Часть I. Теория субъективной стоимости — Глава II. Теория потребительского спроса ::...

Часть I. Теория субъективной стоимости — Глава II. Теория потребительского спроса :: vuzlib.su

19
0

ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ


Часть I. Теория субъективной стоимости — Глава II. Теория
потребительского спроса

.

Часть I. Теория субъективной стоимости — Глава II. Теория потребительского
спроса

1. Теперь, исходя из условий равновесия и основопола­гающего
предположения о наличии регулярных зависимо­стей, установленных нами в
предыдущей главе, мы долж­ны вывести законы рыночного поведения, т. е.
выяснить, что можно сказать о реакции потребителя на изменение цен. Обсуждение
условий равновесия во всех случаях по­могает решению какой-либо задачи; мы
стремимся разоб­раться в условиях, которые определяют количества при­обретаемых
по данным ценам товаров, и тем самым отве­тить на вопрос: как изменится
количество купленных то­варов при изменении цен?

На этом этапе наше исследование соответствует тому разделу
теории Маршалла, где он существование нисхо­дящей кривой спроса объясняет
действием закона убы­вающей предельной полезности. Заслуживает внимания тот
особый подход, к которому прибегает при этом Мар­шалл. Он предполагает, что
предельная полезность денег постоянна [Это, разумеется, «отменяет» всякие
различия между убыва­ющей предельной полезностью товара и убывающей предельной
нормой замещения этого товара деньгами. Становится соответственно понятным,
почему Маршалл удовлетворился законом убы­вающей предельной полезности.] .
Тогда получается, что отношение между пре­дельной полезностью товара и его
ценой — величина по­стоянная. Если цена падает, предельная полезность также
должна уменьшиться. Однако, согласно закону убываю­щей предельной полезности,
это подразумевает расшире­ние спроса. Поэтому падение цен увеличивает спрос.
Вот это-то положение мы и должны переосмыслить.

Что подразумевается под неизменностью предельной полезности
денег? В нашем понимании это означало бы, что изменения в объеме предложения
денег со стороны потребителя (иначе говоря, изменения его дохода) не скажутся
на предельной норме замещения деньгами любого отдельного товара X. (Ведь
предельная норма замещения равна соотношению предельной полезности товара Х и
предельной полезности денег). Поэтому если доход по­требителя растет, а цена
товара Х остается неизменной, то она будет по-прежнему равняться предельной норме
за­мещения денег (при этом количество приобретенного това­ра Х не изменится).
Спрос на товар X, следовательно, не зависит от дохода. Спрос потребителя на тот
или иной товар не зависит от его дохода.

В дальнейшем мы убедимся, что именно этот смысл и вкладывал
Маршалл в свое предположение о постоянстве предельной полезности денег; он не
то чтобы действитель­но считал спрос на товары независимым от доходов, а в
своей теории спроса и цен обычно пренебрегал вопросами, связанными с величиной
дохода. Мы обнаружим, что у Маршалла были для этого достаточно веские основания
и что предположение о неизменности предельной полезно­сти денег представляет
собой, в сущности, остроумное уп­рощение вопроса, вполне безвредное в
большинстве слу­чаев, когда применял его сам Маршалл. Но оно не безвред­но во
всех случаях — не всегда хорошо оставаться в неведении относительно воздействия
изменений в доходах на спрос. Применение теории стоимости, в которой
взаимосвязи между спросом, ценой и доходом показаны доста­точно ясно, может
дать определенные преимущества.

2. Вернемся теперь к кривым безразличия и начнем с вопроса о
последствиях изменения дохода. Позднее мы перейдем к исследованию последствий
изменения цен, но с этими изменениями легче будет разобраться после пред­варительного
рассмотрения последствий изменения дохо­да. Поэтому опять, как и в предыдущей
главе, предполо­жим, что цены товаров Х и У заданы, но теперь будем счи­тать,
что доход потребителя меняется.

Мы уже видели, что если его доход (выраженный в единицах
товара X) обозначен отрезком OL или (выра­женный в товарах У) отрезком ОМ, то
точкой равновесия будет Р, в которой прямая LM касается кривой безразли­чия
(см. рис. 5). Теперь, если доход возрастает, LM сдви­нется вправо, но новая
прямая L’M’ останется параллельной LM, пока цены товаров Х и У неизменны. (Ведь
в этом случае OM’/OL=OM/OL, т. е. соотношение цен неизменно.) Новой точкой
равновесия будет Р’, в которой прямая L’M’ касается кривой безраз­личия.

По мере дальнейше­го возрастания дохода прямая L’M’
смещается все дальше вправо, а точка Р’ чертит кривую, которую можно назвать
кривой для различных уровней дохода и по­требления [В работе «A
Reconsideration…» я назвал ее кривой расходов. Это название было явно
неудачным.]. Она показы­вает, как изменяется потребление, если доход
возрастает, а цены остаются неизменными. Эта кривая может проходить через любую
точку Р; тогда мы получим кривую, соответствующую каждой возможной системе цен.

Что можно сказать о форме кривой для различных уровней
дохода и потребления? Достаточно лишь иметь опыт построения графиков, чтобы
убедиться, что обычно она будет полого повышаться вправо; но опыта недоста­точно,
чтобы показать, что кривая обязательно будет вести себя таким образом. В
действительности существует толь­ко одно обязательное ограничение формы кривой.
Она может пересечь кривую безразличия только один раз. (Ведь будь это не так,
кривая безразличия имела бы две параллельные касательные, что невозможно, если
кривые безразличия всегда выпуклы по отношению к началу ко­ординат.)
Следовательно, хотя у кривых для различных уровней дохода и потребления больше
всего «места», что­бы смещаться вверх и вправо, не исключено также, что они
будут плавно закругляться влево и вниз (см. PC1 или РС2 на рис. 6), не
пересекая при этом кривую безразличия более одного раза.

Ясно, что так и должно быть. Можно вполне построить кривые,
подобные PC1. Они отражают все случаи, когда товар Х «худший» (inferior) и
потребляется в основном людьми с низким уровнем дохода, но когда его можно
заменить, полностью или час­тично, товарами более вы­сокого качества, если
доход возрастает. Очевидным при­мером такого случая слу­жит потребление маргари­на:
отношение к нему как к худшему продукту убе­дительно подтверждают
статистические исследова­ния [Ср. Alien and Bowley. Family Expenditure, p. 36,
41. ]. И вряд ли можно сомневаться в существова­нии огромного количества других
товаров такого ро­да. Товары сравнительно низкого качества, предлагаемые для
продажи, являются. вероятно, в принятом здесь смысле слова, худшими [
Любопытной иллюстрацией той неразберихи, к которой привела бы теория стоимости,
не откажись мы совершенно от прин­ципа убывающей предельной полезности,
является простая воз­можность так толковать этот принцип, что существование
худших товаров в каком-либо секторе экономики исключается. Такая интерпретация
и была фактически предложена Парето на определенном этапе развития его
взглядов. (См. «Manuale di economia politica», p. 502-503; ср. более
позднее французское изда­ние, р. 573-574). Вместо того чтобы полностью
положиться на ис­тинный принцип убывающей нормы замещения (согласно которо­му
норма замещения уменьшается при замещении товара У то­варом Х по мере
продвижения потребителя вдоль кривой безраз­личия), он выдвинул также принцип,
который мы можем теперь с полным основанием назвать ложным, — принцип, согласно
кото­рому предельная норма замещения товара У товаром Х бу­дет уменьшаться при
сокращении предложения товара Y без уве­личения предложения товара X. Будь это
всегда так, исключалась бы возможность относить товар Х к числу худших. Поэтому
принцип Парето не может быть справедлив во всех случаях.].

Хотя графический метод, который мы только что применяли.
подходит лишь для случая с двумя товарами (X и У), очевидно, что аналогичные
нашим рассуждения справедливы независимо от количества товаров, между которыми
распределяется доход. Если доход возрастает, а затем этот возросший доход
расходуется, то должно увели­чиваться и потребление каких-то определенных,
большин­ства или всех товаров; вполне возможно и то, что сокра­щение
потребления фактически затронет лишь ограничен­ное число товаров. Полученный
вывод носит весьма негативный характер и, очевидно, не требует дальнейших
уточне­ний.

3. Теперь перей­дем к рассмотрению последствий измене­ния
цен. И здесь мы начнем с примера двух товаров. Доход и цена товара У должны
считаться заданными величи­нами, а цена това­ра Х — переменной.

О сложившихся возможностях потребления свидетельству­ют (см.
рис. 7) прямые линии, соединяющие точку М (от­резок ОМ — доход, выраженный в
товарах Y и потому не­изменный) с точками на оси ОХ, положение которых за­висит
от цены товара X. Значениям цены товара Х будет соответствовать прямая LM
(причем OL увеличивается по мере падения цены); точкой равновесия,
соответствующей каждому значению цены, будет точка, в которой прямая LM
касается кривой безразличия. Кривую MPQ, соединяю­щую эти точки, можно назвать
кривой цены и потребле­ния. Она показывает, как (при прочих равных условиях)
изменяется потребление в зависимости от изменения цены товара X.

Начнем с некоторого положения прямой LM; перед нами, таким
образом, два набора прямых и соответствую­щих точек касания. Есть прямые,
параллельные LM, точ­ки касания которых образуют кривую для различных уровней
дохода и потребления. Есть и прямые, проходя­щие через точку М, точки касания
которых вычерчивают кривую для различных уровней цены и потребления. Та или
иная кривая безразличия может иметь точку касания с одной прямой из каждого
набора. Возьмем, к примеру, кривую безразличия I2, более высокую по сравнению с
кривой безразличия I1, к которой проведена касатель­ная LM. Кривая I2 имеет
точку касания Р’ с прямой, па­раллельной LM, и Q — с прямой, проведенной из
точки М. Теперь из графика сразу видно, что точка Q должна ле­жать правее точки
Р’ (ведь кривая безразличия выпукла). Данное утверждение справедливо
применительно ко всем кривым безразличия, которые расположе­ны выше, чем исход­ная
кривая; отсюда следует, что при пе­реходе к более высо­ким кривым безраз­личия
кривая для различных уровней цены и потребления, проходящая через точку Р,
всегда долж­на располагаться пра­вее кривой для раз­личных уровней до­хода и
потребления, проходящей через ту же точку Р (см. рис. 8).

За этим утверждением, напоминающим простое геометрическое
упражнение, в действительности кроется боль­шой экономический смысл; это
основополагающее положе­ние с точки зрения большинства разделов теории стоимо­сти.
Попробуем увидеть этот скрытый смысл.

С падением цены товара Х потребитель перемещается по кривой
для различных уровней цены и потребления из точки Р в точку Q. Теперь мы видим,
что это перемещение из точки Р в точку Q равносильно перемещению из точки Р в
точку Р’ по кривой для различных уровней дохода и потребления и перемещению из
точки Р’ в точку Q по кривой безразличия. Весьма поучительно задуматься те­перь
о воздействии цены на спрос, как бы разделив это воздействие на две выделенные
части.

Падение цены товара определяет в действительности спрос на
него двумя различными способами. С одной сто­роны, оно делает потребителя
богаче, увеличивает его «реальный доход»; падение цены в этом смысле приводит к
последствиям, которые аналогичны последствиям роста дохода. С другой стороны,
оно приводит к изменению от­носительных цен, поэтому независимо от изменения
реаль­ного дохода возникает тенденция к замещению всех дру­гих товаров тем
товаром, цена которого снизилась. В ко­нечном счете изменение спроса служит
результатом дей­ствия двух отмеченных тенденций.

Далее, можно показать, что преобладание одной из этих двух
тенденций зависит от того, в какой пропорции потребитель делил свои расходы
между товаром Х и дру­гими товарами. Первоначально приобретаемое потребите­лем
количество товара Х определит, насколько богаче он сделался вследствие падения
цены этого товара; если это количество было относительно дохода потребителя
вели­ко, он станет гораздо богаче и первое воздействие (назо­вем его эффектом
дохода) будет особенно важным; если же количество это было мало, то и выигрыш
окажется не­большим, а над эффектом дохода, вероятно, возобладает эффект
замещения.

Вот этот-то последний как раз и представляет собой
оправдание маршалловской «постоянной предельной по­лезности». Нетрудно
заметить, что различие наших двух эффектов связано с вероятностью их
возникновения. Из принципа убывающей предельной нормы замещения сле­дует, что
эффект замещения возникает во всех абсолютно случаях — его действие всегда
должно быть направлено на увеличение спроса, если цена соответствующего това­ра
падает. В то же время эффект дохода действует не столь однозначно — обыкновенно
он будет действовать в том же направлении, однако, если речь идет о худших то­варах,
его действие может быть противоположным. По­этому огромное значение имеет то
обстоятельство, что действие неоднозначного эффекта дохода будет довольно
несущественным во всех тех случаях, когда данный товар занимает небольшое место
в бюджете потребителя, — ведь только в этих случаях (хорошо, что эти случаи как
раз самые важные) мы можем наблюдать действие весьма четкого закона спроса.
Именно в этих случаях мы можем быть совершенно уверены в том, что падение цены
непре­менно приведет к расширению спроса.

Маршалл
сосредоточил внимание на рассмотрении по­добных случаев, поэтому он и
пренебрегал эффектом до­хода. Это удавалось ему благодаря предположению о том,
что предельную полезность денег можно считать постоян­ной; иначе говоря, он
пренебрегал воздействием на спрос изменений реального дохода, вызванных
изменением це­ны. Во многих случаях такое упрощение можно считать вполне
оправданным; оно, безусловно, в значительной сте­пени упрощало теорию Маршалла. В
действительности это одно из тех гениальных упрощений, которые неоднократ­но
встречаются в учении Маршалла.
Экономистам и в бу­дущем пригодятся такие упрощения, однако они станут
увереннее, если будут точно знать, чем пренебрегают. В дальнейшем мы обнаружим,
что существуют и другие проблемы, недостаточно обдуманные Маршаллом, — проб­лемы,
справиться с которыми гораздо проще, имея ясное представление об эффекте
дохода.

4. Анализ графиков, содержащийся в предыдущем раз­деле, как
представляется, применим только к случаю, ког­да потребитель распределяет свои
расходы между самое большее двумя товарами; однако фактически применение
сделанных выводов не настолько ограниченно. Предполо­жим, что товарами Х и У мы
считаем не хлеб и карто­фель, не чай и маргарин (своего рода вещественные това­ры),
а хлеб (некий вещественный товар), с одной сторо­ны, и общую покупательную
способность (Маршалловы «деньги») — с другой. Тогда потребительский выбор пред­станет
как выбор между расходованием потребителем де­нег на хлеб и сохранением их с
целью потратить на при­обретение других товаров. Если он примет решение не
тратить деньги на хлеб, то впоследствии придаст им какую-либо иную «форму»,
купив на них тот или иной другой товар или товары. Но даже если товар У — это
картофель, его все-таки можно видоизменить: часть кар­тофеля поджарить, а
другую — сварить. Эти возможные варианты не мешают нам построить определенную
систе­му кривых безразличия для товара «хлеб» и товара «кар­тофель».
Аналогичным образом (поскольку условия пре­вращения денег в любые другие товары
заданы) ничто не мешает нам построить определенную систему кривых без­различия
для любого товара Х и денег или общей покупа­тельной способности. Распределение
покупательной спо­собности между прочими товарами совершенно такое же, как и
распределение товара между различными варианта­ми его использования; оно может
наблюдаться даже при условии физического существования всего одного из чис­ла
прочих товара.

Этот принцип можно применять почти всегда [Его
справедливость следует, по существу, из принципа, ус­тановленного в конце
предыдущей главы; согласно последнему, пре­дельная норма замещения должна при
замещении в любом на­правлении убывать. (См. Приложение, § 8, п.
4 и § 10.)]. При ре­шении какой-либо отдельной задачи всякий набор вещественных
благ можно всегда рассматривать как сумму еди­ниц одного и того же товара при
предположении, что от­носительные цены неизменны. При условии, что цены всех,
кроме X, потребительских товаров заданы, все их можно объединить в товаре
«деньги» или в понятии «об­щая покупательная способность». Точно так же при
реше­нии другого рода задач, когда не следует принимать во внимание изменения
относительной заработной платы, вполне правомерно рассматривать весь труд как
труд ка­чественно однородный. В дальнейшем мы отметим и дру­гие возможности
применения этого принципа [Помимо всего прочего, представляется излишним
беспоко­иться об определении понятия «товар». Конкретные наборы благ,
трактуемые как единый товар, позволительно варьировать в зави­симости от
характера решаемой задачи.].

Пока же мы будем применять его с целью сохранить уверенность
в том, что обоснованы два положения: влия­ние цены на спрос «распадается» на
два эффекта — эф­фект дохода и эффект замещения — и закон, согласно ко­торому
действие по крайней мере эффекта замещения всегда приводит к расширению спроса
при падении цены, как бы ни тратил свой доход потребитель.

5. Все наши предыдущие рассуждения были посвяще­ны поведению
отдельного индивида. Но экономическая наука не интересуется в конечном счете
поведением от­дельных индивидов. Она занимается поведением групп. Изучение индивидуального
спроса — лишь средство для изучения рыночного спроса. К счастью, при помощи на­ших
методов мы можем осуществить подобный переход очень легко.

Рыночный спрос обладает почти в точности теми же свойствами,
что и индивидуальный. Это сразу становится ясным, если осознать, что именно
действительное измене­ние в спросе (вызванное небольшим изменением цены) можно
разделить на две «части», связанные, соответствен­но, с эффектом дохода и
эффектом замещения. Изменение в спросе со стороны группы потребителей
представляет собой сумму изменений в индивидуальном спросе; тем са­мым первое
можно также разделить на две «части»: одна будет соответствовать сумме
индивидуальных эффектов дохода, а другая — сумме индивидуальных эффектов
замещения. Положения, выдвинутые применительно к индивидуальным эффектам,
справедливы и для эффектов, действующих в отношении групп покупателей.

1) Поскольку действие индивидуальных эффектов за­мещения
направлено на расширение потребления товара, цена которого упала, эффект
замещения в отношении группы покупателей должен действовать таким же обра­зом.

2) Действие индивидуального эффекта дохода не вполне
однозначно, поэтому и соответствующий эффект в отношении группы покупателей
может действовать в разных направлениях. Конечно, товар может, с точки зрения
одних входящих в группу покупателей, быть худшим, но не быть таким с точки
зрения группы в целом; при этом отрицательный эффект дохода части покупателей
окажет­ся нейтрализованным положительным эффектом дохода остальных ее членов.

3) Эффектом дохода в отношении группы покупателей обычно
можно пренебречь при условии, что они в целом тратят на приобретение данного
товара лишь малую часть совокупного дохода.

6. Таким образом, мы теперь можем сделать некоторые выводы
относительно закона спроса. Кривая спроса на некий товар должна отлого
понижаться, отражая расши­рение потребления по мере снижения цены товара, во
всех случаях, когда товар не является худшим. Даже если он и относится к худшим
(так что эффект дохода выражает­ся отрицательной величиной), кривая спроса
будет иметь обычный вид, пока часть дохода, расходуемая на приобре­тение этого
товара, невелика и соответственно мал эффект дохода. Даже если эти условия не
выполняются, т. е. товар является худшим и при этом расходы на него играют
важную роль в бюджетах потребителей, то отсюда нельзя обязательно сделать
вывод, что падение цены то­вара будет вести к уменьшению спроса. Ведь действие
даже сильного отрицательного эффекта дохода может быть перевешено действием
сильного эффекта замеще­ния.

Как очевидно, какие-либо исключения из закона спро­са
возможны при соблюдении весьма строгих условий. Ве­роятность того, что
потребители большую часть своих до­ходов направят на приобретение худших, с их
точки зре­ния, товаров, есть лишь тогда, когда уровень их жизни очень низок. В
знаменитом случае Гиффена, на который ссылался Маршалл [См.: А. Маршалл. Принципы политической
экономии, т. 2 гл. 3
).], эти условия в точности соблюдаются. Потребители с
небольшим доходом могут в основном удов­летворять потребности в пище одним
главным продуктом питания (в случае Гиффена это — хлеб), который будет заменен
с ростом дохода более разнообразным набором продуктов. Если цена этого главного
продукта падает, по­требители получат весьма большой избыточный доход и могут
потратить его на более привлекательные, с их точки зрения, продукты, которые
тем самым занимают место главного продукта и соответственно спрос на него снижа­ется.
Действие отрицательного эффекта дохода может оказаться достаточно сильным,
чтобы перевесить действие эффекта замещения. Однако очевидно, что подобные слу­чаи
должны наблюдаться весьма редко.

Следовательно, как и можно было ожидать, простой за­кон
спроса, выражающийся в понижении кривой спроса, действует, оказывается, почти
безотказно. Исключения из него редки и малозначительны. И вовсе не в этом
направ­лении мы намерены использовать наш инструментарий, чтобы получить
некоторые новые результаты.

7. Но стоит нам выйти за рамки приведенного обычного случая,
как кое-что действительно начинает проясняться.

Ясно, что, пока цена товара Х неизменна, наши преды­дущие
рассуждения остаются в силе. При желании мы можем предположить, что продавец
обменивает весь свой запас товаров на деньги по фиксированной цене и оказы­вается
после этого точно в таком же положении, что и наш потребитель, доход которого
был зафиксирован в денеж­ном выражении. Он может затем, если захочет, выкупить
часть своего товара Х обратно.

Что же происходит, если цена товара Х меняется? Эф­фект
замещения действует, как и прежде. Падение цены товара Х будет стимулировать
замещение других товаров товаром X; это должно также способствовать расширению
спроса на товар X, т. е. сокращению его предложения. В то же время эффект дохода
будет действовать не так, как прежде. Падение цены товара Х ухудшит положение
на рынке продавца товара, спрос его тем самым сократит­ся (или предложение с
его стороны увеличится), если только товар Х не является, с его точки зрения,
худшим товаром.

Таким образом немедленно выясняется существенное различие
между положением продавца и положением покупателя. Когда речь идет о
покупателе, можно считать, что эффект дохода и эффект замещения действуют в
одном и том же направлении, если не считать исключительного случая с худшими
товарами. Когда же речь идет о продав­це, как раз только в этом исключительном
случае оба эф­фекта действуют в одном направлении. Обычно направле­ние их
действия противоположно.

Дело осложняется тем обстоятельством, что эффектом дохода
продавца можно пренебрегать гораздо реже, чем эф­фектом дохода покупателя.
Обычно продавцы получают значительную часть дохода от продажи какого-то опреде­ленного
товара. Поэтому следует ожидать, что эффект до­хода будет во многих случаях не
менее сильным, чем эффект замещения, или будет даже преобладать. Отсюда вывод,
что падение цены товара Х может либо уменьшить, либо увеличить его предложение.

О практической применимости кривой предложения, очевиднее
всего, свидетельствует пример с факторами про­изводства. Например, сокращение
заработной платы может в одних случаях заставить ее получателя трудиться менее
интенсивно, в других — более интенсивно — ведь, с одной стороны, уменьшение
сдельной ставки делает усилия по производству предельной единицы продукта менее
оправ­данными, чем они были бы при неизменном доходе. С другой же стороны,
получается, что доход работника уменьшился, и его стремление трудиться
интенсивнее, что­бы компенсировать потерю дохода, может уравновесить действие
первой тенденции [Bobbins. Elasticity of Demand for Income in Terms of Ef­fort.-Economicа,
1930, p. 123.].

О существовании подобной асимметрии между предложением и
спросом известно давно; это, возможно, следует считать одним из открытий
Вальраса [Walras. Elements d’econoime politique pure, 1874, lemons 5-7.].
Однако до тех пор пока причины этой асимметрии оставались неясными, ни­чего не
стоило и забыть о ее существовании. Выяснение этого вопроса можно считать
первым результатом применения нашего нового подхода. Достаточно важный сам по
себе, он в дальнейшем позволит нам прийти и к некоторым весьма удобным методам
анализа.

.

Назад

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ