшинства, либо в руках большинства, есть признак случай­ный и при
определении того, что такое олигархия, и при определе­нии того, что такое
демократия, так как повсеместно состоятель­ных бывает меньшинство, а неимущих
большинство; значит, этот признак не может служить основой указанных выше
различий. То, чем различаются демократия и олигархия, есть бедность и
богатство; вот почему там, где власть основана — безразлично, у меньшинства или
большинства — на богатстве, мы имеем дело с олигархией, а где правят неимущие,
там перед нами демокра­тия. А тот признак, что в первом случае мы имеем дело с
мень­шинством, а во втором — с большинством, повторяю, есть признак случайный.
Состоятельными являются немногие, а свободой поль­зуются все граждане; на этом
же и другие основывают свои притя­зания на власть в государстве…

Государство создается не ради того только, чтобы жить, но
преимущественно для того, чтобы жить счастливо…

…Если бы кто-нибудь соединил разные места воедино, так
чтобы, например, городские стены Мегар и Коринфа соприкаса­лись между собой,
все-таки одного государства не получилось бы; не было бы этого и в том случае,
если бы они вступили между собой в эпигамию35, хотя последняя и является одним
из особых видов связи между государствами. Не образовалось бы государ­ство и в
том случае, если бы люди, живущие отдельно друг от друга, но не на таком
большом расстоянии, чтобы исключена была возможность общения между ними,
установили законы, воспре­щающие им обижать друг друга при обмене; если бы,
например, один был плотником, другой — земледельцем, третий — сапожни­ком,
четвертый — чем-либо иным в этом роде и хотя бы их число доходило до десяти
тысяч, общение их все-таки распространя­лось бы исключительно лишь на торговый
обмен и военный союз. 13. По какой же причине? Очевидно, не из-за отсутствия
близости общения. В самом деле, если бы даже при таком общении они
объединились, причем каждый смотрел бы на свой собственный дом как на
государство, и если бы они защищали друг друга, как при оборонительном союзе,
лишь при нанесении кем-либо обид, то и в таком случае по тщательном рассмотрении
все-таки, по-видимому, не получилось бы государства, раз они и после объеди­нения
относились бы друг к другу так же, как и тогда, когда жили раздельно. Итак,
ясно, что государство не есть общность место­жительства, оно не создается в
целях предотвращения взаимных обид или ради удобств обмена. Конечно, все эти
условия должны быть налицо для существования государства, но даже и при на­личии
их всех, вместе взятых, еще не будет государства; оно появляется лишь тогда,
когда образуется общение между семьями и родами ради благой жизни (еу dzen), в
целях совершенного и самодовлеющего существования. 14. Такого рода общение, од­нако,
может осуществиться лишь в том случае, если люди оби­тают в одной и той же
местности и если они состоят между собой в эпигамии. По этой причине в
государствах и возникли родственные союзы и фратрии и жертвоприношения и развле­чения
— ради совместной жизни. Все это основано на взаимной дружбе, потому что именно
дружба есть необходимое условие совместной жизни. Таким образом, целью государства
является благая жизнь, и все упомянутое создается ради этой цели; само же
государство представляет собой общение родов и селений ради достижения
совершенного самодовлеющего существования, которое, как мы утверждаем, состоит
в счастливой и прекрасной жизни. Так что и государственное общение — так нужно
ду­мать — существует ради прекрасной деятельности, а не просто ради совместного
жительства.

Аристотель. Политика // Сочинения:

В 4 т. М., 1984. Т. 4. С. 455—457. 459—462

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ